Выбор за тобой

Глава 37

За прошедшие пять дней я увидела и узнала ещё больше, чем бы мне хотелось. Я узнала, что меня обманывал не только Падрэйг и все, кому я доверяла, но и то, что зло никогда не умело любить даже себя. Тринадцатое поселение и его жители были так счастливы видеть меня в своих домах. Я специально заходила к ним, чтобы спросить, как обстоят дела, чтобы в очередной раз услышать, как они счастливы и как боятся тёмного мира Падрэйга. Они повторяли слова Домиция о том, как он использовал портал и что заставлял свой народ отдавать ему силы, питать его похоть и ненавидеть людей, желая им отомстить. И его слова… чёрт, они так больно вырезаются на сердце с каждым разом, как я о них вспоминаю. То время, когда я немного, но была счастлива с ним. Но можно ли быть счастливой, когда это всё было выдумано лишь для того, чтобы использовать мою силу, о которой я даже не подозревала. Всё встало на свои места. Я распутала все клубки непонимания и причин его жестокости. С самого начала он выстроил план, как заманить меня в ловушку и возненавидеть по-настоящему невинных людей. Меня предали все. Буквально все, даже Агоре. Каждый из них прекрасно играл свою роль, скрывая в своих сердцах жестокое желание поработить и, вероятно, убить меня. Да даже тот факт, что те люди, которые напали на меня в лабиринте, не вонзили сразу же в моё тело свои ножи, должен был насторожить. Ведь меня убеждали, что хотят убить, а они просто хотели вернуть меня в тринадцатое поселение. К тому же я вспомнила, какие слова говорила при драке с Падрэйгом и на ритуале. Они все шли из моего сердца, и я уповала сначала на якобы силы Ирэн-Эйрин, которые она оставила мне, затем на то, что просто выдумала их. А они принадлежали моей первородной душе. Мне безумно противно, оттого что я была такой дурой, и что мне мало доказательств даже сейчас, после всего, что я увидела и услышала.

– Я хочу с ним встретиться, – уверенно заявляю, когда мы с Эми выходим на морозный воздух, и я набрасываю капюшон.

– Нет, моя принцесса, ваш отец не разрешит этого. Он боится снова потерять вас, да и вы должны понимать, что влияние Падрэйга на вас ещё действует, и это может быть опасно, – кормилица Ирэн-Эйрин тянет меня за собой к замку, но я выдёргиваю свою руку из её.

– Вряд ли кто-то сможет запретить мне это сделать. А если ты хоть слово проронишь о том, где я, то убью тебя. Мне вы не семья, – фыркаю я, смеряя бедную женщину взглядом, полным ненависти. Она не виновата в том, что меня предали так жестоко, что моё сердце разламывается на кусочки и всё никак не может до конца разрушиться. Никто не виноват в этом, кроме меня. И я хочу поставить точку.

Я ощущаю, как моё тело растворяется в воздухе и резко дёргается вверх, моментально материализуясь у прозрачной стены, искрящейся в свете ночи серебристым светом.

– Падрэйг, появись. Я призываю тебя прийти ко мне, – низким голосом произношу, всматриваясь в темноту за щитом. Одна часть моего разума орёт мне не делать этого. Она умоляет не причинять себе боли. Другая же – вероломно подначивает убедиться во всей лжи лично.

– Если ты не трус, то приди к своему врагу и посмотри в его глаза! – Вскрикиваю я, сжимая кулаки.

– Эйрин, нет! Не смей! – Раздаётся за спиной крик короля, и в это же время тёмный дым появляется передо мной.

– Заблокировать щит! Он заберёт её снова! Дочь…

Поднимаю руки и вытягиваю защитную стену на себя, оказываясь за её пределами, другая же сторона неприступного барьера алого цвета выгибается в другую сторону.

Я вижу краем глаза, как воины, Домиций и мой театральный женишок подлетают к капсуле, которую я создала, и что-то орут мне, пытаясь своими силами разрушить стены. Но дым становится темнее, покрывая мои ноги и все стены сосуда, а затем раздаётся хлопок. Прямо по сердцу. По душе. По любви.

Рэйг.

Его человеческое обличье сейчас спокойно и ничем не отличается от того, каким я его запомнила. Та же чёрная одежда, тот же упрямый и твёрдый подбородок, те же кудрявые длинные волосы, собранные в косу, тот же напористый взгляд.

– Вы звали меня, Ваше Высочество? – Ехидно усмехается он, а моё сердце против воли впитывает в себя этот высокомерный образ, который так разнится с обманчивым теплом, выжженной внутри меня, дыры.

– Ты знал, что нас двое? – Обретаю голос, но молю не отвечать.

– Да, – лицо Рэйга становится серьёзным.

– Ты не применял никакой силы, чтобы ввести в заблуждение своих людей, потому что она мой близнец.

– Да. Ты была так слаба, когда родилась, что от тебя предпочли отказаться и отдать людям, чтобы они увидели твою смерть. Ведь они уже наблюдали, как Ирэн умерла из-за твоей борьбы за жизнь. Ты убила сестру, – произносит так спокойно, как будто это не раздирает меня снова.

– Ты использовал меня.

– Да. Постоянно.

– Ты планировал убить меня и забрать всю силу?

– Да. Только время тянул, чтобы ты больше влюбилась в меня и отдала мне то, чего я так жаждал. Силу.

– Ты всё врал? Буквально всё? – Ожидаю моментального «да», но Рэйг ничего не отвечает.

– Я считал, что в тебе нет ничего, кроме глупости, присущей людям. Ты и была человеком для меня, такой и остаёшься, Арин. Твоя роль была проста – заставить сестру вернуться. Сначала, – губы Рэйга искривляются в неприятной улыбке, и он делает шаг ко мне, а я от него.

– Не подходи.

– Страх. Обожаю человеческий страх, он такой ароматный, такой притягательный, – его смех пробирает до костей… пробирал бы, если бы не давило грудь от боли.

– Я проверял тебя. Каждый раз. Каждый твой вздох был проверкой. Я видел твоё обличье, и оно не краше моего, Арин. Оно такое же уродливое, как твоё и моё сердце. Мы похожи. Очень похожи, поэтому так идеально подошли друг другу. Мы ненасытны. Нам мало. И тебе. И мне. Так мало боли. Ей нужно затопить всё.

– Ты спас меня, Рэйг. Ты хочешь меня сейчас запутать, но ты спас меня там в пещере, я видела это. Если бы ты хотел, то дал бы мне погибнуть и забрал бы тот огонёк, который вырвался из моего тела, – проклятое сердце, проклятая любовь! Они не верят ему! Никому и ничему не верят, даже фактам!