Свадебные люди

— Думаешь, доживёшь до возраста, когда брат перестанет над тобой издеваться, но нет, — говорит Марла Фиби. — Этого не случится никогда. Мне сорок два, и теперь я готова с этим смириться.

Дальше следует длинный перечень того, как Гэри на протяжении многих лет портил ей жизнь, — и всё равно в глазах отца он Золотой мальчик.

— Нет, — говорит Гэри. — Золотой мальчик — Рой.

— Рой — ваш брат? — спрашивает Фиби.

— Двоюродный, — говорит Марла.

— Вы о Рое? — кричит отец Гэри сквозь ветер.

— Видите? — говорит Гэри. — Для него это как кошачья мята. Роем он насытиться не может.

— Рой — чёртов герой, — говорит отец Гэри Фиби. — Единственный герой в семье Смитов.

— Каждый раз одно и то же, — хором говорят Гэри и Марла, потом смеются. Смех совершенно меняет лицо Марлы. Она становится мягкой, как Гэри.

— А что сделал Рой? — спрашивает Фиби.

— Был снайпером в Ираке, — говорит отец Гэри.

— Потом написал об этом мемуары, — говорит Гэри.

— А кто-то снял по ним фильм, — добавляет Марла.

— Феноменальный фильм, — объявляет отец Гэри Фиби. — Джуд Лоу.

— Это был не Джуд Лоу, — поправляет Марла. — Джуду Лоу сейчас уже лет пятьдесят.

— Ты путаешь с фильмом, где Джуд Лоу играл русского снайпера, — добавляет Гэри.

— Я знаю, кто такой Джуд Лоу, — говорит отец Гэри.

— Хорошо, ладно, как скажешь. Суть в том, что папа смотрит этот фильм как минимум раз в год, а потом тут же звонит нам и говорит, что Рой — единственный настоящий герой в семье, — говорит Гэри.

— Вообще-то я ради тебя пошла учиться на юриста, папа! — говорит Марла.

— А я думал, чтобы стать феминисткой? — спрашивает отец Гэри.

Она толкает его локтем.

— И поэтому тоже, — говорит Марла. — Но, честно, какой смысл учиться на юриста, если отец этого не уважает?

— Да перестань. Ты же, чёрт возьми, мэр! — говорит отец Гэри. — Конечно я тобой горжусь.

Марла отпивает свой коктейль.

— В общем, вот такой Рой, — говорит Гэри, и все смеются.

— Рой вчера здорово набрался, да? — говорит Марла.

— Кстати об этом, — говорит Джим и протягивает Гэри пиво: да-да, сколько можно пить «Отпуска в стакане». И оба принимаются рассказывать о настоящем отпуске, в который ездили до пандемии.

— Мы все вместе поехали через всю страну после… — говорит Джим и умолкает. Отпивает пива, потом Muscle Milk.

— С палатками, на хребет Уинд-Ривер в Вайоминге, — говорит Гэри.

— Вот эту научили рыбачить, да? — говорит Джим, толкая Джус локтем. — А помнишь, как у нас на глазах съели кролика?

Джус кивает.

— Ястреб просто схватил его прямо перед нами.

— Жуть была, — говорит Джим.

Фиби чувствует: Джим старается поразить их рассказами о приключениях, сражениях и смерти. Она всматривается в его лицо, ищет следы сестры. Венди тоже была темноволосой? С такими же большими овальными глазами? С той же напористой манерой держаться, чуть слишком сильно подаваясь вперёд во время разговора? У Джима энергия человека, которому следовало бы стать инвестиционным банкиром, или автодилером, или свадебным певцом, кем-то, кто постоянно на виду, — но это, наверное, потому, что Фиби — читательница и вечно ждёт от профессий точного соответствия характерам. В настоящей жизни Джим — инженер.

— В свободное время, — говорит Джим Фиби, — я строю гидросамолёт.

— Впечатляет, что вы это умеете, — говорит Фиби.

— Вообще-то не умеет, — говорит Гэри.

— Строишь, — говорит Джим, — так и учишься. И, кстати, ещё получаешь сертификат. В штате Род-Айленд построил самолёт — и вуаля, ты сертифицированный авиамеханик.

— Но откуда вы знаете, что самолёт хороший? — спрашивает Фиби.

— А, этого не знаешь, — говорит Джим. — Пока не взлетишь.

— Но тогда уже поздно, — говорит Фиби.

— Именно, — говорит Джим.

Все смеются, и Лайла наконец оборачивается к ним. На секунду Фиби чувствует себя ученицей, которую застукали на уроке. Только за чем?

— Джим, ты рассказываешь о самолёте, для которого ещё даже деталей не купил? — спрашивает Лайла, и все умолкают.

— Ну, теперь уже, блядь, не рассказываю, — говорит Джим, и все снова смеются.

Марла откидывается к борту, довольная тем, что теперь она на правильной стороне закона. Яхта кренится в её сторону, и коктейль проливается ей на свитер.

— Дерьмо, — говорит Марла, и Сьюз подходит долить ей в стакан.

— Значит, вы преподаёте? — спрашивает Джим Фиби.

Фиби чувствует, что теперь на них смотрят и Лайла, и Гэри, словно тут складывается пара. Может, они и задумали, чтобы Джим на этой свадьбе с кем-нибудь познакомился, наконец остепенился.

— Да, — говорит Фиби, хотя чем дальше они уходят в море, тем меньше правды в этом ответе. Здесь, в океане, со свадебными людьми она чувствует себя очень далеко от прежней жизни. Уже целые сутки не проверяла почту. К завтрашнему занятию студенты должны что-то прочитать — Шелли, — но Фиби уже знает, что сегодня вечером Шелли читать не будет. К занятию она не вернётся, и всё же никакой вины не чувствует. Только облегчение. Только удовольствие от ровного ветра на щеке. Сладкого напитка в стакане. От знания, что наконец сделала то, на что считала себя неспособной: выбралась из тёмной спальни собственной жизни. Она — здесь.

— Здорово, — говорит Джим. — Очень здорово. Я сам по части литературы не очень.

Он допивает свой Muscle Milk, и Джус говорит:

— Ты же знаешь, что это не настоящее молоко.

— Знаю, — говорит Джим. — Вот тут написано: «Продукт не содержит молока».

— Тогда зачем ты его пьёшь?

— Потому что я не хочу, чтобы это было молоко, — говорит Джим.

— Какая-то бессмыслица, — говорит Джус.

Капитан ведёт их к форту Адамс, к старому маяку, и, пока они его огибают, Джим продолжает расспросы, словно ему действительно хочется узнать Фиби поближе. Что вы преподаёте? Какие у вас студенты? Приятно стоять перед ними и всё знать? Она чувствует, как он подступает к ней, будто знает: им суждено потрахаться, они же двое на яхте без пары. Чувствует, как все украдкой наблюдают, надеются, что это случится, словно они участники телешоу.

Поэтому, когда Джус наконец трогает её за плечо, Фиби испытывает облегчение.

— Можно теперь? — спрашивает Джус, поднимая виртуальную собаку, чтобы Фиби увидела.