Страница 4 из 15
1
Флора, 2018 год
Джей пристально вглядывался в меня угольно-черными глазами, заложив руки за голову и подставив лицо солнцу. Он казался слегка разочарованным, но был расслаблен. Я только что сообщила ему, что не смогу остаться на острове еще на несколько дней: в Лос-Анджелесе меня ждала работа.
– Я все понимаю, – заверил он. – Потрясающе, что ты руководишь собственной галереей. Знаешь, что старик Махо закрылся? Никто не захотел купить убыточное заведение.
Голос Джея звучал спокойно, тихоокеанский бриз играл с его темными волосами. Мне будет его не хватать. Почему жизнь всегда становится такой сложной? Я покрутила в пальцах чашку, пытаясь успокоиться.
– Да, видела. Печально. Мне очень нравились акварели, которые он выставлял.
– Жалко, что ты не появилась раньше, могла бы купить его запасники для своей галереи.
Я поморщилась.
– Мой компаньон лишится чувств, если я предложу ему торговать маринами!
«Артспейс Сторхаус», которую основали мы с Картером, – галерея современного искусства, где мы продвигаем остросовременные произведения и мастеров с репутацией и только что выскочивших на орбиту художественной жизни новичков, выделяющихся оригинальной манерой. Джей был чужим в мире искусства, так что я и не думала сердиться на него за непонимание расклада.
– Ты писала очень красивые акварели, – не сдавался он. – Продолжаешь?
– Да нет, бросила много лет назад. Не хватает времени… и таланта, чего уж там.
– У тебя был настоящий талант, я помню! У родителей дома до сих пор висит твой подарок – вид на бизоний заповедник. Тот, с оранжевым закатом на заднем плане.
Я пожала плечами.
– Очень мило с их стороны, но таланта у меня куда меньше, чем у тех, кого я выставляю, поверь. Профессионалы рассмеялись бы мне в лицо за претенциозные картинки для курортников.
– Никогда не слышал ничего глупее! – возмутился он. – Ты разучилась мечтать, Флора? Я хорошо помню, как ты клялась объехать все побережье Америки и запечатлеть его для потомков…
Меня растрогала его приверженность к моим давним картинам, но я решила свести все к шутке.
– Надо же, ты помнишь! Это была детская блажь. Я «творила» – как все, а потом выросла.
Я выпила последний глоток макиато и удивилась, что мне удается беседовать с ним и сохранять спокойствие. Джей предложил заглянуть к нему в ресторан и выпить перед отъездом кофе. Причин отказываться не было – не бежать же мне, как воровке, после нескольких дней на Санта-Каталине только потому, что накануне мы поцеловались! Я утратила контроль, но больше это не повторится. У меня нет времени на любовные приключения, я достаточно ясно дала это понять. Вот только не предвидела, что душа будет все время возвращать меня к нашему поцелую и его губам со вкусом соли и солнца, хотя рассудок требует отстраниться. Я чувствовала себя идиоткой!
Джей резко наклонился, поймал мой взгляд, и я запаниковала.
– Я задал вопрос, Флора.
Бац! Возьми себя в руки, спустись на землю!
Я спрятала смущение за солнечными очками и сказала:
– Извини, мысли заняты проблемами с наследством. Узнала недавно, что старая тетушка оставила мне дом во Франции… Досадная помеха, но это не важно. Так что ты говорил?
Я не обманывала Джея: самая младшая сестра моей бабушки действительно завещала мне часть своего дома, чем несказанно удивила. Я пока не связывалась по телефону с «сонаследницами» – кузинами, с которыми время от времени общалась в соцсетях, – но планировала продать свою долю. Я тысячу лет не была в Нормандии!
– Я предложил тебе кусок черничного пирога, – повторил Джей. – Китти испекла, чудо как хорош. Будешь?
Я покачала головой.
– Знаю-знаю, торт твоей тетки – божественное лакомство, но «Каталина Экспресс» уйдет без меня, если не потороплюсь.
Паром, два часа назад подошедший к причалу напротив ресторана, без промедления отправится в обратный путь. Я встала и, не удержавшись, бросила последний взгляд на террасу, с которой открывался потрясающий вид на бухту. Солнечные блики играли на поверхности воды, по которой скользило несколько яхт. Будь обстоятельства иными, я бы с удовольствием написала этот пейзаж, но время поджимало, и тянуть дольше было нельзя. Меня ждала реальная жизнь, надо было посмотреть ей в лицо.
– Ладно… – Джей сдался. – Могу я позвонить, когда ты вернешься?
Я опустила глаза.
– Джей… Мы уже говорили об этом вчера вечером… Мне правда жаль, я не должна была целовать тебя.
Он вздохнул, скорее опечаленный, чем удивленный, и ни в малейшей степени не подозревавший, как я ненавижу себя за причиненную ему боль.
– Ты останешься для меня вечной тайной, Флора Блейк, – наконец ответил он, его прекрасные карие глаза наполнились печалью. – Думал, на сей раз все будет иначе.