Союз спасения Завтра

Ён теперь заметил, что личико младенца покрыто волдырями.

— Пожалуйста, госпожа Сосингук-манура! Не разлучайте меня с малышом! – рыдала бедная женщина. – Заберите меня с собой!

— Жена, ты не можешь! Пожалуйста, не надо, не оставляй и ты меня! – ещё громче плакал её муж, пытаясь теперь оттащить обезумевшую от горя жену от Духов оспы.

— Это дитя всё равно заберёт Чосын-хальман. Не лучше ли он будет жить с нами вечно, чем уйдёт в загробный мир со старой каргой? – дразнила Сосингук-манура.

Почему эта женщина-дух смеялась? Ведь Чосын-хальман была нянькой умерших детей в загробном мире. Наверняка с ней было получше, чем с Духами оспы. Хотя иерархию Духов Ён, признаться, не до конца понимал в этом мире.

Он поймал взгляд Лаки.

— Не вмешивайся. Я тебя предупредил. Ты им не поможешь, а себе навредишь. У всех своя судьба.

Возможно, Ён бы устоял, удержался в стороне. Но такой фатализм со стороны ребёнка почему-то стерпеть не мог. Больше всего Ён ненавидел обречённость, готовность сдаться без боя. Возможно, такое убеждение произрастало из подсознательного ощущения, что если он даст себе задуматься о том, как тяжело жить, как тяжело бывает людям проживать каждый день, как тяжело чувствовать себя достойным, хорошим, да просто нормальным человеком; если бы Ён задумался обо всех ужасах, что происходят в мире, лишают людей жизни, крова, родителей.. То да, то, возможно, ему уже не захотелось бы вставать с кровати. Поэтому он не давал себе об этом думать. Он выбирал и будет выбирать надежду. Он и Лаки покажет, что надежда всегда есть.

— Я не верю, что Создатель не оставил и шанса на чудо, – произнёс Ён.

Аккуратно отведя ручку Лаки от своего ханбока, Ён вышел вперёд, обращая на себя внимание всех вокруг.

Замер Ён, замерли Духи оспы, несчастные муж и жена, зеваки по сторонам – замерли все.

И тут Ён понял, что плана-то у него не было. Что можно предложить Духам? Что для них является ценным? Ладно, нужно начать с самого простого.

— Какое пожертвование удовлетворит уважаемых Мама-сина и Сосингук-мануру?

— Это кто ещё такой дерзкий? – отмер, потирая бороду, Дух оспы Мама-син. – Назовись немедленно.

— Меня зовут Хэ Ён, и я богат, – начал Ён, словно был на собрании анонимных богачей. – Готов пожертвовать в вашу честь за этих людей.

Дух оспы сделал несколько шагов, приближаясь к Ёну. Под его высокомерным и безжалостным взглядом Ён чувствовал себя тонким деревцем, которое сейчас снесёт ураган. Люди такого впечатления не производили, сколь бы могущественны они ни были.

Ох, если он сейчас умрёт, то найдёт себя и убьёт во второй раз, чтобы быть умнее.

— Будет жаль портить такую симпатичную мордашку, – бросила ядовито Сосингук-манура.

— Раз ты считаешь этого сопляка симпатичным, мне тем более стоит его изуродовать, – неприятно усмехнулся Мама-син.

Какая крепкая супружеская пара, умилился бы в другой раз Ён. В этот раз он сделал шаг назад. Всё-таки влип. Ён пытался успокоить себя тем, что был привит от оспы. Может, это сработает? Вряд ли. Хан Ён был привит, а Хэ Ён? У него даже оружия с собой не было. Опять. Можно было бы схватить фонарь у Лаки и ударить им Мама-сина. Так можно будет сбежать, но кто решит проблему супругов, которые вот-вот потеряют младенца? Ён мельком оглянулся. Лаки тоже не было. Значит, план с фонарём точно минус.

— Д-давайте я лучше заплачу. Сколько?

Казалось, Мама-син всё же заинтересовался. Алчность Духа могла сыграть на руку Ёну.

— Семья Хэ? – он снова погладил бороду. – Припоминаю. У нас был договор обходить ваш двор стороной, но ведь сейчас это ты, считай, на нашем дворе. И тебе очень не повезло испортить мне настроение.

Ну всё. Ему крышка.

— На чьём, говоришь, дворе? – разнёсся зычный голос.

В голове Ёна заиграла песня:

Выбор песни Superman от Super Junior даже ему самому показался забавным. Видимо, облегчение от чьего-то вмешательства было настолько сильным. Ён с надеждой повернулся на голос спасителя.

Из толпы вышел круглолицый мужчина в халате в горошек с такими длинными рукавами, что те даже волочились по земле. На голове у него была шапка, из которой рос огромный цветок и красиво трепыхался от каждого движения мужчины.

— Так что, на чьей ты территории, дорогой Мама-син?

Нельзя было не заметить, как изменилась атмосфера. Мужчина в забавном одеянии взмахнул рукавами, меняя их положение, и духи оспы вздрогнули.

— Давно не виделись, господин Чхоён. Не знал, что вы тоже тут будете.

Так это Чхоён! Изгнатель духов! Интересно, что сейчас будет? Сражение? Экзорцизм?

— Я готовлю новое представление. Не хочешь послушать? – обратился Чхоён к Мама-сину.

— Пожалуй, не стоит, – перебил Мама-син. – У меня ещё много дел сегодня. Пойдём, жена. – Они уже собирались уходить. А комичный мужчина продолжал, пританцовывая:

Мама-син с Сосингук-манура поторопились в паланкин, но их остановил требовательный зов Чхоёна.

— Э, э, э, – он взглядом указал на младенца.

Сосингук-манура скривилась, а Мама-син медлил, и Чхоён беззаботно продолжил свою песенку:

И правда супермен! Ён не без удовольствия наблюдал, как Мама-син зло вырвал ребёнка из рук супруги и всунул его Чхоёну, чтобы только тот прекратил свой танец. И тут же Духи оспы со всей своей пышной процессией ретировались. Ён наблюдал, как Чхоён с задорной улыбкой из-под усов передал младенца в руки матери, а отцу вручил свиток.

— Мой портрет, – нараспев пояснил он. – Повесьте на дверь, и Дух оспы не войдёт в ваш дом.

— Благодарю, превеликий господин Чхоён! – повторяли с поклонами супруги, а за ними и остальной народ.

Из-за спины Чхоёна, с гордостью принимавшего почести, появились две старушки: одна в чёрном ханбоке выглядела угрюмо, вторая же, наоборот, была в белом, и причёску её украшал светящийся цветок, а другой она вертела в руках. С ними был Лаки. Насупившись, он дёрнул за руку старушку в белом, и та вручила грушевидный сосуд матери младенца.

— Ах, да, – оживился Чхоён и наклонился к женщине, всё ещё сидящей на дороге и плачущей, но теперь крепко обнимающей младенца. – Наносите эту мазь каждый день, и ваш ребёнок вырастет в прекрасного юношу.

— Как же мне вас благодарить, господин Чхоён? – сложив в молитвенном жесте руки, продолжал её муж.

— Не меня нужно благодарить. Это снадобье подготовили прекрасные госпожи Самсын-хальман и Чосын-хальман.

Да, их Ён тоже узнал теперь. Бабушка в чёрном была «бабушкой с того света», а в белом – это, похоже, была «бабушка рождения».