Сокровище для драконицы, или к чему приводят сделки с эльфами?

Глава 31. Экзотика для эльфов

Лучи рассветного солнца коснулись пшеничных прядей, правое ухо слегка шевельнулось. Ева всегда поражалась способности эльфов шевелить ушами, как отдельными конечностями. В чём состоял эволюционный смысл этой способности оставалось загадкой до сих пор, но есть мнение, что остроконечные подвижные уши привлекают потенциальных партнёров в брачный период.

– Вы так пристально меня разглядываете, как будто планируете съесть, – сказал Лиссэт, открывая глаза.

Эльф лежал прямо на траве, заботливо укрытый его же собственной курткой. Некогда белоснежный костюм с трудом пережил тяготы путешествия на драконе и ночёвки в лесу, покрывшись зелёными и бурыми пятнами.

– Сегодня вы выглядите не слишком аппетитно, – заметила Ева.

Девушка сидела на чемодане, доедая булочку, заботливо припрятанную в багаже тандемом из Матильды и Розы.

– Полагаю, на самом деле меня спасло только то, что у вас уже есть завтрак.

– Разве же это завтрак? – округлила глаза Ева. – Это всего лишь перекус. Вставайте, нам крупно повезло, что к Нортону вплотную примыкает лес, отсюда мы быстро доберёмся до города.

Лиссэт со стоном приподнялся, голова немилосердно кружилась, во рту пересохло, а мышцы двигались с трудом.

– Судя по самочувствию, я вчера знатно перебрал.

– Это слабо сказано, вы по самые ушки наклюкались бодрящего зелья своей бабули.

– Да? Странно, совсем ничего не помню, – пожал плечами лорд.

– То есть вы весь вечер чудили, а теперь даже не будете мучиться угрызениями совести?! – поразилась коварству эльфийского организма девушка.

– Хм, видимо так, – согласился Лиссэт, – а что я такого сделал?

– Да вы всему городу пытались сообщить о намерении полетать на драконе. Вели себя как восторженный болван. И раскритиковали цвет моей шкуры, что было, между прочим, весьма обидно!

– Да? – удивился эльф, выискивая сменную одежду в своём чемодане, – совершенно ничего из этого не помню, даже цвет вашей шкуры.

Ева возмущенно открыла и закрыла рот. А потом с оскорблённым видом отвернулась, позволяя себе остыть, а лорду переодеться.

– Я готов, можем отправляться в город, – сообщил эльф, опираясь на чемодан.

У девушки закрылись подозрения, что без чемоданной поддержки лорда снова начнёт шатать.

– Давайте я сама понесу багаж? Вы еле на ногах стоите, – сжалилась Ева.

– Я не настолько жалок, чтобы позволить девушке тащить чемоданы, – возмутился Лиссэт.

– Ну сюда то их я принесла.

– А я этого не помню, – выкрутился лорд, отрывая багаж от земли.

Лиссэт слегка покачнулся, но, нащупав хрупкое равновесие, эльф несмело двинулся к дороге.

– Такими темпами нам бы к обеду поспеть, – пробормотала себе под нос Ева, чем заслужила возмущенный взгляд спутника.

“Видимо эльфийские уши всё же не только для красоты, но и, вращаясь во все стороны, способны улавливать малейший звук”, – осенило девушку.

***

Нортен совершенно не оправдывал гордого статуса города, на деле представляя собой чуть разросшуюся деревушку. Широкий тракт между Бриатом и Долией пролегал севернее, там-то и располагался основной таможенный пункт между королевствами.

– А в какой гостинице мы будем искать мадемуазель Люгре? – осведомился эльф, пристраивая чемоданы к одинокой лавочке.

– Понятия не имею, – пожала плечами Ева, – Александра не указала название гостиницы.

Лиссэт смерил девушку хмурым взглядом. Ева не растерялась, оглядевшись по сторонам, девушка решительно двинулась в сторону хлебной лавки.

– Нам страшно повезло! В этом захудалом городишке всего одна гостиница, – вернувшись, радостно сообщила девушка. В руке она несла одуряюще пахнущий пакет с пирожками.

Лиссэт невольно сглотнул слюну.

– Хотите? – заметив его голодный взгляд, протянула свою покупку Ева.

– Нет, давайте уже найдём эту проклятую гостиницу, – проворчал эльф, вновь нагружая себя чемоданами.

– Я заметила, что вы нерегулярно питаетесь, лорд. Это крайне скверно сказывается на вашем характере, – откусывая пирожок, доверительно сообщила девушка.

– Да что вы говорите! – с издевкой протянул Лиссэт. – А вам не приходило в голову, что не для всех существ еда является смыслом жизни?

Ева на секунду задумалась, но, откинув эту идею как совершенно абсурдную, вернулась к трапезе.

Единственная в Нортоне гостиница располагалась в самом центре и представляла собой двухэтажное здание с деревянной обшивкой. Выцветшей вывеске не удалось сохранить название, и помнили его, наверное, только седые старики.

Внутреннее убранство так же не поражало воображение: грубые деревянные столы, наспех сколоченные лавки, массивная стойка бара и широкая деревянная лестница, ведущая в номера. Ева вспомнила, как нелестно отзывалась о гостинице на окраине столицы, по сравнению с этим заведение рыжего одноглазого пройдохи вполне могло считаться прибежищем королей.

– Чего вам? – не слишком-то любезно осведомилась толстая тетка в засаленном переднике.

– Мы ищем мадемуазель Маргарет Люгре, она должна быть постоялицей вашей гостиницы, – переборов брезгливость, ответила Ева.

– Мне нет дела до имён клиентов, если они платят за номера и обслуживание вперёд, – нахмурилась женщина, – здесь вам не клуб свиданий. Заказывайте или убирайтесь отсюда.

Ева опешила от такого обращения.

– Разумеется, мы хотим заказать два нома и сытный обед, мадам..? – ослепительно улыбнулся эльф, разгоняя хмурую атмосферу заведения.

– Мадемуазель, – приосанилась тетка, – мадемуазель Пронос, владелица единственной в этом городе гостиницы.

– Крайне польщён знакомству, мадемуазель Пронос, – ещё шире улыбнулся лорд и попытался поцеловать пухлую руку владелицы. В последний момент эльфа снова заштормило, и поцелуй пришёлся куда-то в район плеча.

Женщина залилась краской и смущённо улыбнулась.

– Поговаривали кумушки, что ушастый народ без ума от женщин в теле, а я и не верила, – восхитилась хозяйка заведения, – три монеты за два номера и обед.

Эльф порылся в своем чемодане и наконец извлек на свет тугой кошелёк. Положил на барную стойку четыре золотых монеты. Хозяйка благосклонно приняла их, спрятав в кармане передника.

– Я покажу вам комнаты, – бросая на лорда страстные взгляды, сказала женщина.