Мариана

– Слушай, Мария, давай пойдем длинной тропой, – предложил Деннис, заправляя рубашку в шорты.

– Я тоже пойду! – радостно закричал Майкл.

– Нет, и не думай, – отрезал Деннис, – ты вернешься с Маргарет. Все, линяй отсюда.

Схватив его в охапку, он вынес мальчишку из сарая и шлепнул по заду. Майкл сердито поплелся за долговязой сестрой, оглядываясь через каждые пять шагов и грозя кулаком. Он был упрямый и вредный.

Деннис рассмеялся. Он был старшим из всех внуков, и всеобщее обожание укрепило его невероятное самомнение. Он был вице-капитаном в своей подготовительной школе, капитаном в крикете и боксе и героем для мелюзги. Взрослые страдали от его самоуверенности и говорили между собой: «Ну, ничего, первый же год в школе выбьет из него всю дурь». Но ничего не делали, чтобы подготовить Денниса к ждавшему его шоку. Мэри невольно ухудшила положение, потому что своей слепой преданностью подкрепляла его самомнение. Для нее он был божеством, ей было все равно, как он с ней обращается, и ее переполняли восторг и благодарность, когда, по секрету от всех, он позволил ей считать, что они помолвлены.

Он был очень красивый мальчик – юная, смягченная версия своего отца. Такие же темные глаза с по-невинному длинными, загнутыми ресницами, которые по справедливости должны были бы достаться Саре, такая же заразительная улыбка и стремление смеяться над чем угодно, лишь бы смеяться, и такое же сочетание смуглой от природы кожи и очень белых зубов. Его черные волосы росли на лбу таким же клинышком, как у отца, хотя не настолько выраженным. Гай Ричи буквально лучился обаянием, и его сын Деннис, похоже, вырастет таким же «чертовски хорошим парнем» для мужчин и «дорогая, кто тот привлекательный мужчина?» для женщин на вечеринках.

Деннис схватил Мэри за руку, они выпрыгнули вместе из сарая и побежали прочь от остальных по тропе, которая повела их по нижней из трех террасных лужаек. Мэри остановилась и поглядела на ха-ха-стену[6], отделявшую ровный подстриженный газон от длинной, неровной травы в парке.