Империя Семи Мечей

Глава 53. Ломая иллюзию

Эндрик медленно, почти неощутимо оторвался от земли и полетел вверх, в багровое, затянутое цифровым дымом небо Бездны. Он поднимался так плавно и неторопливо, словно в его распоряжении была ещё целая вечность, а все законы гравитации Системы навсегда перестали для него существовать. С каждым метром его высоты колоссальный Лабиринт Бездны рушился, обсидиановые стены складывались, как карточные домики, а платформы проваливались в бушующую магму.

Эндрик посмотрел вниз. Вокруг царил самый настоящий, первобытный ужас. Локации трещали по швам, и ни один из миллионов игроков, запертых на серверах, не понимал, что происходит. Паника накрыла мир «Империи Семи Мечей» удушающей волной. На площадях и в данжах люди кричали, кто-то бессильно плакал, упав на колени, а кто-то в кровь царапал себе лицо ногтями, содрогаясь в истерике от осознания того, что они физически не могут выйти из игры. Нейроинтерфейсы намертво заклинило.

Но Эндрик — нет, сейчас это существо в небе уже сложно было назвать прежним Эндриком — абсолютно ничего не чувствовал. В его груди было пусто. Его глаза горели ровным, леденящим кроваво-красным светом, отражая крах старого мира.

Вдруг он плавно повёл руками в воздухе, делая нечто иное, запредельное. Он начал переписывать, перекраивать и изменять игровой мир прямо на ходу, повинуясь лишь собственным мыслям. Ему не нужны были лишние, бессмысленные смерти напуганных людей. Он действовал хирургически аккуратно, бережно вытягивая аватары игроков из опасных зон и перестраивая саму материю виртуальной реальности.

Антон стоял далеко внизу, задрав голову, и сквозь пелену дыма смотрел, как Эндрик едва заметными движениями пальцев меняет геометрию вселенной. Непобедимый Чемпион, парализованный страхом и болью, совершенно не понимал, чего на самом деле добивается этот парень, ставший Богом Системы.

В это же время в самом центре Главного Города, посреди паникующей толпы, стоял Макс. Его топор был брошен под ноги. Он во все глаза смотрел на далёкий, окутанный багровым сиянием силуэт, парящий в небесах над шпилями зданий.

— Не может быть… — прошептал Макс, и его голос задрожал. — Это Эндрик… Этот ублюдок… Это всё он делает?! Блядь, да что вообще творится с этой игрой?! Я пытаюсь снять очки — не получается! Система не отвечает, разработчики молчат… Сука!

Мартин, укрывшись за полуразрушенным выступом здания, тоже с содроганием наблюдал за этим величественным и жутким зрелищем. В его голове хаотично складывались кусочки древнего пазла.

— Так вот что происходит, когда соединяются все мечи империи… — тихо произнёс Мартин, сглатывая подступивший к горлу ком. — Слишком много власти в одних руках.

Чуть дальше, вжавшись в обсидиановую стену, застыли Ник, Джон и Ронин. На их лицах не было прежней спеси — только бледный, мертвенный ужас.

— Нам грозит конец… Нам всем конец! — Ник в панике схватился за голову, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Мы же… мы же чуть не убили Эндрика тогда в данже! — Джон внезапно разрыдался, и слёзы потекли по его грязным щекам. — Значит, теперь он вспомнит всё. Он нас уничтожит! Сотрёт из кода!

Ронин лишь тяжело вздохнул, не отрывая взгляда от парящего Бога Бездны:

— Так вот чего ты добивался на самом деле, Эндрик… Ты перерос эту игру.

А Эндрик тем временем уже вовсю изменял текстуры и архитектуру Главного Города. Средневековые замки, готические шпили и фэнтезийные улочки на глазах миллионов свидетелей плавились, вытягивались вверх и перестраивались. Город превращался в колоссальный, сияющий неоном современный мегаполис с зеркальными небоскрёбами, уходящими в самые облака.

И в этот самый момент сознание Эндрика… провалилось глубоко внутрь себя.

Мир хаоса и рушащейся Бездны мгновенно исчез. Эндрик обнаружил себя сидящим в уютном кресле посреди тихой, изолированной от внешнего шума комнаты. Напротив него, за невысоким кофейным столиком, сидел странный, загадочный человек, чьё лицо было словно подёрнуто густой дымкой — рассмотреть его черты было абсолютно невозможно.

— Ну, как тебе этот мир, Эндрик? — мягко, с вкрадчивой улыбкой в голосе спросил безликий человек, плавно поведя рукой в сторону большого панорамного окна. — Посмотри. Здесь больше никто и никогда не будет друг друга обижать. Никакой травли, никаких издевательств, никакого предательства. Этот мир будет идеальным. Я ведь выбрал этот мир прямо из твоей собственной головы — сотворил его точно таким, каким ты сам когда-то втайне мечтал его видеть. Люди будут жить здесь в мире, искренне любя и уважая друг друга.

Эндрик медленно повернул голову к окну. За стеклом раскинулся потрясающий, залитый мягким светом мегаполис.

— Неплохо… — негромко сказал Эндрик, вглядываясь в панораму. — Гляжу отсюда и вижу, как обычные люди спокойно торопятся на свою работу. Вижу Макса… он идёт по улице, улыбается, он больше не плохой, в нём нет той слепой ярости. Мир за окном действительно прекрасен. Это… это именно тот мир, который я так хотел.

Безликий человек довольно откинулся на спинку кресла, внимательно наблюдая за парнем сквозь свою дымку. В этом искусственном мире Эндрик был не просто игроком — он был местным Богом, способным менять реальность щелчком пальцев.

— Может, ты хочешь как-то изменить этот мир ещё к лучшему, Эндрик? — спросил человек, бросая взгляд на сияющие высотки. — Только скажи.

Эндрик всматривался в безупречные улицы мегаполиса, где всё казалось слишком правильным, слишком приглаженным.

— Ну, не знаю… Мне пока всё нравится. Думаю, лучше оставим пока всё как есть.

— Ты точно больше ничего не хочешь изменить, Эндрик? Подумай хорошенько, — голос человека стал чуть холоднее, в нём проскользнули странные, фальшивые нотки. — Если хочешь, я могу прямо сейчас в один миг стереть всех этих несовершенных людей на улицах. И вместо них добавить абсолютно идеальных, послушных существ.

Эндрик нахмурился. Он ещё раз пристально посмотрел в чистое стекло панорамного окна, пытаясь разглядеть детали улицы, и вдруг… внутри него всё похолодело. На гладкой стеклянной поверхности отражалась комната, кресло, безликий собеседник… но там вообще не было его собственного отражения. Пустота.