Выбор за тобой

Глава 33

Смотрю на пасмурное небо, и оно так прекрасно отражает мои чувства. Рэйг с ночи больше не появлялся. Чичи сообщил мне за обедом, когда я проснулась вся разбитая и уже уставшая от новой предстоящей борьбы, что они готовятся к этой ночи и создают ловушку где-то в лесу, им помогает Каэлье. Чёрт, мне так обидно. Мало того, что слова Рэйга до сих пор причиняют боль, особенно упоминание о Терло и Ирэн, так он ещё выбрал в союзницы свою бывшую любовницу, а не меня, придумавшую план. Я не знаю, как к этому относиться. Меня это путает сильно. То он говорит, что хочет семью, то специально создаёт между нами нерушимые стены из обиды и злости. И он знал, как на меня повлияют его слова. Он насладился этой правдой, причинив мне боль, от которой якобы хотел уберечь.

Выхожу в гостиную и дёргаю за ручку двери. Заперто. Как же это бесит. Рэйг снова запер меня здесь, разрешив выйти только ночью, когда будет праздник. И то, я должна буду побыть там всего минут десять, а затем Чичи перенесёт меня обратно в замок. А я вот не хочу помогать. Из принципа. Хотя и это глупо. Я не могу подставить людей, жизни которых зависят от сегодняшней ночи. Если Рэйг поймает шпионов, то поселение немного передохнёт от грозящей опасности, о которой они представления не имеют. Я вот не задумывалась раньше о том, почему Рэйг несколько раз признавался, что у него недостаточно силы для ведения войны против одного поселения. По идее, именно он должен быть самым сильным, и его обязаны бояться все до единого. Оказалось, он раздаёт свою энергию, и об этом знают неверные. Я уверена в своих выводах, иначе бы они так нагло не вторгались в земли Падрэйга и не переманивали к себе его людей. Откуда? Кто им донёс? Конечно, шпионы – это серьёзный источник информации, но о том, что Рэйг слаб, могут знать лишь близкие. Ирэн. Только она могла рассказать об этом, когда ощутила отсутствие, как понимаю, легендарной силы повелителя, и поэтому атаки на поселения Рэйга стали участились. Если раньше они делали всё тихо, то теперь уже нет. И они думают, что я это она. Как? Мы точно очень отличаемся внешне друг от друга, выходит, Рэйг и на затмение рассудков своих людей тоже тратит силы, чтобы каждый видел то, что хочет. Потому что иначе нельзя объяснить того, почему неверные верят, что я Ирэн, ведь она сбежала оттуда.

С каждой мыслью всё становится очень запутанней и сложней. Не думала я, что в восемнадцать лет резко повзрослею и буду участвовать в чём-то глобальном. Для меня глобальными представлялись покупка платья на выпускной и экзамены, но не возможная война и любовь к гадкому, наглому и жестокому монстру.

– Миледи, пора переодеваться. Повелитель и сир ожидают вас внизу, – киваю Чичи и отхожу от окна, замечая, что ночь сегодня темнее обычной.

Чёрт помогает мне облачиться в золотистый наряд и украсить голову диадемой. А мне в зеркало тошно смотреться. Всё это ложь. Улыбки фальшивые, и меня подмывает сказать всем правду, чтобы раскрыть им глаза, и эти люди поняли, что не только Рэйг должен защищать их, но и они его. Это правильно. Только при таком раскладе чего-то удастся добиться. Но я же глупая и бездумная идиотка, зачем ко мне прислушиваться.

Меня аж трясёт от злости, когда я спускаюсь по лестнице и вижу двух мужчин в чёрном. Моё сердце сжимается при виде туго заплетённых в косу волос Рэйга и воспоминания о том, как ещё недавно я спокойно перебирала его кудри, засыпая в его руках, больно отдаются ударами внутри.

– Миледи, вы потрясающе выглядите, – с улыбкой произносит Волх. Я даже не смотрю на Рэйга, кивая его дяде.

Молчание на несколько секунд повисает между нами. Моя кожа покрывается мурашками от близости Рэйга и исходящего от него жара ярости. Не ему обижаться на меня. Это он позволил себе унизить меня.

– Кхм, что ж. Значит, сейчас мы отправляемся на площадь, немного побудем там, затем я отведу миледи Эйрин в сторону, а ты, Падрэйг, заменишь её на эфирную копию, с которой отправишься в лес. Она убежит от тебя и Каэлье якобы отвлечёт тебя, позволив шпионам проследить за ней, – стараясь сгладить неприятную атмосферу, говорит Волх.

– Хорошо, – сухо бросаю я.

– Хочу поскорее с этим покончить, – в том же тоне фыркает Рэйг.

– Тогда может быть проще отдать им меня, и у тебя не будет никаких проблем? – Зло цежу я.

– Может быть, и проще!

– Так, хватит! С таким настроем у нас ничего не получится! – Обрывает наш спор Волх, вставая между нами. Рэйг, действительно, так сильно ненавидит меня? Выходит, что все эти слова про наше будущее, про его чувства были ложью?

– Решите свой конфликт на этом месте, немедленно. Сейчас не время дуться друг на друга, как дети. Это не спектакль, на который пришли ваши семьи, чтобы похлопать вашим промахам и убедиться, что всё в порядке. Это премьера, и другой не будет, понятно? И прошу без этих вот угроз о своей смерти. У нас и так достаточно потерь, – Волх раздражённо смотрит то на меня, то на своего племянника.

– Я это сказала сгоряча, но моё решение не изменилось. Я готова помочь в этом мероприятии, вернуться сюда и быть здесь, пока вы не поймаете шпионов. Но он, – указываю головой на Рэйга, – больше никогда не посмеет до меня дотронуться, пока не извинится за своё поведение и чудовищные слова, хотя и тогда я его не прощу. Он хотел получить куколку, так вот она умеет быть глупой и пластиковой и отлично играть свою роль на людях. И больше ничего.

– Что ж, прекрасно. Этого я и хотел. Наигрался, – фыркает Рэйг. – Да и вряд ли кукла мне нужна в моей войне, потому что это мой мир, а ей здесь не место.

Он моментально исчезает в воздухе, а я с шумом втягиваю в себя воздух, шокированная его словами. Что?

– Миледи, он не это имел в виду. Вы задели его гордость, решив усомниться в верности правления, а это его слабости…

– Гордость? – Выплёвываю я, дёргаясь назад.

– Он задел мою искренность. И мне плевать на то, что будет с вами. Он прав, это не мой мир, и мне здесь не место. Буду ждать, когда, наконец-то, откроется портал, и я исчезну отсюда навсегда. А до этих пор даже не приходите. Никто. Меня больше не волнуют ваши проблемы. Меня для вас не существует. Наигралась.

Разворачиваюсь и взбегаю наверх в свою комнату, хлопая дверью.

– Козёл! Ты и пальцем больше меня не тронешь. Никаких детей. Я ненавижу тебя и буду ненавидеть до конца своих дней. Желаю, чтобы ничего у тебя не получилось, – зло рычу я, бросая в огонь диадему. И жаль, что это тоже бутафория. Ничего не горит.