Страница 77 из 84
Я вытащил из-за ремня портновские ножницы и протянул ей кольцами вперёд.
— Кажется, это твоё.
Наташа уставилась на них с удивлением и тут же молниеносно выхватила, переложив в травмированную руку.
Лена снова сделала шаг ко мне.
— Маша?.. — как-то даже требовательно просила она.
— В Комнате.
— С ней всё хорошо?
— Ага. Лучше, чем со всеми нами.
Девочка с облегчением кивнула.
И вот теперь я окончательно понял, насколько странным стал мой мир. Вокруг гоблины, стрельба, слезоточивый газ и толпа освобождённых рабов, а мы совершенно серьёзно обсуждаем самочувствие тряпичной куклы.
Наташа хотела что-то сказать, но за её спиной раздались выстрелы.
Не мои, разумеется.
Два тяжёлых хлопка подряд.
Из дыма вылетел гоблин и рухнул на пол.
Следом появился мужчина с помповым дробовиком.
Лет сорок пять, высокий, худощавый, с поседевшими висками. Куртка разорвана, на шее след от ошейника. Дробовик он держал уверенно, хотя одна рука была вся в ссадинах.
— Все, кто может двигаться, в дальний коридор! — крикнул он. — Не стойте здесь!
Потом увидел меня и вопросительно посмотрел в стекла противогаза.
— Это ты всё это устроил? — сказал он тяжёлым голосом, в котором всё же чувствовалось облегчение напополам с напряжением.
— Ага. А то иду, смотрю, ребята грустные сидят, вот и подумал вдарить рока в этой дыре.
Он быстро кивнул.
— Тогда долго здесь не стой. Сейчас прибегут остальные.
— Какие еще остальные? — от услышанного даже как-то шутковать расхотелось.
Мужчина коротко посмотрел в сторону лестницы.
— Те, что снаружи, — сказал, и в его глазах промелькнуло что-то такое, что я тут же поверил в его правоту.
— Сколько? — спросил я, мысленно прикидывая, а достаточно ли вообще у меня патронов.
— Много.
— Это я уже понял. Эх-х-х, — выдохнул я с таким звуком, что в противогазе явно походил на рык животного.
Мужчина разделял мое напряжение и крепче перехватил дробовик.
— Большая часть этих тварей вообще внутри не живёт. Они сидят снаружи, во дворах, на крышах, на переходах. В помещения заходят только охрана и те, кому приказали старшие. Их здесь клинит.
— В смысле?
— Боятся закрытых пространств. Не все одинаково, но большинство. Поэтому окна разбивают, костры разводят, двери держат открытыми. Ночная охрана обычно нажирается в хлам, чтобы не так давило на кукуху.
Я посмотрел на кашляющих гоблинов.
— Очень полезная особенность.
— Поэтому твой газ их и разнёс. Они и без того тут на нервах.
С лестницы донёсся многоголосый визг.
Мужчина дёрнул головой.
— А вот теперь начинаются проблемы.
— Ты кто вообще такой? — даже с каким-то уважением к чужой обстоятельности спросил я.
— Сергей. Архитектор я.
Я сначала решил, что он назвал профессию.
Потом понял по интонации.
— Класс?
— Да.
— И что архитектор делает у гоблинов?
Сергей мрачно усмехнулся.
— Строит что же еще.
Задать закономерный вопрос я не успел.
На лестничной двери что-то грохнуло.
Потом ещё раз.
Несколько освобождённых мужчин отшатнулись.
— Держать! — крикнул Сергей и тут же повернулся ко мне. — У тебя ещё газ есть?
— Немного.
Мы добрались до лестничного прохода одновременно.
Дверь уже трясло от ударов с другой стороны. Двое мужчин подпирали её всем весом. Третий держал деревянную палку, совершенно не представляя, что будет с ней делать, когда гоблины прорвутся.
Я вытащил оставшиеся баллоны.
— Откройте на секунду.
На меня посмотрели как на идиота.
— Ты серьёзно?
— Нет. Я вообще всегда несерьёзен. Открывай!
Дверь приоткрыли.
Я швырнул очередной шипящий свёрток вниз по лестнице и тут же захлопнул створку.
Через несколько секунд с другой стороны раздался дружный гоблинский визг. Кто-то загрохотал по ступеням, несколько раз что-то тяжёлое ударилось о перила, а потом в дверь прилетело так, что двое державших её мужчин разом подались назад. Газ сработал, но было совершенно очевидно, что надолго их это не остановит.
— Нам нужно время, — сказал Сергей.
— На что?
Он быстро оглянулся в сторону дальнего коридора, где освобождённые уже собирали тех, кто мог идти самостоятельно.
— Они заставляли нас строить мост в соседний корпус. Через улицу, между лучами. Если его закончить, можно вывести людей туда и потом обрушить за собой.
Я несколько секунд переваривал услышанное.
— Подожди. Они заставляли вас строить мост, а теперь ты предлагаешь по нему от них сбежать?
— Именно.
— Мне нравится. — констатировал я.
— Есть проблема. Он ещё не закончен.
Из-за двери снова ударили, и один из державших её мужчин выругался, плотнее упираясь ногами в пол.
— Насколько мост не закончен?
— Основа стоит, большая часть настила уложена. Осталось несколько секций и закрепить край. Если сейчас погнать туда толпу, кто-нибудь обязательно улетит вниз.
— Сколько нужно?
— Если все, кто ещё способен работать, помогут — минут десять. Может, меньше.
— Десять?!
Сергей дёрнул плечом.
— Можешь договориться с гоблинами, чтобы подождали.
— Сейчас. Только разговорник найду.
За спиной уже начали собираться мужчины, которых Сергей подозвал к себе. Кто-то тащил доски, другой подхватил длинную металлическую балку, несколько человек помогали раненым подняться и двигаться в сторону дальней квартиры.
Я посмотрел на дрожащую от очередного удара лестничную дверь.
Вот теперь план был мне понятен.
Они достраивают мост.
Переводят людей.
Обрушивают его за собой.
А мне нужно всего лишь не позволить гоблинам добраться до них раньше этого светлого мига.
Всего-то.
Никакого хитрого плана.
Нужно просто не дать этим тварям прорваться сюда десять минут.
От такой простоты задачи почему-то стало особенно страшно.
— Отходим от двери! — крикнул я. — Все за поворот!
Мужчины отпустили створку и рванули в стороны. Я тоже отошёл на несколько метров, упёр приклад в плечо и направил ствол на лестничный проём.
Первый удар.
Второй.
На третьем дверь распахнулась.
С лестницы вылетел первый гоблин, захлёбываясь кашлем и почти ничего не видя. Следом появился второй. Оба получили почти одновременно: первый от меня, второго снял какой то мужчина с пистолетом.