Страница 129 из 322
— Картохи хочу.. И моему жуку тоже. Он её очень любит.
«Тюк».
В голову из ниоткуда прилетела шишка, и я опасливо, как и полковник с оставшимся рядом бойцом, заозирался по сторонам.
— Шоколадку.. Если можно, с орехами. Найдите, пожалуйста. Чувствую, помереть могу, если шоколада не съем..
Группа Сокола. Горлик–4
С момента того идиотского похода в излом прошло уже больше месяца. Три дня назад группа Сокола получила официальную бумагу о присвоении ярлу Миргорду Красту статуса пропавшего без вести.
Весь этот месяц ребята были не в своей тарелке. Новичок отлично вписался в их коллектив, проявил себя выше всяких похвал. Не ныл, не имел идиотских привычек, старательно тренировался каждый день. А в выходные дни в Горлике так и вовсе доводил себя до изнеможения, чем подстёгивал всех остальных членов группы.
Они видели, что человек он непростой: не привык ждать подачки у судьбы. Пролететь десятки тысяч километров, уничтожить кучу монстров со своими невеликими магическими силами да без искры и вот так вот подставиться..
Сокол считал себя виновником всей этой ситуации. Им необязательно было идти в тот излом. Но это были лёгкие деньги..
«Скуропатов.. Даже не выплатил ни гроша погибшим и пропавшим, сославшись на заботу государства. Жадная скотина!» – негодовал Сокол, но ничего не мог поделать.
Наследник этого рода и так еле выжил ценой неимоверных жертв и усилий отряда наёмников.
«Лучше бы он сдох, чем Мирослав!»
Теперь им оставалось ждать год, чтобы специальная комиссия признала пропавших без вести погибшими.
— Когда его признают погибшим, найдём его родственников и вернём вещи, что остались от юного ярла. И поможем при случае. Всё ясно? – произнёс в тот день, когда пришла бумага, Сокол и окинул отряд взглядом.
— Да, – кивнули все дружно.
Группа привезла припасы, купленные в Новосибирске за награду, которую выдал хотя бы выжившим тварь Скуропатов, и разгружала машины, когда к ним, чуть ли не спотыкаясь, примчался местный шалопай и разгильдяй. Родители назвали его Василием, но все остальные его никак не звали. Он сам приходил. Впрочем, пара человек звали его Обмороком. Всё из-за частых алкогольных возлежаний вдоль заборов. Если не знать, что это Обморок, то можно подумать, что кому-то стало плохо. А этого не трогали, ибо знали, что этому, наоборот, хорошо. Даже очень.
— Хах! Фух! Кхе! – пытался отдышаться, осматриваясь по сторонам, Обморок, привлекая к своей персоне всё внимание отряда. – Первый вроде..
— Чего тебе? Сами разгрузим. Даже не думай привязаться! Для тебя даже спичек не найдём, – выразил общее мнение Бобёр, стоящий ближе всех к нему, и даже в некоторой степени презрение к этому потерявшему большую часть достоинства ликвидатору, что сражался лишь в одном случае – если его нашли монстры во время нашествия.
— Да надо больно.. Корячиться с вами.. Ха-а.. У меня спина еле живая после вчерашней погрузки у Жбана! Но бутылку ты мне дашь.. Фу-ух.. И не одну, а целых.. – Мужик прикинул, сколько будет стоить эта информация, и показал им три пальца. – Три бутылки!
— Сокол, можно я ему втащу? – посмотрел на старшего Бобёр. – И так тошно, ещё он со своим перегаром..
— Подожди.. Что-то он цену загнул больно. Давай говори, а там посмотрим, чего стоит твоя информация.
— В мэрию звонили. Со второго Горлика. Нашлась Елизавета Романова и её трое спутников. Но это не самое главное!
— Что может быть главнее, чем находка и, можно сказать, воскрешение члена императорской семьи? – удивился Сокол.
— Кольца ликвидаторов. Они принесли кольца погибших ликвидаторов. Этих, с нашенского излома. Которые тю-тю..
Миг спустя Сокол уже держал одной рукой за шею Васю, подняв над землёй.
— Врёшь?
— Кхе..
— Подержите это чучело, – бросил на землю доходягу Сокол и полез в багажник. – Сейчас проверим его слова..
Из бронированного кейса он достал металлический ноутбук, похожий на тот, что используют военные, и прицепил к нему усиливающую станцию, чтобы сигнал работал более стабильно.
Быстро войдя в интернет и зайдя на портал ликвидаторов, он вошёл в свой аккаунт и, сделав несколько щелчков мышью, нашёл страницу с пропавшими без вести ликвидаторами. Сотни страниц с фамилиями бойцов появились перед его глазами, и он ввёл фильтр по дате и региону пропажи. Быстро найдя нужные строки, Сокол увидел, что пропавшие ликвидаторы, в том числе Шумский, изменили свой статус с «Пропал без вести» на «Обрабатывается».
— Ну, что там? – сказал Бобёр.
— Статус изменили.. Но новый ещё не присвоили. Это сутки обычно занимает. А значит, уже завтра мы увидим их в списке погибших героев, исполнявших до последнего свой долг.. – грустно сообщил всем присутствующим Сокол.
Ребята дружно тяжело вздохнули, и Бобёр пошёл к сумке со спиртным за тремя бутылками.
«Щёлк, щёлк».
— Стоп! Ярл Мирослав Краст.. Его нет в списке пропавших без вести!
— Может, фамилию не так вписал? Или имя? Миргорд попробуй.. – подметил Карбат.
Сокола обступили соратники и начали сверлить список собственными глазами.
И так и этак пробовали писать фамилию и имя, но ничего не нашли. В итоге просто открыли личное дело с базовой информацией и увидели, что статус пропавшего исчез с его личной странички.
— Выдай ему ещё и сала два кило копчёного. Заслужил! – приказал Сокол, пытаясь вспомнить телефон хоть кого-нибудь из своих знакомых, кто обитает во втором Горлике.
«Пилюм-пилюм. Пилюм-пилюм».
— Номер скрыт.. – прочёл Сокол на телефоне, удивлённый звонком.
Практически все люди, что знали его номер, были сейчас рядом с ним.
— Алё?
— Барон Соколовский Руслан Игнатьевич? – раздался с той стороны трубки милый женский голос.
— Да, это я. С кем имею честь?
— Секундочку.. – На той стороне женщина что-то проговорила, но явно не в трубку, и барон ничего не понял. – Вот, дозвонилась.
— Алло! – громкий крик чуть не оглушил Сокола. – Сокол, ты? Ярл на связи! Твой номер хрен найдёшь! Пришлось аж целого Евгения Семёновича, Долгорукий который, тревожить.
— Ярл?!
— Я это, я. Жив и даже шевелюсь. Практически здоров. Завтра имею надежду закончить тут всё и сразу же выдвигаюсь в Новосибирск. Куплю телефон по дороге, свяжемся. Заберите меня на вокзале, ладно? И это, как там ласточка моя? Не продали, надеюсь?
Сокол тут же включил громкую связь, чтобы все остальные тоже слышали голос Мирослава.
— Цела и невредима твоя ласточка. Стоит под яблоней возле нашей тренировочной базы, скучает.