Союз спасения Завтра

— Возможно, – отозвался Джун. Потом помолчал и добавил тише: – Хотя, думаю, это значит нечто другое.

— Что именно?

— Это нам ещё предстоит понять.

Они оба замолчали, похоже, обдумывая сказанное. Ёну же не хотелось пока что завершать этот разговор.

— Тогда, Джун, послушай меня, – сказал он серьёзнее. – Жизнь не обязана быть справедливой и тем более идеальной.

Например, сейчас было бы «справедливо», если бы на месте Ёна был доктор наук в области психотерапии или философии. Но здесь и сейчас был только он, Хан Ён, простой мальчишка, который и в своей-то жизни не успел разобраться. Но раз уж так получилось, что существование мира зависит от него, он хотя бы попытается.

— Но жизнь обретает смысл, когда ты выбираешь – через действия, через решения каждый день – что ты можешь и хочешь сделать дальше. А когда ты выбираешь сам, даже вопреки преградам, вот тогда и начинаются смыслы.

— И какой выбор ты предложишь мне?

— Дальше ты можешь отправиться к генералу Сугимото и узнать, где они прячут корейское наследие, – спокойно ответил Ён.

— Всё же.. это неправильно, – Джун словно бы говорил сам с собой. – Я не могу выбирать сторону. Я не должен. Я..

В комнату вошла Хёнджу с подносом. На нём были напитки – вино и ликёр из женьшеня.

Ён только сейчас понял, насколько вплотную стоял к Джуну, и опустился обратно на диван.

— Тебе необязательно было это делать, – сказал Джун, тоже возвращаясь на место. – Я же говорил.

— Я захотела сама, – спокойно ответила она.

— Хёнджу, – вмешался Ён, – нам нужно выяснить у генерала Сугимото, где он прячет корейское культурное наследие, чтобы спасти его. Есть идеи, как мы можем это сделать?

Джун нахмурился.

— Почему ты спрашиваешь её?

— Потому что Хёнджу умна.

В уме ей действительно нельзя было отказать. Может, и во вредности тоже (хотя вроде бы не в этой версии мира), но умение обдумывать всё на несколько шагов вперёд всегда было с ней. К тому же ей точно можно было доверять. А когда у тебя мало соратников, не стоит ими раскидываться.

— Ты втягиваешь её в то, что её не касается.

— А ты забыл, Ли Джун, – заметил Ён, скрестив руки, – что вообще-то это не твоё дело? Мы, простые человечишки, что хотим, то и творим.

Джун открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашёлся. Пожалуй, это было удивительно. Создатель сам запутался в своей логике.

Ён фыркнул, не скрывая удовольствия.

— Один – ноль в мою пользу.

— Я могу узнать у генерала, – тихо подала голос Хёнджу.

Ён напрягся. Он вспомнил, как Сугимото смотрел на неё на свадьбе. И это ему совсем не понравилось.

— Ой.. нет. Это не то, что я имел в виду, – быстро сказал он, поднимая руки в сдающемся жесте.

— Но я могу, – повторила Хёнджу упрямо.

— Ты не можешь, – резко оборвал её Джун.

Их с Ёном взгляды пересеклись. Впервые за всё время они были солидарны в желании защитить девушку.

Ён, впрочем, не удержался и одними губами произнёс: «Два – ноль». Создатель только что поступил в противовес своей логике.

Хёнджу поджала губы. Ён ждал, что сейчас она вспыхнет – скажет что-нибудь едкое, как обычно. Но вместо этого она опустила подбородок и вздохнула. Но Ён заметил, как она смяла ткань платья в пальцах.

— Как пожелаете, – сказала она и покинула комнату.

— После завтрака мы с тобой отправляемся к генералу, – Ён вернулся к их разговору с Создателем. – Ты уже нарушил своё обещание невмешательства. Что тебе стоит сделать это ещё раз?

И он лукаво улыбнулся, вкладывая всё своё неповторимое очарование в нытьё, которое полилось из него потоком. Ён боялся, что Создатель откажется и они вернутся к тому, с чего начали. Как бы Ён всё ещё ни был обижен, без Джуна не справиться.

— Тебе всего лишь нужно занять его. Ну, чего тебе стоит? Заговори, загрузи философией – ты умеешь. А я в это время обыщу особняк. Всё как в кино: один отвлекает, другой шарит по ящикам. Да ведь?

И сам себе сразу ответил:

— Конечно, да!

Он встал и потянулся за ликёром.

— А ещё я не знаю, где я живу, – добавил Ён. – Я останусь у тебя, друг?

Он состроил щенячьи глаза, надеясь, что Джун не отправит его опять куда-то идти. А то за последнее время он только и делал, что ходил где-то и получал по голове.

— У тебя, кажется, есть склонность проникать в моё жильё.

Джун задержал взгляд на Ёне, и на его щеке наметилась ямочка улыбки. Он тихо прошептал себе под нос, но Ён всё равно услышал:

— Друг?..

Ён сказал «друг» без задней мысли, но теперь задумался, друзья ли они. Может ли Ён искренне сейчас это пообещать Джуну? Наверное, в глубине души он очень хотел пойти ему навстречу.

Но Создателя он пока не был готов простить. Наверное, ещё и потому, что ему хотелось увидеть в нём что-то, что вернёт доверие между ними.

Ён покачал головой.

— Нет, Ли Джун, – сказал он тихо. – Ведь я всё ещё твоя марионетка, которая должна пройти испытание.

Губы Джуна дрогнули. Как будто он хотел что-то сказать, но не решился. А Ён шагнул ближе и продолжил:

— Но знаешь, в чём теперь разница?

Он наклонился вперёд и сказал:

— Теперь я согласен играть эту роль. Я сделаю то, что должен. Потому что этот мир – стоит того.

Ён выпрямился и протянул руку. Ладонь была раскрыта. Джун смотрел на неё долго, будто сомневался – дотрагиваться или нет. Потом перевёл взгляд на лицо Ёна. И обратно.

— Я, – сказал Ён уже чуть жёстче, – буду протягивать тебе руку снова и снова. Пока ты не встанешь на ноги. Ты больше не один. И неважно, кто я тебе – друг, эксперимент, вирус. Я буду рядом в этот раз. Буду искать смысл – с тобой.

Медленно, почти неуверенно Джун вложил ладонь в его руку. Ён сжал пальцы. Не отпустил. Второй рукой обхватил запястье Джуна – и сжал сильнее.

И задал вопрос, который интересовал его сейчас сильнее всего:

— Ну, и где я могу тут принять душ?

* * *

Под звуки льющейся воды из соседней комнаты хорошо думалось. Джун даже не заметил, что просто застыл посреди зала, снова и снова прокручивая в голове их с Ёном диалог. Он сложился не так, как изначально планировал Создатель; это одновременно и пугало, и завораживало.

— Почему ты пришёл? – Джун рискнул задать этот вопрос. – Ко мне? Или чтобы помочь Проводникам?