Страница 79 из 84
И вот это мне уже не понравилось. Он смотрел на меня так, словно я только что сообщил, что собираюсь героически броситься на амбразуру с криком «За Родину!», хотя лично в моих планах никакого красивого самопожертвования не было. Тут совсем недалеко находился мой лифт, и если всё пойдёт хотя бы наполовину нормально, помирать мне сегодня точно не придётся.
Рассказывать об этом, мне разумеется, никому не хотелось.
Комната до сих пор оставалась единственным местом в этом мире, про которое почти никто ничего не знал. И расширять круг посвящённых лишь потому, что ситуация выглядела драматично, было бы верхом идиотизма.
Сергей наконец посмотрел на «Вепрь».
— Патронов много еще осталось?
— Последний полный магазин.
Он поднял дробовик.
— Тогда бери его. Здесь он тебе полезнее.
Я посмотрел сначала на оружие, потом снова на лестницу. На такой дистанции картечь действительно подходила куда лучше карабина. Сняв «Вепрь» с плеча, я протянул его Сергею вместе с магазинами.
— В старом что-то ещё осталось.
— Разберусь. — буркнул он.
Он принял карабин, но уходить всё равно не спешил.
— Андрей…
— Сергей, иди уже. Если сейчас все эти люди останутся здесь из-за того, что мы решили устроить сцену осудительной мужской дружбы, будет очень тупо.
Он стиснул зубы, коротко кивнул и наконец развернулся.
И именно тогда из-за его спины появился ещё один мужик.
Тот самый крупный пленник, которого я уже видел среди освобождённых. Высокий, широкий в плечах и избитый так, что один глаз почти полностью заплыл. Он явно слышал наш разговор и теперь смотрел на меня каким-то очень странным взглядом.
Мужчина подошёл почти вплотную и протянул мне настоящую гранату.
Я несколько секунд смотрел на неё, а потом на него.
— Это мне?
— Держи, брат.
Я машинально взял гранату и уже хотел спросить, когда это мы успели породниться, но мужчина чуть усмехнулся разбитой губой и продолжил.
— Спартанцы живыми не сдаются.
И всё.
Он хлопнул меня по плечу, развернулся и пошёл вслед за Сергеем.
Я остался стоять с гранатой в руке.
— Чего?..
Ни имени, ни объяснений. Человек просто выдал мне последнее средство красиво отправиться на тот свет, назвал братом и ушёл с таким видом, будто всё происходящее было совершенно очевидно.
Перед глазами на секунду снова всплыл греческий шлем, кое-как нарисованный белой краской на борту кустарной бронемашины.
— Так. Нет. Не сейчас.
Я сунул гранату в подсумок.
С точки зрения ушедших людей всё действительно выглядело довольно паршиво: мост после перехода должны были разрушить, я добровольно оставался на этой стороне, а впереди по лестнице поднималась чёртова толпа гоблинов.
Но у меня имелась маленькая деталь, о которой никто из них не знал.
И пусть пока так и остаётся.
С лестницы донёсся шум.
— Последняя группа на мосту! — донёсся крик.
Я передёрнул цевьё.
— Давайте там быстрее, — целясь в проем, тихо процедил я.
Гоблины появились почти сразу.
Первого горсть картечи встретила прямо в дверном проёме. Второго сбило вместе с ним за компанию. Я отступил на несколько шагов, снова передёрнул цевьё и выстрелил ещё раз.
Лестничная площадка стала для них настоящим кошмаром. Они не могли разойтись, чтобы обойти меня с флангов. Каждому следующему приходилось протискиваться через предыдущего. Но их было слишком много. За первыми появлялись новые, потом ещё и ещё.
Дробовик бил гораздо убедительнее карабина на такой дистанции, но патроны исчезали с неприятной скоростью.
Щёлк.
Пусто.
Я отступил.
Дозарядил все те патроны, что оставил мне Сергей.
Выстрел.
Ещё шаг назад.
Больше никаких попыток красиво держать позицию.
Главное — время.
За спиной закричали:
— Последние переходят!
Я улыбнулся под противогазом.
Гоблины снова навалились.
Выстрел.
Шаг назад.
Ещё один выстрел.
Бедро заболело сильнее.
Плевать.
— Все на той стороне! — этот крик был для меня как музыка.
Вот оно.
Теперь можно уходить.
Я выстрелил ещё раз, отступил за угол и быстро попятился в сторону лифтового узла.
За спиной гоблины завизжали громче.
Они поняли.
Погоня началась почти сразу.
Я не бежал сломя голову. После всего пережитого организм просто не позволил бы. Отходил быстро, насколько мог, периодически разворачиваясь и встречая ближайших картечью.
До грузового лифта оставалось совсем немного.
И тут за стенами здания раздался металлический грохот.
Сначала один удар.
Потом второй.
А вслед за ним что-то огромное заскрежетало, затрещало и с чудовищным шумом сорвалось вниз.
Пол под ногами ощутимо дрогнул.
Мост.
Они его обрушили.
Серые заорали с такой яростью, будто тоже всё поняли.
Вот теперь можно было окончательно сваливать.
Я добрался до лифтового узла и ударил по приветственно горящей кнопке вызова.
— Давай, родная.
Гоблины появились в коридоре.
Первый получил заряд картечи и рухнул.
Второй перескочил через него.
Ещё выстрел.
Помпа щёлкнула в пустоту.
— Всё?
Я передёрнул цевьё ещё раз на всякий случай.
Пусто.
— Ну, значит, всё.
Отпустил дробовик болтаться на ремне и вытащил револьвер.
Гоблины приближались.
Я выстрелил.
Один рухнул.
Ещё.
Второй дёрнулся и врезался в стену.
Остальные притормозили.
Лифт распахнулся за моей спиной.
«Спартанцы живыми не сдаются», — пронеслись слова того странного мужика, что как-то уж странно отозвались в моей душе.
— Очень за вас рад, а я Хикан, я тоже не сдаюсь, я просто героично сбегаю с поля боя.
С гранатой пришлось немного повозиться дрожащими пальцами, но в итоге всё получилось. Я бросил её в коридор, туда, где серые уже сбились плотной группой, и сразу отступил в кабину.
Грохнуло.
Ударная волна хлопнула по ушам.
В коридоре поднялся дикий визг.
Я выглянул.
Несколько гоблинов лежали в повалку.
Остальные на несколько секунд потеряли желание двигаться вперёд.
— Спасибо, неизвестный мне брат.
Гоблины, словно почувствовав, что опоздали, зашевелились с новой силой, а может, всё проще и их просто товарищи в спину подпирают.
Один выскочил из дыма.
Потом второй.