Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 41 из 97

Не успело пройти и фэня, как в комнату уверенно ворвались люди в тёмно-синих халатах пао, грохоча по дощатому полу высокими сапогами. Волосы спрятаны под тюрбаны, все лица, как на подбор, грозные и хмурые; на поясах – медальоны с характерной гравировкой «куайбань».

— Что здесь делает судебный отряд быстрого реагирования? – потрясённо пробормотал Нань Гуацзы, продолжая сидеть на циновке. Подняв руки, он испуганно затараторил: – Мы ничего не делали! Мы просто гости этого заведения!

— Гости, но не все из них обычные, – донёсся из коридора женский голос.

Она зашла в зал как хозяйка положения, окинув спокойным взором собравшихся людей. Теперь Хань И могла детально рассмотреть даму, которой так опасались Юнь Сяо и Шу Дуньжу. Ди Хухо напоминала цаплю, зорко высматривающую лягушек на болоте, – одно неверное движение могло спровоцировать её к атаке, и рука, лежавшая на рукояти меча, являлась тому лишним подтверждением. Похоже, застигнутые врасплох гости не слишком интересовали её до тех пор, пока цепкий взгляд не наткнулся на стоявшие в углу туристские рюкзаки. В явном недоумении Ди Хухо глянула сначала на Хань Цзишэ, а затем и на Хань И.

Внимание Ди Хухо задержалось на Нань Гуацзы. Она долго и бесстрастно смотрела на него, а потом её брови удивленно поползли вверх. Что ж, тот выглядел до того неряшливо и безобидно, поэтому вряд ли вызвал бы иную реакцию.

— Вы явно не из этого мира. – Её голос приглушала вуаль.

— С чего бы? – насупилась Хань И.

— Эти вещи, а также ваши причёски о многом говорят. Но эту достопочтенную интересуют другие люди. Те, что прибыли с вами.

— Мы.. – начал было Нань Гуацзы, но Хань И перебила его:

— С нами были двое, это верно, но мы познакомились совсем недавно. Решили, что выгоднее снять одну комнату после тяжёлого испытания.

— Познакомились во время прохождения испытания судилища?

— Верно.

— Знаете, кто они такие?

— Понятия не имеем. Какие-то учёные.

Под пристальным взглядом Ди Хухо у Хань И дыбом вставали волоски на шее, складывалось ощущение, словно та смотрела ей прямо в душу в поисках правды. Ди Хухо подступила ближе, пока между ними не осталась только половина чжана. Она с интересом и в какой-то степени бестактно осмотрела каждую деталь, каждый изгиб и чёрточку лица Хань И.

— Ложь – всё равно что запах дичи для ищейки. А духовная энергия, пульсирующая в тебе, как кровь. В тебе её сила, но запах другой. Будто её и не её. Как интересно..

Подумав мгновение и скупо хмыкнув, Ди Хухо отступила.

— Вот как мы поступим. Вы пойдёте с этой достопочтенной в ведомство наказаний, а если откажетесь, эти господа заставят вас подчиниться. Не думайте, что сумеете убежать. Даже если затеряетесь на улицах, судьба грешника потянет вас на тропу следующего судилища. Вопрос времени и сил.

— Что вы от нас хотите?

— Поговорить.

— Поговорить можно и здесь.

— Увы, но придётся действовать по процедуре допроса. Эта достопочтенная лишь скромная посланница своей госпожи, и пусть у той есть власть на здешних землях, эта достопочтенная обязана действовать в рамках закона.

Слова о действии в рамках закона отдались в сердце Хань И ироничным разочарованием. Знай она, по каким «законам» здесь решали судьбы людей, она бы хоть попыталась оправдать и освободить их. Но посмотрев на представителей правопорядка, призванных оказать психологическое давление, Хань И отмела глупую мысль. Любые доводы быстро разобьются о холодную сталь их мечей.

— Уведите их.

«Вот вам и день отдыха», – невесело рассудила Хань И, глянув на Хань Цзишэ и кивнув ему в знак смирения. Шутить с этими людьми не стоило, и лучше уж выйти из постоялого двора в целости и сохранности, чем побитым и в дополнительных кандалах. А там, возможно, и представится шанс сбежать. Хотя куда именно – вопрос не менее животрепещущий.

Хань И невольно задумалась, как их поведут через весь город в судебное ведомство, но стоило увидеть клетку, взгромождённую на повозку, все вопросы отпали. А она-то надеялась на что-то менее позорное и более комфортное.

В судебном ведомстве о комфорте и вовсе пришлось забыть. Их посадили в разные камеры, причём расположенные в отдалённых блоках. Пару раз Хань И доводилось бывать в полицейских участках, участвовать в заседаниях суда и наблюдать за людьми в камерах временного содержания. Но то, где оказалась она, не шло ни в какое сравнение с тем, что видела прежде. Даже тюрьмы могли бы считаться курортом в сравнении со страшными подземными темницами, где мрак был таким же вязким, как и сырость, от которой на стенах разрасталась плесень.

Стоило Хань И оказаться наедине с надзирателями, как те позабыли о сдержанном обращении и затолкали её в камеру за деревянной решёткой, словно мешок с рисом. Рухнув на холодный грязный пол, она раздражённо зарычала и с трудом поборола порыв лягнуться в ответ. Деревянные браслеты на её руках сцепились, словно притянутые магнитом, что говорило о магическом вмешательстве. Суставы неприятно ломило из-за неестественной позы, но Хань И ничего не могла с этим поделать.

Мысль о том, что стоило оказать сопротивление ещё на постоялом дворе, пробудила в ней раздражение. Возможно, хотя бы Хань Цзишэ удалось бы сбежать. Но нет, она вдруг решила, что им нечего опасаться. Какая наивность.

— Прошу госпожу простить за грубое обращение, люди из ведомства наказаний не привыкли церемониться, – бесшумно выйдя из-за угла, произнесла Ди Хухо и остановилась напротив пленницы. – Тем не менее ситуация крайне серьёзная, поэтому мы не можем проявлять неосмотрительность.

— Поэтому вы предпочли запереть нас в тюрьме?

— Только от вас зависит, как вы её покинете. Знаете ли вы, что функции ведомства наказаний здесь исполняет судебное ведомство? Обычно ведомство наказаний занимается расследованием серьёзных преступлений, контролирует судебные решения и местные органы самоуправления. Оно сотрудничает с цензоратом, императорским двором и верховным судом, но здесь входит в состав верховного..

— К чему это всё? – перебив её, недовольно поинтересовалась Хань И.

Ди Хухо выглядела так невозмутимо, словно на неё шипела неразумная кошка, с которой бесполезно разговаривать.

— Потому что госпожа прибыла не из эпохи Древнего Китая и тем более не из мира, наполненного духовной энергией. Из мира, который можно назвать.. современным?