Всадники Перна

«Я слышу твои чувства, а не мысли, – спокойно ответил Рут’. – Ты опечален и пребываешь в замешательстве. – Он выгнул спину, отряхивая крылья, и наполовину погреб, наполовину полетел к берегу. – Я дракон. Ты мой всадник. Никто этого не изменит. Будь тем, кто ты есть. Как я».

— Но нам не позволяют быть теми, кто мы есть, – воскликнул Джексом. – Меня заставляют быть кем угодно, только не всадником!

«Ты всадник. И ты также, – медленно проговорил Рут’, будто пытался сам во всем разобраться, – лорд холда. Ты ученик мастера-кузнеца и мастера-арфиста. Ты друг Менолли, Миррим, Ф’лессана и Н’тона. Рамот’а знает твое имя, как и Мнемент’. И меня они тоже знают. Тебе приходится быть слишком многими сразу. Это нелегко».

Джексом уставился на Рут’а, который в последний раз взмахнул крыльями и аккуратно сложил их на спине.

«Я чистый. Я хорошо питаюсь», – сообщил дракон, словно это могло решить все сомнения Джексома.

— Рут’, что бы я без тебя делал?

«Не знаю. Тебя хочет видеть Н’тон. Он был в Руате и отправился в Телгар. Маленький коричневый, который сюда прилетал, файр Н’тона».

Джексом судорожно вздохнул. Уж Рут’-то точно знал, чей файр чей. Сам он считал коричневого файром кого-то из Руат-холда.

— Почему ты не сказал раньше?

Юноша поспешно взобрался на Рут’а. Ему не терпелось увидеться с Н’тоном, и в неменьшей степени он боялся его разочаровывать. Вряд ли у предводителя Вейра слишком много времени на разговоры.

«Мне хотелось поплавать, – ответил Рут’. – Мы успеем. – Дракон взлетел, едва Джексом успел устроиться у него на спине. – Мы не заставим Н’тона ждать».

Прежде чем Джексом успел напомнить Рут’у, что им не положено путешествовать в межвременном Промежутке, они уже оказались там.

— Рут’, а если Н’тон узнает, что мы переместились во времени? – стуча зубами, спросил Джексом, когда они вырвались из Промежутка под утреннее солнце Телгара над кузнечной мастерской.

«Он не станет спрашивать».

Джексому не понравился самодовольный тон Рут’а. С другой стороны, нагоняй от Н’тона получит вовсе не белый дракон. Путешествия во времени были крайне опасны!

«Я всегда знаю, куда отправляюсь, – невозмутимо ответил Рут’. – Мало кто из драконов может сказать то же самое».

Они едва успели описать круг над мастерскими, когда в воздухе над ними возник огромный бронзовый Лиот’ Н’тона.

— Вряд ли я когда-нибудь узнаю, как ты сумел столь точно рассчитать время, – сказал Джексом.

«Все просто, – легко ответил Рут’. – Я слышал, когда коричневый вернулся к Н’тону, и просто отправился в тот момент».

Джексом знал, что драконы не смеются, но исходившее от Рут’а чувство было до того похоже на смех, что почти от него не отличалось.

Лиот’ подлетел ближе к Джексому и Рут’у, и юный лорд увидел на лице бронзового всадника довольную улыбку. Джексом вспомнил, что Рут’ говорил, будто Н’тон сперва побывал в Руате, и заметил, что тот держит в руке его кожаную летную куртку.

Пока они снижались, Джексом увидел, что они вовсе не первые. Он насчитал пять драконов, включая бронзового Голант’а Ф’лессана и зеленую Пат’у Миррим, издавшую приветственную трель. Рут’ легко приземлился на лужайке перед мастерской, и сразу за ним Лиот’. Когда Н’тон соскользнул с плеча бронзового, появился его коричневый файр Трис, который нахально уселся на гребень Рут’а, самодовольно щебеча.

— Дилана сказала, что ты ушел, не взяв с собой это. – Н’тон бросил Джексому куртку. – Что ж, полагаю, ты не настолько чувствителен к холоду, как мои старые кости. Или ты учишься выживать?

— Ох, Н’тон, и ты туда же!

— Куда туда же, юноша?

— Сам знаешь..

— Нет, не знаю. – Н’тон пристальнее посмотрел на Джексома. – Или сегодняшние причитания Диланы значили нечто большее?

— Ты не видел Лайтола?

— Нет. Я просто спросил у первого встречного в холде, где ты. Дилана плакала, потому что ты не взял куртку.

Н’тон смешно выпятил нижнюю губу, подражая кормилице.

— Терпеть не могу, когда женщины плачут, особенно пожилые, так что я схватил куртку, поклялся скорлупой яйца моего дракона, что напялю ее на твое хрупкое тело, послал Триса выяснить, где Рут’, и вот мы здесь. Рассказывай, что такого важного случилось сегодня утром? Рут’ прекрасно выглядит.

Джексом в замешательстве отвернулся и, не желая встречаться с озадаченным взглядом предводителя Форт-Вейра, начал не спеша облачаться в куртку.

— Я сегодня утром послал весь холд куда подальше.

— А я говорил Лайтолу, что скоро так и будет.

— Чего?

— Так что же переполнило чашу твоего терпения? Рыдания Диланы?

— Рут’ – дракон!

— Конечно, – столь твердо ответил Н’тон, что Лиот’ повернул к ним голову. – Разве кто-то утверждает иначе?

— Да, утверждают. В Руате. И вообще везде! Говорят, будто он всего лишь файр-переросток. Да ты и сам знаешь.

Лиот’ зашипел. Трис удивленно вспорхнул, но Рут’ издал успокаивающую трель, и файр опустился обратно.

— Я знаю, что так говорят, – ответил Н’тон, сжав плечи Джексома. – Но нет ни одного из известных мне всадников, кто бы не поправлял эти слова. Иногда силой.

— Если ты считаешь его драконом, почему он не может того же, что и они?

— Кто сказал, что не может? – Н’тон пристально посмотрел на Рут’а, будто с тем вдруг случилась некая перемена.

— В смысле, того же, что и другие боевые драконы.

— Вот оно что. – Н’тон поморщился. – Слушай, парень..

— Это ведь Лайтол тебе сказал, чтобы ты не позволял мне сражаться с Нитями на Рут’е? Потому ты никогда не разрешал мне учить Рут’а жевать огненный камень?

— Не в том дело, Джексом..

— Тогда в чем? Нет такого места на Перне, куда мы не могли бы попасть с первого раза, как только захотим. Рут’, может, и маленький, но он быстрее, проворнее разворачивается в воздухе, в том числе и из-за того, что меньше весит.

— Вопрос не в возможностях, Джексом. – Н’тон слегка повысил голос. – Вопрос в том, что считать благоразумным.

— Опять отговорки!

— Нет! – так решительно отрезал Н’тон, что Джексом на миг забыл про обиду. – Летать с боевым крылом во время падения Нитей крайне опасно, парень. Я не сомневаюсь в твоей отваге, но скажу прямо: несмотря на весь твой задор, на быстроту и ум Рут’а, для боевого крыла ты станешь обузой. Тебе не хватает подготовки, дисциплины..

— Если дело только в подготовке..

Н’тон сжал плечи юноши, прерывая поток возражений.