На чёрных крыльях феникс

Глава 22

Я воспарила над собственным телом. Комната и Суа стали какими-то.. нарисованными. Я оторвалась от экрана планшета.

Я вернулась?

На полу валялись разноцветные носки. На столе кружка с подмигивающей пандой и недопитым какао. Компьютер, графический планшет. Плед на кресле на колёсиках. Это была моя родная комната! Та самая! Значит, я смогла вернуться? Я поднялась, не веря своим глазам. Я осторожно нащупывала радость от созерцания привычного беспорядка. Хах, но не думаю, что всё было просто. Обернулась на планшет. Его бледно-голубой свет теперь выглядел для меня пугающим. У меня было яркое и образное воображение, но не настолько живое, чтобы представить жизнь Суа в подробностях. Это точно не могло быть сном или воображением, значит, всё было взаправду. Игра ещё не закончена. Это значит, что я могу снова оказаться в Сэге. С опаской я отошла подальше от планшета в надежде, что он вот-вот выключится сам, и залезла с ногами в кресло. Пока я тут, надо узнать об этой игре и её разработчиках побольше! Привычно отпила из кружки. Фу. Что это? Вместо какао в кружке была красная жидкость, пахнущая железом. Шторы шелохнулись, и от них отделилась тень. Я будто в замедленной съёмке наблюдала, как отпустила кружку, и та обрызгала кровью ковёр. Фигура у окна вдруг прыгнула на меня, вдавив в кресло, которое отлетело к противоположному краю комнаты. Я завизжала, увидев перед собой белую, гниющую кожу квищин и мертвецкий взгляд.

— Суа..

Я различила знакомый голос. Он витал будто где-то над головой.

— Суа, хватит блуждать во тьме.

Точно, это же тот самый «стандартный мужской голос» из моей головы, которым читался текст! Когда я открыла глаза, передо мной была лишь тьма. В принципе сознание пробилось настолько, что я поняла, что это было очередное кошмарное сновидение. Надо проснуться! Но у меня ничего не выходило. Как так-то???

— Суа, иди ко мне.

Хоть я и не была Суа, в данной ситуации был лишь один выход. Впереди показался свет. Я сделала всего пару шагов (по крайней мере, я так думала), но внезапно уже приблизилась к некоему мужчине, восседающему в мудре абхая – это от него исходил свет. Мужчина был облачён в белый турумаги. Голову венчала высокая шапка чонджагван. Белые волосы мужчины ниспадали до пола, если то тёмное пространство под нами вообще можно было назвать полом. На вид мужчина был и не молодым, и не старым. Его безмятежный взгляд и красная точка на лбу говорили о том, что он не так-то близок к людям. Возможно, это был некий дух или какой-нибудь Бессмертный. Может, вообще сам Тангун? Я никогда прежде не видела этого лица. Меня оно завораживало и пугало одновременно. Казалось, этот Бессмертный видит меня насквозь, и он знает, что я – не Суа. Но мужчина настойчиво повторял то имя.

— Суа, тебе пора перестать блуждать в темноте. Открой глаза, и ты узришь.

— Я хочу, но не могу проснуться!

В моих словах было столько отчаяния! Столько мольбы! Мужчина медленно покачал головой, будто отрицая мои слова.

— Ты не хочешь просыпаться. Найди свой Путь.

Картинка резко погасла, и я вдруг обнаружила себя в комнате в ханоке Бо Нгаи. Я сидела. На руках моих медленно догорал небесный свет. Что происходит?! Почему?! Я была так напугана и дезориентирована, что не сразу заметила Минхо. А он что тут забыл?! Почему он в моей комнате?! Минхо сидел ужасно близко и внимательно изучал моё лицо. Чёрт! Я не смогла сдержать слёз. Они хлынули, не спросив меня. Я даже не понимала, почему плачу! Из-за напряжения и усталости от всего этого? Из-за кошмаров, снившихся мне каждую ночь? Из-за упрёков Бессмертного? Из-за страха и бессилия перед грядущим? Из-за Минхо, заставшего меня в неприличном и уязвлённом виде?

— Я хочу домой! – рыдала я. – Пожалуйста! Верните меня домой! Я хочу проснуться!

— Ты не спишь. Всё в порядке.

Всё плыло в каком-то тумане, да и объятия сульса были слишком нежными и невесомыми, чтобы я могла поверить в реальность происходящего. Я попыталась отстраниться и взглянуть в глаза мужчины. Они так блестели! Конечно, в реальности глаза не блестят.

— Я хочу домой, – снова застонала я.

— Ты дома. Спи. Я буду твоим пульгасари..

— ..защищающим от плохих снов, – это мы прошептали вместе.

— Да. Положись на меня, – произнёс Минхо.

Хах, настоящий Минхо не дал бы таких невыполнимых обещаний, не так ли? Я почувствовала, как тяжелеют мои веки, и откинулась на подушки.

— Так не может продолжаться!

Я услышала гневный голос. Он принадлежал Минхо. Он не кричал, но скорее выдавливал каждое слово, что его даже ветер не развеял бы.

— И сегодня ночью тоже?

А этот голос, кажется, принадлежал Суюну.

— Да, – ответил Бо Нгаи. – Сегодня было даже хуже. Ги Суа явно не в порядке, он высыхает. Ей нужно успешно решить хан, иначе такими темпами она сойдёт с ума.

«Ги» – так называлась духовная сила, энергия. А «хан» означало предел всех чувств, желаний, страстей и прочих стремлений человека, заключённых в его душе, как в сосуде, скреплённом нормами морали и закона. С этими понятиями я познакомилась в книжке про акупунктуры. Но что имел в виду Бо Нгаи?

— Нельзя больше тянуть. Как друга прошу, займись обучением Суа. Её магия рвётся наружу. Что если в следующий раз мне не удастся её разбудить?

— Она не хочет. И она не готова, – проронил Суюн.

— Я знаю, что нельзя спасти того, кто не хочет спастись, но.

— Ты не можешь решать за неё.

— Говорите тише, – вмешался Бо Нгаи.

Подслушанный разговор разогнал всю сонливость. Я была зла. Все знали даже о моих кошмарах! Все знали абсолютно всё! Это было невыносимо! Появление Минхо в моей комнате предстало в менее радужном свете. А Бо Нгаи? Наверное, я не могла проснуться не просто так? Опять напоил меня чем-то? А этот Суюн! Я пока не нашла конкретной причины злиться, но мне не нравятся его слова!!!