Страница 16 из 121
— Теперь-то назовешь мне имя семьи? – улыбается. – Я ведь не отстану.
Не понимаю я эту девчонку. Чего она так дружелюбна со мной? Мы же сейчас соревнуемся.
— Элис.
— Никогда такого не слышала, – озадаченно признается Брайс.
— Это имя матери.
— Уверена, она очень гордится.
— Она погибла.
Между нами словно возникает ледяная гора. Брайс потрясенно открывает рот. Бормочет какие-то соболезнования, но я не слышу ее через толпу.
— Что ж.. – произносит наконец Брайс. – Удачи.
Я бы и ей пожелал того же, но не позволю ничему встать между мной и спасением Эллы от тлетворного, ядовитого влияния дяди.
Моя шеренга тянется к лестнице. Воняет дыханием и немытыми телами низинников. Очередь проходит по коридору, увешанному портретами нынешних мастеров. Сквозь окна льется солнечный свет. В конце коридора за столом сидят отборщики в черных мантиях с эмблемами всех двенадцати цехов. Они принимают от кандидатов деньги и результаты тестов.
И тут со стороны стола доносится голос, от звука которого у меня по коже пробегает мороз:
— Я все деньги отдал, так что бери меня на Отбор, а не то морду разобью!
— Нельзя, сэр, – говорит отборщица, хладнокровно скрещивая на груди руки. – Либо вы платите все двести монет, либо я вас не пропускаю.
— У меня отличные результаты, – настаивает Громила.
— Чудесно. Вас отберут, если вы кому-то понадобитесь. Однако денег все равно не хватает.
— Я не уйду с пустыми руками.
— Так, может, не стоило проигрывать на дуэли, Атвуд? – кричат ему из толпы.
Раздаются смешки.
Громила оборачивается, готовый врезать кому надо.. Но прежде, чем он успевает выплеснуть гнев, вперед выходит невысокий паренек.
— Сколько ему недостает?
— Тринадцать монет.
Нефритовые глаза паренька скрыты за неопрятной черной челкой. Сам он – сущий заморыш, особенно на фоне Громилы. Он медленно открывает кошель и копается в его скудном содержимом. Края куртки у заморыша подрастрепались, а дуэльная трость погнута, но вот он, отсчитав тринадцать монет, ссыпает их в широченную ладонь Громилы.
Тот с прищуром смотрит на случайного благодетеля. Думает о том же, о чем и я: заморыш в будущем чего-то потребует. Чего-то значимого. Однако выбора у Громилы нет. Опустив голову, он бормочет слова благодарности.
— Не стоит, – отвечает мелкий. – Я Себастьян из семьи Авелей.
— Я Громила. Просто Громила.
Они пожимают друг другу руки.
Наконец подходит моя очередь.
Отдаю двести монет, плату за возможность быть отобранным. Это все, что выдал мне дядя. Протягиваю отборщику конверт с результатами тестов.
— Удачи. – Чиновник принимает у меня деньги и бумаги. – Если пройдете отбор, ваше имя назовут этим вечером в Высоком амфитеатре.
Разворачиваюсь и ухожу, а в животе у меня затягивается узел тревоги. Я всегда хотел быть господином своей судьбы, но теперь мне остается лишь надежда.