Страница 34 из 70
Глава 13: Возвращение
Обратный путь через перевал занял у нас вдвое меньше времени, чем дорога к Руинам. То ли потому, что мы больше не оглядывались на каждом шагу в ожидании засады, то ли потому, что сам воздух вокруг изменился — стал чище, легче, свободнее от давящего присутствия древнего проклятия. Когда мы спустились в долину и оглянулись на заснеженные вершины, за которыми скрывались Забытые Руины, мне показалось, что даже горы вздохнули с облегчением. Врата были закрыты. Корвус мёртв. Древнее зло, дремавшее под руинами, снова погрузилось в сон.
Но я знала, что это не конец. Это было только начало.
Мы добрались до Ританнии через четыре дня. Четыре дня долгого пути по южному тракту, через леса и поля, через маленькие деревушки, где крестьяне смотрели на нас с любопытством и опаской — пятеро путников в изодранной одежде, покрытые дорожной пылью, но с оружием и артефактами, выдававшими в нас магов. Мы не задерживались нигде надолго, спеша доставить вести королю. И всё же по вечерам, когда мы разбивали лагерь у костра, я чувствовала, как между нами растёт что-то новое. Не просто товарищество, не просто боевое братство. Что-то более глубокое. Что-то, что связывало нас крепче любых клятв.
Кай за эти дни изменился ещё сильнее. Он больше не вздрагивал от резких звуков и не замолкал на полуслове. Он смеялся — сначала робко, неуверенно, словно пробуя смех на вкус, потом всё чаще и свободнее. Он разговаривал с Сандром о магии воды, с Рикки — о травах и растениях, с Рионом — о тактике и стратегии. Он вливался в нашу команду, как недостающая деталь, которую мы даже не знали, что искали. И каждый раз, когда я видела его улыбку, моё сердце наполнялось теплом. Мы спасли его. Не просто освободили от Уз — мы дали ему шанс на новую жизнь. И он этот шанс принял.
На пятый день, когда шпили Ританнии показались на горизонте, озарённые лучами заходящего солнца, я почувствовала, как внутри что-то отпускает. Мы дома. Почти дома.
В город мы въехали через южные ворота, и стража, узнавшая Риона и меня, немедленно послала гонца во дворец. Мы не стали заезжать в академию или в лавку Элрика — вместо этого направились прямо к королю. Андриэль Второй ждал нас в том же кабинете, где несколькими днями ранее дал мне перстень с королевской печатью. Когда мы вошли — уставшие, грязные, но живые, — он поднялся из-за стола и долго смотрел на нас молча.
— Вы вернулись, — произнёс он наконец. — И, судя по вашему виду, вернулись с победой.
— Корвус мёртв, — ответила я. — Врата закрыты. Забытые Руины больше не представляют угрозы.
Король медленно опустился обратно в кресло. Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас выражало искреннее облегчение.
— Расскажите мне всё.
И мы рассказали. О шахтёрской тропе и тварях Хаоса, о гнезде матки в подвале старой администрации, о Забытых Руинах и куполе, о Корвусе и его попытке открыть Врата, о битве и о том, чем она закончилась. Кай говорил мало, в основном дополняя мой рассказ деталями, которые я упускала. Но когда речь зашла о том, как он разрывал связи Корвуса с Вратами, я почувствовала, как его голос окреп. Он гордился собой — возможно, впервые в жизни. И я гордилась им тоже.
Когда рассказ был окончен, король долго молчал. Потом встал и подошёл к окну, глядя на залитый закатным солнцем город.
— Вы сделали то, что не удавалось никому на протяжении столетий, — произнёс он наконец. — Вы не просто уничтожили угрозу. Вы вернули нам наследие. Знания древних Ткачей, которые хранятся в алтаре Забытых Руин... это сокровище, которому нет цены. — Он повернулся к нам. — Леди Блекфор, лорд Ар-Дарейн. Я хочу, чтобы вы возглавили работу по изучению этого наследия. Академия пяти стихий давно нуждалась в новом факультете — факультете Пряжи.
Я уставилась на него, не веря своим ушам.
— Факультет Пряжи? Вы хотите, чтобы мы учили других?
— Именно. Вы — два последних Ткача в известном мире. Но это не значит, что других нет. Спящие Ткачи, о которых говорил Корвус, могут пробудиться в любой момент. И когда это случится, они должны знать, что они не одни. Что есть место, где их примут, обучат, помогут освоить их силу. Академия станет этим местом. А вы — её наставниками.
Кай посмотрел на меня, и в его глазах я увидела тот же вопрос, что витал в моей голове: готовы ли мы к этому? Сможем ли мы учить, если сами ещё только учимся? Но потом я вспомнила слова Элрика, сказанные мне год назад: «Настоящий Ткач учится всю жизнь. И лучший способ научиться чему-то — начать учить этому других».
— Мы согласны, — ответила я, и Кай кивнул.
— Но это ещё не всё, — король подошёл к столу и взял какой-то документ. — Пока вас не было, принц Кайрен покинул Ританнию. После того как Кай исчез, а вы все — следом за ним, Империя обвинила нас в похищении «имперской собственности». Был серьёзный дипломатический скандал. Однако вчера я получил послание от самого императора. — Он протянул мне свиток с золотой печатью. — Император выражает сожаление о случившемся и отзывает все претензии. Более того, он признаёт независимость Кая Ар-Дарейна и предлагает ему статус почётного гражданина Империи — разумеется, если он сам этого пожелает.
— Что? — Кай замер. — Император... признаёт меня?
— Похоже, весть о том, что два Ткача закрыли Врата и уничтожили Корвуса, достигла Империи быстрее, чем вы сами. Император — прагматик. Он понимает, что враждовать с вами — себе дороже. Лучше сделать вас союзниками.
Кай долго смотрел на свиток в моих руках, потом медленно покачал головой.
— Я не хочу быть почётным гражданином Империи. Я хочу быть гражданином Ривании. Если король позволит.
Андриэль Второй улыбнулся — впервые за всё время нашей встречи.
— Позволю, лорд Ар-Дарейн. С радостью.
После аудиенции у короля мы наконец добрались до лавки Элрика. Старик ждал нас на пороге, словно знал, что мы придём именно сегодня. Увидев нас — грязных, уставших, но живых, — он ничего не сказал. Просто отступил в сторону и шире распахнул дверь.
— Чай на плите, — буркнул он. — Пирожные на столе. Сапоги вытирайте. И не вздумайте пачкать мои артефакты своей дорожной грязью.
Мы рассмеялись — Сандр, Рион, Рикки, Кай и я. Смеялись до слёз, до боли в животе, до того момента, когда Элрик, ворча что-то о «сумасшедших Ткачах», сам не сдался и не присоединился к нам.