Страница 43 из 97
— Хань И! – обрадовался он, прильнув к деревянным решёткам. – Ты в порядке?
— Да, но.. – переведя растерянный взгляд с племянника на актёра пекинской оперы, который принялся возиться с замком, она поинтересовалась: – Как вам удалось выбраться?
— Это всё братец Нань, – воодушевлённо подметил он. – Кто же знал, что он умеет взламывать замки?
— Взламывать замки? – недоверчиво переспросила Хань И.
— К сожалению, я не могу похвастаться своим чистым прошлым, – сосредоточенно возясь с засовом, тихо сказал Нань Гуацзы. – Будучи молодым актёром пекинской оперы, которому голову вскружил успех, я часто попадал в поле зрения полиции. Из-за этого мой учитель чуть не отрёкся от меня. Зато, когда однажды я несколько дней делил камеру с одним господином-военным, я обучился у него работе с взламыванием замков. Хах, мой брат этому явно не был рад. Но только благодаря тому господину я так легко избегал наказаний.
Будто в подтверждение его слов звякнул тяжёлый механизм. Удовлетворённо улыбнувшись и спрятав в волосах длинные шпильки – оружие в борьбе с замками, – Нань Гуацзы распахнул дверь камеры.
— Вряд ли это долго останется незамеченным. Нужно уходить.
— Но куда? – выбравшись из ужасной камеры, озадаченно спросила Хань И.
— Эта темница напоминает полицейский участок из моего времени, к тому же солдат, с которым мне довелось познакомиться, рассказывал о военных тюрьмах. В таких местах есть не только официальные ходы, но и тайные.
Проходя мимо камер, Хань И опасалась, что заключённые, теснившиеся по углам, поднимут шум. Но они куда больше напоминали запуганных крыс, чем разъярённых котов, и старались лишний раз не привлекать внимание.
— Это, конечно, хорошо, но как нам освободиться от того, что сковывает наши кандалы? – опустив взгляд к прижатым друг к другу рукам, поинтересовалась она.
— Это заклинание, действующее внутри темницы.
— И откуда ты об этом знаешь?
Вопрос, который задал Хань Цзишэ, прозвучал искренне, а вот Хань И всерьёз напугала осведомлённость Нань Гуацзы. Тот помолчал, осматривая помещение, а затем отозвался:
— В первом городе я попал в такую же тюрьму, потому что пробрался в город, не заплатив налог, – вздохнул он, подойдя к стене и осмотрев пол рядом с ней. – Стоило попасть в тюрьму судебного ведомства, как кандалы тут же сошлись вместе.
Любопытно. Ведь Хань И точно просматривала списки прибывших и не обнаружила там имени Нань Гуацзы. К тому же тот говорил, что не заходил в город.. или его просто не пустили?.. Ну да, кто бы стал хвастать своими преступлениями?
Навалившись на стену, Нань Гуацзы удивил своих товарищей по несчастью, когда та вдруг отъехала назад с неприятным скрежетом. Опасаясь, как бы шум не привлёк внимание стражи – которая как-то удачно куда-то запропастилась! – Хань И насторожённо огляделась.
Только после того, как они скользнули в проход, захватив с собой подвесной настенный фонарь, Хань И позволила себе немного расслабиться. Но хватило её буквально на пару вздохов, и чернота пыльного хода с висевшей на потолке паутиной вновь усилила тревогу.
Выбраться из тайного хода оказалось делом непростым. Несколько раз они заходили в тупик, точнее, в ответвления тюрьмы, и только с четвёртой попытки набрели на решётку в задней стене дворца. Не сказать, что это тоже благое знамение, от цифры «4» не стоило ожидать чего-то хорошего.
— Я не пойму, уже ночь, что ли? – взглянув на тёмное небо, проглядывавшее сквозь высокие кроны деревьев, напрягся Хань Цзишэ.
— Меня больше волнует, что мы смогли так просто сбежать, – сказала Хань И.
Стоило ей пересечь невидимую дворцовую линию, как исчезла сила притяжения между деревянными наручами. Затёкшие плечи неприятно заныли, а ладони будто закололи невидимые иглы.
Оглядевшись и обнаружив, что они оказались на отшибе, где по обе стороны от стены тянулись кривые сосны, Хань И также отметила, что вытоптанная дорожка уже местами изрядно заросла травой. Лёгкий ветер принёс неприятный запах стоячей воды и нечистот.
— Похоже, это задняя часть дворцовой стены, – осмотревшись, рассудила Хань И. – Предлагаю не задерживаться и уходить.
— И куда мы пойдём?
— Стоит вернуться на постоялый двор.
— Что? – изумился Нань Гуацзы. – Зачем? Разве они не забрали наши вещи?
— Не все, – отрезала Хань И, переходя на лёгкий бег, чтобы побыстрее уйти от дворца и судебного ведомства.
— Но нас могут там поджидать!
— А что ты предлагаешь? У нас ничего нет!
— Подожди, Хань И.. Хань И!
Она не сразу обратила внимание, что Нань Гуацзы плетётся за ними, как черепаха. За деревьями уже показался первый ряд домов, да и с улицы стали долетать голоса. Всё, что им оставалось, – это затеряться в толпе и незаметно проникнуть на постоялый двор и забрать вещи, – вряд ли люди из судебного ведомства до сих пор поджидают их, словно хищники в засаде.
— Хань И, думаю, Нань Гуацзы прав, – поделился своими переживаниями Хань Цзишэ, как только актёр нагнал их. – Уж слишком легко нам дался побег. Что, если та женщина пытается выйти на Юнь Сяо и Шу-сюна через нас?
«Через меня», – невесело подумала Хань И, соглашаясь с тем, что вероятность подобного исхода была не так уж и мала. Если Ди Хухо смогла напасть на след Юнь Сяо с помощью тех странных манипуляций, напоминающих заклинание, где гарантия, что эта магия не приведёт её и к трём беглецам?
Значит, своим присутствием она подвергала Хань Цзишэ опасности. Возможно, стоит разделиться, но от одной только мысли потерять его вновь Хань И бросало в дрожь. Где им теперь отдохнуть? И что делать без денег и снаряжения? Если сама она успела нормально одеться и припрятать нож, то на Хань Цзишэ и Нань Гуацзы без слёз не взглянешь. Не хотелось оставаться в этом прокажённом месте и месить грязь у редких деревьев, но и кидаться в неизвестность, словно в тёмный омут, тоже не тянуло.
Мрачные мысли постепенно нагоняли панику. Хань И всегда боялась терять контроль над ситуацией, в такие моменты она чувствовала себя настолько слабой и беспомощной, что хотелось кричать от отчаяния. Нужно срочно что-то предпринять, но что? Как лучше всего поступить, причём быстро?
— Ситуация не из лучших, но предложу вариант, – помедлив, словно наверняка зная, что идея никому не понравится, Хань Цзишэ спросил: – Как насчёт того, чтобы пойти дальше по судилищам?
Первым желанием Хань И было отругать Хань Цзишэ за столь абсурдную идею. Но что-то не давало ей отмахнуться от его предложения; она притихла и хмуро задумалась.
В отличие от неё, Нань Гуацзы начал возражать: