Страница 30 из 70
Глава 11: Забытые Руины
Перевал встретил нас ледяным ветром и ослепительным солнцем, которое отражалось от снежных вершин, заставляя щуриться и прикрывать глаза ладонями. Мы вышли затемно, едва первые лучи рассвета окрасили небо в бледно-розовые тона, и теперь, спустя несколько часов изнурительного подъёма по узкой, обледенелой тропе, стояли на вершине, глядя вниз, в долину, которая расстилалась перед нами, как страница древней книги, написанной на языке скал и руин.
Забытые Руины. Они были именно такими, какими я их себе представляла, — и одновременно совершенно иными. С перевала открывался вид на огромную котловину, окружённую со всех сторон горами, словно чаша, вырезанная в камне рукой великана. В центре котловины возвышались остатки города — не просто нескольких зданий, а целого архитектурного ансамбля, построенного в стиле, которого я никогда раньше не видела. Высокие башни, соединённые воздушными мостами, давно обрушившимися. Широкие площади, заросшие диким кустарником. И в самом сердце города — гигантский купол, сделанный из какого-то полупрозрачного материала, который даже сейчас, спустя столетия, слабо светился в лучах утреннего солнца.
— Святой Арейн... — прошептала Рикки, и её голос дрогнул от благоговейного ужаса. — Это... это невозможно. Кто мог построить такое?
— Ткачи, — ответила я. — Древние Ткачи. Те, кто жил здесь задолго до Морвейн. Задолго до Андриэля Первого. Это их город.
— И он пуст, — констатировал Рион, вглядываясь в долину через свой монокль. — По крайней мере, на первый взгляд. Никакого движения. Никаких следов присутствия.
— Но Корвус здесь, — тихо сказал Кай. — Я чувствую его. Или, вернее, чувствую его след. Он очень слабый, почти стёртый, но он есть. Как будто кто-то недавно прошёл через это место и оставил за собой... пустоту.
Я прикрыла глаза и погрузилась в Пряжу. Кай был прав. По долине, по разрушенным улицам, по площадям тянулся едва заметный след — не нить, а её отсутствие, негативный отпечаток, какой оставляет за собой человек, умеющий скрывать своё присутствие от Полотна. Корвус действительно был здесь. И он не хотел, чтобы его нашли.
— Спускаемся, — скомандовала я. — Только осторожно. Если Корвус знает, что мы идём, он наверняка подготовил нам ещё одну ловушку.
Спуск в долину занял у нас около двух часов. Тропа, ведущая вниз с перевала, была ещё более коварной, чем подъём, — камни осыпались под ногами, а ледяные участки, припорошённые свежим снегом, грозили в любой момент отправить нас в пропасть. Но мы справились. К полудню мы уже стояли у подножия разрушенной арки, которая когда-то, должно быть, служила главными воротами в город Ткачей.
Здесь, вблизи, руины производили ещё более сильное впечатление. Камни, из которых были построены здания, казались живыми — они пульсировали остаточной магической энергией, сохранившейся в них с древних времён. Я прикоснулась к одному из них и почувствовала, как по моим пальцам пробегает лёгкое покалывание. Это была магия Ткачей — та же самая, что текла в моих жилах. Она узнала меня. И приветствовала.
— Здесь так тихо, — прошептала Рикки, оглядываясь по сторонам. — Слишком тихо. Как в лесу, только хуже. Здесь нет ни птиц, ни зверей, ни даже насекомых. Как будто жизнь покинула это место.
— Так и есть, — подтвердил Рион. — Я читал отчёты о Забытых Руинах. После падения Морвейн и битвы Ткачей это место было проклято. Ничто живое не селится здесь. Даже твари Хаоса обходят его стороной — по крайней мере, так было до недавнего времени.
— Значит, Корвус здесь, — подытожил Сандр. — Он — единственный, кто осмелился войти в проклятый город.
— Или единственный, кто знает, как обойти проклятие, — добавила я.
Мы двинулись по главной улице, ведущей к центральному куполу. Она была широкой, вымощенной каменными плитами, которые почти не пострадали от времени. По бокам возвышались разрушенные здания — некоторые из них всё ещё сохраняли остатки былого величия. Я видела фрески на стенах, изображавшие Ткачей за работой — они пряли нити, вплетали их в Полотно, создавали и исцеляли. Это была цивилизация, построенная на созидании. И она пала из-за одной, которая выбрала разрушение.
— Смотрите, — Кай указал на одну из фресок, которая сохранилась лучше других. На ней был изображён человек в длинных одеждах, держащий в руках два сияющих предмета. Один — бирюзовый кулон, точь-в-точь как мой. Другой — золотой медальон, похожий на тот, что Кай носил на груди. — Это наши артефакты. Сердцевина Хаоса и... что-то ещё.
— Сердце Созидания, — прошептала я. — Так назывался твой медальон в древних текстах. Я читала о нём в записях жены Андриэля Первого. Сердцевина Хаоса и Сердце Созидания — два артефакта, созданные первыми Ткачами. Один хранит в себе сущность Морвейн, разрушительницы. Второй... второй должен был хранить сущность её сестры.
— Сестры? — Кай уставился на меня. — У Морвейн была сестра?
— Да. Её звали Ариэн. Она была первой Ткачихой, которая выступила против Морвейн и объединила остальных для битвы. Согласно записям, после победы Ариэн запечатала сущность Морвейн в Сердцевину Хаоса, а свою собственную сущность — в Сердце Созидания. Она верила, что когда-нибудь, через столетия, родится новый Ткач, который сможет примирить обе силы и восстановить баланс.
— И этот Ткач — я? — Кай посмотрел на свой медальон с благоговейным ужасом.
— Возможно, — ответила я. — Или мы оба. Два Ткача. Две крови. Две судьбы. Одна нить. Пророчество говорит о нас, Кай. О тебе и обо мне. Мы — наследники тех, кто сражался здесь тысячи лет назад. И мы должны закончить то, что они начали.
В этот момент мы услышали звук. Тихий, ритмичный, доносящийся откуда-то из-под купола. Это был не стук и не пульсация. Это был голос. Кто-то читал заклинание — на древнем языке, которого я не понимала, но который каким-то образом отзывался в самой глубине моего существа.
— Корвус, — тихо сказал Рион. — Он в куполе. Готовит ритуал.
— Мы должны остановить его, — Сандр уже разворачивал свой водяной хлыст.
— Нет, — я остановила его жестом. — Сначала я хочу понять, что он задумал. Если мы ворвёмся туда без подготовки, он может успеть завершить ритуал. Дайте мне несколько минут. Я попробую прочитать Пряжу внутри купола.
Я села прямо на каменные плиты улицы и закрыла глаза. Пряжа развернулась передо мной во всей своей полноте. Здесь, в Забытых Руинах, она была особенно плотной, особенно яркой — всё-таки это место было точкой пересечения тысяч древних заклинаний. Но сквозь эту яркость я смогла разглядеть то, что происходило внутри купола.