Империя Семи Мечей

Я медленно, преодолевая сопротивление интерфейса, поднял свой тяжёлый взгляд наверх. Японец неподвижно стоял надо мной, глядя строго сверху вниз. И в его фигуре не было ни капли турнирной спешки. Ни капли сомнения в собственной победе.

— Если честно, я ожидал от тебя гораздо большего, Эндрик, — тихо, с разочарованием произнёс он через переводчик.

Узумаки сделал один короткий шаг вперёд.

— Думал, ты будешь значительно посильнее в PvP, раз Макс так носится за твоей головой.

Он медленно, с нажимом поставил свою тяжёлую ногу прямо на мою правую руку, прижимая её к обсидиану.

Раздался мерзкий, отчётливый хруст кости.

— А оказывается… я просто сильно переоценил обычного слабака, — выплюнул он.

Я сильно поморщился от вспышки боли, но кричать не стал, лишь крепче стиснул зубы.

— Я думал… — я тяжело, со свистом вдохнул горячий воздух. — Я думал, что у нас после уравнивания до пятисотого левела не будет такой огромной, колоссальной разницы в чистой силе.

Узумаки молча посмотрел на меня несколько секунд, переваривая ответ. Потом брезгливо убрал ногу с моей руки.

— Ладно. Скучно.

Он лениво развернулся к выходу из пролома.

— Иди на респаун, Изгой. Там, в ложе проигравших, сможешь спокойно отдохнуть.

Я замер, и внутри меня всё похолодело. Респаун… Если бы это была обычная, нормальная игра — тогда да. Без проблем. Можно было бы спокойно умереть под ударом топа, возродиться на городской площади, восстановить статы и вернуться обратно. Но здесь… здесь, в этой забагованной капсуле с вросшим в череп шлемом, смерть была настоящей. Окончательной. Никакого респауна для меня физически не существовало. Смерть на Арене означала смерть в реальном полуподвале.

Узумаки снова медленно повернулся ко мне лицом.

— Хотя… — он плавно поднял правую руку, и в его пальцах снова блеснула сталь кинжала S-ранга. — Закончим это прямо сейчас, чтобы камеры не ждали.

Я понял всё сразу, без лишних системных подсказок. Вот он — мой конец. Конец моей трёхнедельной безумной гонки Изгоя. Израненное тело абсолютно не слушалось. Спасительное лечебное зелье всё ещё мирно оставалось в ячейке инвентаря, но достать его руками я уже физически не успевал по таймингам. Узумаки уже высоко занёс руку для последнего, финального колющего удара в сердце.

И вдруг—

БАААААХ!!!

Монолитная обсидиановая стена лабиринта строго по правую сторону от нас с оглушительным, громоподобным грохотом разлетелась на куски, заполняя всё пространство густым облаком серой пыли и обломков.

— А-А-А! НАКОНЕЦ-ТО Я ТЕБЯ НАШЁЛ, УБЛЮДОК ЭНДРИК!!!

Прямо из этого кипящего облака пыли, дико вращая огромным двуручным топором, безумным коршуном выскочил лидер гильдии «Рейдеры Ночи». Макс.

— Наконец-то, сука! Попался! — истошно орал он.

Он тяжело, хрипло дышал, весь покрытый слоями белой извести, каменной крошкой и глубокими царапинами после прорыва через ловушки. А затем его налитые кровью глаза намертво наткнулись на мою распластанную фигуру.

— А ты… ты какого чёрта там на полу лежишь, крыса?!

Макс яростно ткнул в меня своим толстым бронированным пальцем.

— Откинуться без меня на респаун собрался, что ли?! Я вообще-то всю эту неделю жил только ради того, чтобы лично убить тебя, мразь! Ну-ка вставай!

Я, едва удерживая уплывающее сознание, медленно, слабо поднял левую руку.

— Привет, Макс… Рад видеть…

— Не «привет», говнюк! — рявкнул лидер гильдии.

Макс уже собирался на полной скорости рвануть ко мне, чтобы разнести мою пятисотую тушу топором, но вдруг резко остановился как вкопанный. Его взгляд наконец-то заметил неподвижно стоящего рядом Узумаки.

— А это ещё что за чёрт в маске передо мной встал?

Японский топ-ассасин абсолютно спокойно, без капли страха повернул к нему шлем.

— Во-во-во… — лениво протянул он через переводчик, оглядывая латы Макса. — А ты сам у нас вообще кто такой будешь, чучело?

Макс сильно нахмурился, и морозный иней пополз по его наплечникам ранга S+.

— Чё ты вякнул, япошка?!

— Русский стример, насколько я помню по общим логам Турнира, — на лице Узумаки появилась лёгкая, издевательская ухмылка. — Да, я определённо слышал твою забавную историю. Даже несмотря на то, что принципиально русские стримы не смотрю.

Он мельком перевёл свой холодный взгляд обратно на меня.

— Эндрик предал своих людей на тридцатом этаже и забрал Великий Меч. Верно?

— И? — Макс сделал один тяжёлый, весомый шаг вперёд, прогибая плиты пола. — Тебя, азиатская морда, это ебать вообще никак не должно. Понял меня?

Узумаки равнодушно пожал плечами, поудобнее перехватывая кинжал.

— Просто стало чисто по-человечески интересно.

— Ну так интересуйся молча в ложе проигравших, — Макс яростно указал топором на моё израненное тело. — А теперь быстро свалил с дороги. Это моя личная добыча. Мой контракт.

Узумаки негромко, сыто усмехнулся под капюшоном.

— Кто первый в лабиринте увидел, того и добыча, стример. И я его, вообще-то, уже почти полностью прикончил до твоего пафосного прихода. Остался один удар.

Макс медленно, зловеще оскалился под своим забралом, и его боевая аура Ярости вспыхнула багровым пламенем.

— Раз так… — Он с хрустом размял бронированные пальцы. — Придётся и тебя прямо здесь переехать, японец. Погнали.

Узумаки впервые за всё это время улыбнулся по-настоящему — хищно, азартно, ловя дикий кайф от хардкорного вызова.

— Ну попробуй, русский таран.

И в следующую же микросекунду они оба просто исчезли из поля моего зрения, сорвавшись с места на бешеной скорости 500-го уровня.

БАХ!

Удар колоссальной силы сотряс коридор.

БАХ!