Страница 59 из 131
Сначала я хотела сказать: «Ты что, здесь слугой подрабатываешь?», но подумала, что это будет слишком грубо по отношению к тому, кто явно проявлял заботу обо мне. Да, между нами не должно было ничего быть. Я много думала об этом. Поведение этого персонажа ко мне было даже слишком нежным и внимательным, но, если подумать, это мог быть и не баг. В конце концов, полагаю, Минхо уже догадался, что я – тот ребёнок, которого он потерял в лесу, поэтому и окружал меня заботой. Мне следовало к нему относиться как к старшему брату. Я очень старательно думала о Минхо в этом ключе! Для других пусть наши отношения будут выглядеть, как угодно – они всё равно никогда не узнают подлинной истории. Я же не должна идти на поводу у своих чувств. Встреч избежать не получится. Но надо потерпеть. В конце концов, скоро эпизод первого пребывания в доме Змеи подойдёт к концу, и я встречусь с Донхёном. У меня был план, и я должна была его придерживаться!
— Да, и пришёл отравить тебя обедом.
У меня вырвался смешок на его сарказм. Минхо автоматической куклой сел рядом, даже суп в миске почти не дрогнул. Хм, будь Минхо в реальном мире, работал бы элитным официантом в суперэлитном ресторане? Я живо нарисовала себе Минхо с полотенцем через руку, в форме с фартучком. Хах, этот ресторан заработал бы миллионы из-за того, что все хотели бы увидеть такое владение собой в исполнении красавца. Хотя эта его серьга, пронизывающая ухо.. Хах, думаю в той реальности он был бы сыном богача, подрабатывающим на предприятии отца. Но Минхо был бы бунтарём. Что-то я замечталась. Минхо уже какое-то время сверлил меня взглядом. Читал мысли? Я не удержалась и спросила.
— Я не могу точно знать, о чём думают другие. Могу лишь предполагать, исходя из анализа их эмоций, мимики, незаметных телодвижений и той информации о них, которую удалось собрать.
— Значит, слова тебя мало интересуют?
Сульса, не задумываясь, кивнул, но потом всё же пояснил.
— Зачастую слова менее информативны. Они либо лживы, либо недостаточны.
Так вот почему ты так немногословен. Это объясняет и то, почему ты меня ни о чём не расспрашиваешь.
— Я всё же считаю, что лучше обсуждать всё словами через рот.
— Не все сговорчивы. Кто-то не может через рот.
Красноречивый взгляд, намекающий на меня. «А ведь он прав», – призналась я в уме и стыдливо опустила глаза. Должно быть, «читая» меня, он только больше запутывается. Думаю, в глазах других я веду себя странно. Но я, в самом деле, не могла быть с Минхо откровенной, даже если бы захотела. Сказать ему, что я – не Суа, а весь этот мир – не реальность, а всего лишь кем-то сделанная игра? В лучшем случае, меня посчитали бы за сумасшедшую. И было бы ещё хуже, если бы мне поверили. Если так подумать, это вообще может привести к самоликвидации игры. Наверное, это что-то вроде нарушения временного континуума, если бы я путешествовала в прошлое. Ошибка привела бы к исчезновению всего.
— Это горячий имбирный чай, – перевёл тему Минхо. – Помогает от боли в животе в «лунные дела».
— Опять? – воскликнула я, покраснев, как помидор, наверное.
Нет, ну смущение ему вообще неведомо?
— Мне и об этом нельзя говорить?
— Таков уж ты, неправильный Минхо. Спасибо за заботу.
Даже если в этом мире эта тема табуирована, Минхо на это плевать. Надо просто смириться. Я отпила чаю.
— Знаешь, почему самгетан в жару едят?
— Да, – с сомнением отозвалась я, пытаясь угадать дальнейшие слова сульса. – Клин клином вышибают.
Я невольно соскользнула взглядом на целого цыплёнка, плавающего в горячем бульоне с рисом, луком, каштанами и женьшенем. Сто процентов, там ещё был чеснок – его где только не было в корейских блюдах. Я знала, что самгетан – очень полезное блюдо. Куриный бульон, чеснок и женьшень способствовали укреплению иммунитета, повышали жизненный тонус и в целом восстанавливали силы. Но помимо полезности для здоровья, считалось, что противодействовать жаре можно только с помощью высокой температуры пищи. Но что имел в виду Минхо?
— Тебе снятся кошмары из-за квищин?
— Такое ощущение, что следят за каждым моим вздохом! – возмутилась я.
Не знаю, почему всплеск эмоций произошёл именно на Минхо, но я уже не могла остановиться. Мысли о том, что мне не нравится жить у всех на виду, что не нравится в принципе эта экономная допотопная гигиена и постоянное чувство опасности даже из-за слов, разгонялись всё сильнее. Мне пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы ругательства не вырвались вслух.
— Это как раз нормально, – вздохнул сульса. – Общество заботится о каждом своём члене. Ты не одна.
— А, может, я как раз-таки хочу побыть одна!
— Тогда тебе лучше жить со мной.