Страница 24 из 131
Глава 10
В жарком воздухе пахло цветами и едой. Я смотрела на людей, шумящих за деревянными столиками. Прекратите на меня смотреть! Кто побогаче, кто победнее, но все в костюмах. Многие переговаривались между собой, пили из пиал, ели какие-то похлёбки. Но их объединяло внимание к сцене, на которой стояла я и ещё один мужчина рядом в голубом ханбоке, отбивавший ритм на барабане-пук. Доигралась, получается?! Теперь и во сне буду видеть мир этой игры?
— Суа!
Мой взгляд зацепился за одного молодого мужчину, показавшегося мне знакомым. Погодите, это же.. Минхо! Тот самый тёмный долгополый халат без излишеств и с зашнурованными рукавами, те самые вороные волосы до скул.. Вживую он выглядит даже лучше, чем на великолепной иллюстрации! Отсюда не так хорошо видно, потому что, конечно, «рыцарь ночи» сидит в тёмном и одиноком углу, но я вижу его длинные и цепкие пальцы, которыми сейчас он держит не кинжал, а пиалу с чаем. Он подносит её к губам. О, боже! Интересно, какие в реальности его глаза. А! Он посмотрел на меня. Мурашки по коже. Дерзкий и проникновенный взгляд – прям как описывали. Ты даже не знаешь, мой милый Минхо, сколько всего мы пережили вместе в игре. А какими были эротические сцены! Какое странное ощущение в груди. Это мои чувства или что-то не так с сердцем? А? Я смотрю на него слишком долго? Боже-боже, этот взгляд был такой цепкий и внимательный.. куда деть глаза? Я заскользила по другим посетителям постоялого двора, и в другой стороне от Минхо наткнулась на ещё одно знакомое лицо. Ну как «знакомое». Вживую я видела его впервые, но иллюстрации-то рассматривала тщательно и много раз, так что не перепутала бы. Получается, в той сцене на постоялом дворе действительно участвовали два основных мужских персонажа. Ким Донхён – и впрямь милашка. Он словно плюшевый мишка в дорогом ханбоке. Сидит, улыбается, так даже и не скажешь, что он не какой-то там молодой повеса, а своевольный детектив.
— Хой! – привлёк моё внимание напарник по сцене, снова ударив по барабану, покоящемуся у него в ногах.
Что ты такое лицо делаешь? Думаешь, мне комфортно тут стоять и ничего не понимать под всеобщим вниманием? Голове было тяжело двигаться – я нащупала огромную причёску. Ого, я что, стала кисэн? Прям как в дорамах?! Чёрт, если я продолжу молчать, это обернётся проблемой. Публика начинает что-то подозревать, но откуда мне знать, что я должна делать?
— Суа, пой! Заканчивай!
Я различила шипящий шёпот где-то за спиной. С-Суа? Так ведь звали главную героиню в игре! Я обернулась на голос. На меня с беспокойством и злобой смотрел старичок. Да это же хозяин театра! Иллюстрация была достаточно достоверной. Я бы морщин ему только добавила и складок под глазами, тогда была бы не картинка, а фотография.
— А краснобокий дракон что сказал? – ритмично зачитал мой напарник по сцене.
В тот момент мне подумалось, что мой партнёр позволяет себе лишнего, вмешиваясь в моё повествование целой фразой, но я была ему благодарна. В голове сами собой возникли слова, как с песней, которую ты выучил когда-то очень давно, вдруг снова услышал и готов подпевать. Подпевать, но не петь же! Это была песня-рассказ, иными словами пхансори (откуда я знаю это название?). Вообще-то это была длинная история, но, похоже, Суа остановилась на сцене совета божеств, на котором Феникс обвинил каждого в своём грехе. Да это же сюжет игры! Пророчество Феникса о божественной каре, а потом все остальные ордены перевели стрелки на Фениксов. Получается, в этой сцене Суа сама рассказывает ложную историю в виде такой вот притчи. Пансури – это не просто рассказ под музыку и выкрики барабанщика, здесь ещё нужно выражение и актёрская игра. Господи, как мне выкрутиться?! Я совсем не Суа и сейчас со стыда сгорю!
— И дракон вышел вперёд, – произнесла я, закрыв глаза.
Я медленно поднимала руки, добавляя торжественности. Главное, не смотреть в зал. Голос мой был другой: громкий, надрывистый, пружинистый. А пение, украшенное специфическим блеянием – сигимсэ, казалось и вовсе чуждым мне. Я просто представила, что это говорю не я.
— «Прав ты, друг, все мы небезгрешны. Только прежде, чем огнём возмездия пылать, посмотри-ка вот сюда».
— Чуа!
— В зеркале отражение своё увидал пылающий Феникс..
Ритм замедлился, и вдруг наступила тишина. Развязка, на которую был акцент – как бы не провалить!
— И ослеп! – выкрикнула я протяжно и взмахнула веером.
Надеюсь, я всё правильно сказала. Текст, возможно, не оригинальный, но что поделать, если я просто знала, что надо сказать, а не как выразиться. Ну вот почему главная героиня должна быть в центре внимания? И почему я попала в её тело? Это был не конец пхансори, но я услышала за спиной шум и уже знакомое ворчание:
— Живее-живее, поторопитесь.
На сцену, озадачив не только меня, но и моего напарника-барабанщика, выбежал актёр в забавно-страшной маске с коротким хлыстом в руке. Он начал бегать с криками вокруг нас и пританцовывать. По краю сцены вдруг выросли другие музыканты. Ритм сразу изменился, став быстрым и задорным. За танцором с хлыстом выбежали два артиста в костюме тигра.
— О-о-о, что это за зверь такой?! – крик танцора был похож на накаты волн.
Чтобы «тигр» танцевал, голове и заду приходилось исполнять акробатические трюки. В такой духоте.. Надеюсь, им там внутри не слишком жарко. В любом случае, я поняла, что мне надо быстренько уйти со сцены. Я прошла за музыкантами, стараясь не споткнуться и не задеть никого пышной и тяжёлой чхимой. Но не поглядеть на необычные инструменты было невозможно. Мужчина средних лет водил смычком по двухструнному хэгым: эдакому бочонку с грифом. Звук из него получался зудящим, стонущим, иногда хохочущим и крякующим. Девушка выдувала необычную музыку из флейты согым. Выглядит просто великолепно! Другой мужчина играл на тансо – тоже флейте, но продольного типа. И был ещё один весёлый барабанщик, самозабвенно стучащий разными палочками по двум сторонам барабана-чангу, имевшего форму песочных часов. Спустившись с платформы, я тут же была затянута в так называемое «закулисье».
— Суа!
Старик-руководитель явно обращался ко мне. Он больно держал меня за локоть. Ощущения такие реальные! Это не сон, и я действительно попала в тело героини? Ущипните меня! Нет, я сама это сделаю. А? Так бывает? Паника начинала завладевать мной. Старик ругался, но я не слышала его.