Страница 31 из 84
Глава 7
— Привет, — повторил мужчина в очках, крепче перехватив свой огромный разводной ключ. — А чё ты тут делаешь?
Я смотрел на его бегающие глаза под стёклами очков, а потом опустил взгляд на всё ещё откинутый барабан револьвера. Три патрона уже находились внутри, ещё два были в ладони. Копьё стояло у стены, слишком далеко, чтобы сразу до него дотянуться.
Очень неудачный момент для первого знакомства с живым человеком.
Несколько секунд мы не двигались. Со стороны, наверное, выглядело даже смешно: два измученных мужика замерли посреди залитого кровью коридора, будто никак не могли решить, кто из них должен испугаться сильнее.
Смеяться, правда, не хотелось.
Мужчина стоял возле выхода на лестницу, перекрывая единственный короткий путь к отступлению. Растрёпанные волосы прилипли ко лбу, грязная рабочая куртка была порвана на плече, один рукав потемнел от крови. Неясно, его собственной или чужой.
Разводной ключ он держал обеими руками. Он был большой, тяжёлый, с длинной рукоятью. Таким не трубы крутить, а черепа крошить, и, судя по следам, я не единственный, кому данная идея пришла в голову.
Я всё так же стоял на корточках возле тела Артура, стискивая взмокшими от напряжения ладошками эти чёртовы два патрона. Револьвер оставался раскрытым, поэтому выстрелить в случае чего я не мог. Мужчина наверняка это понимал. Иначе так внимательно не всматривался в мои руки в ожидании малейшего движения.
— Я сейчас медленно вставлю оставшиеся патроны, — сказал я. — Потом закрою барабан и уберу оружие в кобуру.
Он чуть сильнее сжал ключ.
— Хорошо, только медленно, — с долей робкого облегчения в голосе тихо сказал он.
— Я именно это и собирался сделать. — На последних словах мой голос сорвался, и конец фразы вышел сиплым.
Четвёртый патрон вошёл в камору с негромким металлическим щелчком. Мужчина следил за моими пальцами, не моргая.
— Четыре, — зачем-то произнёс я.
Вот и последний патрон занял своё место. Шестая камора же осталась пустой.
— Пять.
Я захлопнул барабан и очень медленно убрал револьвер в кобуру на поясе. Лишь после этого незнакомец немного опустил ключ, хотя выпускать его из рук не собирался.
— Боевой? — спросил он.
Я посмотрел на кобуру.
— Нет. Водяной. На детских праздниках работал.
Постарался пошутить я, стараясь разрядить обстановку, но мужчина даже не улыбнулся. Его взгляд всё ещё цеплялся за оружие, скрытое в кобуре.
— Патронов много осталось?
Моё короткое облегчение тут же испарилось, будто и не бывало.
— А тебе зачем это знать? — От вспыхнувшей подозрительности рука дёрнулась к кобуре, но я смог сдержать этот свой порыв.
«Не паникуй, Андрюха. Не все люди гниды, что хотят тебя обидеть. Только не испорти всё снова», — стал мысленно отчитывать я сам себя, сдерживая нарастающую панику.
— Да я просто спросил, — спокойно ответил собеседник и первый отвёл глаза. — Сам понимаешь, сейчас настоящий ствол на вес золота.
Объяснение было нормальным, даже очевидным в какой-то мере.
От услышанного я испытал сильное облегчение. Любой человек заинтересовался бы револьвером, оказавшись в доме, по которому бегают серые твари с копьями наперевес.
Мужчина словно почувствовал моё взвинченное состояние и окончательно опустил ключ, выпрямился и неожиданно улыбнулся. Всего мгновение назад он виделся мне человеком, что готов броситься на меня, а теперь почти стал походить на дружелюбного соседа.
— Ладно, давай заново. Антон.
Он осторожно протянул левую руку, продолжая держать ключ в правой.
Я не сдвинулся с места.
— Андрей, — представился я, сохраняя дистанцию.
Антон немного постоял с протянутой рукой, затем отвёл руку к голове и, сделав вид, что так и планировал, попытался оправить непослушные волосы.
— Очень приятно. — С ещё более дружелюбным голосом сказал он.
— В данных обстоятельствах — взаимно, — я тоже решил не нагнетать, прекрасно понимая, в каком очке мы все коллективно оказались.
— Да уж. Обстоятельства нынче не самые располагающие.
Он коротко хохотнул. Я не поддержал, всё ещё подспудно ожидая от незнакомца какой-то выходки.
Несмотря на внезапное дружелюбие, Антон продолжал стоять возле лестничного выхода. Возможно, это просто случайность. А может, он сознательно перекрывал мне пути отхода. Я все еще мог отступить к лифту, но он-то об этом знать не мог.
Моё копьё всё ещё оставалось у стены, но до него теперь можно было дотянуться одним резким движением. Вопрос лишь в том, успею ли я раньше, чем разводной ключ опустится мне на голову.
Антон тоже больше не спешил приближаться.
Его взгляд прошёлся по телу Артура, по ремню и кобуре у меня на поясе, а затем задержался на мёртвых гоблинах.
— Это всё ты?
— Нет. Часть Артур.
— Артур?
Я кивнул на тело.
— Так его звали, это мой бывший одноклассник. Наверное, это теперь не особенно важно.
Антон помрачнел.
— Ясно.
Ноги с непривычки стали затекать, и я, плюнув на напряжённость ситуации, поднялся с корточек. В суставах отдалось болью, от чего в первые секунды пришлось опереться ладонью о стену. Антон наблюдал за этим слишком внимательным взглядом. Наверняка заметил и тяжёлое дыхание, и мою неуклюжесть, и то, как долго я выпрямлялся.
В его взгляде что-то изменилось.
Страха стало меньше.
— А ключ у тебя тоже настоящий? — спросил я, прогоняя тишину.
Антон посмотрел на инструмент так, будто только сейчас вспомнил, что держит его в руках.
— Более чем.
— Сантехник? — спросил я первое, что пришло в голову, не зная, как нормальные люди обычно общаются в подобной ситуации.
— Ага, — от моего предположения он нервно засмеялся и тут же продолжил: — Теперь уже официально и навсегда.
Я не сразу понял, о чём он.
— В смысле?
— Класс у меня такой. «Сантехник».
Несколько секунд я ждал продолжения. Может, уточнения, что он шутит. Но Антон выглядел вполне серьёзно.
— И что умеет класс «Сантехник»?
— Пока немного. Чувствую трубы, понимаю, где вода осталась, давление изменяется, ну или протечка троит. Латать косяки вроде могу лучше, ну, по крайней мере, в этой штуке горячечной так говорится. А, ну и ключ стал системным.
Он повертел инструмент в руке, словно хвастаясь рамкой, выбитой в крутках. И хвастаться было чем, от этого образчика орудий труда тянуло чем-то весомым.