Страница 91 из 97
Только теперь встретился с ней глазами.
Она улыбнулась.
Он ответил.
Этого было достаточно.
Тарсель догнал её на лестнице.
Эстелия услышала:
— Герцогиня Ровенар.
Первые секунды не отреагировала.
Потом поняла, что обращаются к ней.
Остановилась.
— Простите, ещё не сразу отзываюсь.
— После сегодняшнего дня часто придётся слышать.
— Вот тогда и привыкну.
Он спустился на ступень ниже.
— Поздравляю.
— Вы меня сегодня уже поздравляли.
— Утром с источниками. Теперь можно и с решением.
— Благодарю.
— Я подам отдельное требование по долгу.
— Я не думала, что вы оставите это дело.
— На землю требование больше не распространяется.
— Да. Это мы сегодня закончили.
Тарсель кивнул.
Потом сказал:
— Когда откроете проход, понадобится подъезд к нему с востока. Вы об этом думали?
Эстелия почти рассмеялась.
— Господин Тарсель, мы ещё с лестницы суда не сошли.
— Спор закончен. Дорога от этого никуда не делась.
— И ваши участки вдоль неё тоже.
— Большая часть земли там моя.
— Предложите платить за доступ?
— Можно договориться надолго. Это было бы удобнее обеим сторонам.
— Осталось услышать цену.
— Разумную. Иначе вы не согласитесь.
— Мы уже выяснили, что разумные цены представляем по-разному.
Тарсель улыбнулся.
— Зато теперь знаете, о чём спрашивать в первую очередь.
— Вы мне хорошо объяснили, сколько может стоить недосмотр.
Он воспринял это как комплимент.
Наверное, отчасти так и было.
— Начнёте обследование — пришлите условия. Будет что обсудить.
— Сначала пришлите свои. И цену сразу укажите.
— Пришлю, герцогиня.
Эстелия пошла дальше.
— Господин Тарсель, ещё одно.
— Да?
Она обернулась.
— Про шлюз мы не закончили.
Улыбка исчезла.
— Появилось что-то новое?
— Расследование идёт.
— Мне известно.
— И старые планы у вас были. Фарен показывал.
— Я вам этого не скрывал.
— Если выяснится, что человек у шлюза действовал по вашей просьбе…
— Тогда предъявите это следствию. Будет другое дело.
— Так и сделаю.
Тарсель выдержал её взгляд.
— Я не давал распоряжения уничтожать ваш источник.
— Я сказала «повредивший». Про уничтожение сказали вы.
Он замолчал.
Эстелия ничего не добавила.
Пока доказательств не было, обвинение оставалось бы только красивой догадкой.
Она слишком многому научилась у Рейнара, чтобы путать одно с другим.
Через неделю доказательства всё-таки появились.
Не против Тарселя лично.
Против его дорожного управляющего.
Один из людей, работавших на северных участках, узнал описание мужчины, которого видели у служебной дороги вечером перед балом. Оказалось, тот несколько лет назад работал с Фареном и имел доступ к старым планам. После увольнения Эстелией бывший управляющий продал копии документов посреднику дорожной компании Тарселя, а тот решил, что временное отключение источников заставит новую хозяйку отменить бал и ослабит её положение перед спором.
Орвен Тарсель заявил, что приказа на повреждение шлюза не давал.
Следствие не доказало обратного.
Но его дорожный управляющий потерял должность и предстал перед окружным судом за порчу коронной водной системы.
Фарену предъявили отдельные требования за ложные ведомости, исчезнувшие выплаты и передачу хозяйственных документов третьим лицам.
Эстелия присутствовала только на одном допросе.
Потом решила, что достаточно.
Людям, чья работа заключалась в расследовании, наконец можно было позволить делать её без хозяйки «Семи облаков» над плечом.
Рейнар назвал это неожиданным проявлением разумности.
Она едва не выгнала его из кабинета.
С Кайденом они поговорили после суда.
Не сразу.
Он ждал во дворе канцелярии возле экипажа.
Ласнер уже сидел внутри.
Тесса увидела бывшего мужа Эстелии и выразительно посмотрела на неё.
— Тесса, я сама с ним поговорю.
— Я ничего не сказала.
— Я по лицу вижу. Всё хорошо.
Тесса ушла к карете.
Рейнар тоже не остался.
Это Эстелия оценила особенно.
Он просто произнёс:
— Я подожду у конюшни.
И ушёл.
Никакого желания защищать.
Никакой демонстрации права находиться рядом.
Разговор принадлежал ей.
Кайден посмотрел вслед Рейнару.
Потом на Эстелию.
— В королевском совете он таким не бывает.
— Вы давно знакомы?
— Несколько лет. Советы, дела короны. Не близко.
— Наверное, рядом со мной ему можно быть другим.
Кайден коротко усмехнулся.
— Да. Наверное, можно.
Между ними повисла пауза.
На этот раз не тяжёлая.
Просто оба понимали, что говорить о земле больше нечего.
— Поздравляю, — сказал Кайден.
— Спасибо.
— Герцогиня Ровенар.
Она улыбнулась.
— Ещё непривычно, правда?
— Мне — нет.
Он подумал.
— Подходит тебе.
Эстелия ждала.
Кайден посмотрел на площадь.
— Я тут старые счета поднял. Пока Ласнер готовил бумаги для спора.
— Искал ещё что-нибудь про курорт?
— Сначала да. Думал: сколько ещё я упустил?
— Там было что поискать.
— А потом зачитался. Уже не про «Семь облаков».
Он сунул руки в карманы дорожного пальто.
Непривычный жест.
Когда они были женаты, Кайден почти никогда так не делал на людях.
— Южные мельницы помнишь?
— Ещё бы. Сколько мы с ними возились.
— Я говорил, что после смерти отца сам вывел их из убытка. И ведь так и помнил.
Эстелия не ответила.
— А в книгах почти везде твой почерк, — продолжил он. — Договоры на зерно, новый управляющий, график ремонта. Даже покупателя на отходы нашла ты. Я совсем про него забыл.
— Мы же вместе всё это обсуждали.
— Когда ты уже подготовила расчёты и нашла людей.
— Тебе оставалось подписать.
— Да. Подписал — и запомнил, что решил сам.
Он посмотрел на неё.
— И с западными землями то же. Четыре года назад, когда доход упал.
— Мы тогда сборщика сменили.
— Ты настояла. Я ещё не хотел.
— Кайден, он воровал. Там по книгам было видно.
— Теперь я увидел.
Эстелия почувствовала не удовлетворение.