Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 26 из 108

Ён разжал объятия, вглядываясь в лицо мальчишки. Волосы его были растрёпаны, на щеках и лбу – грязь. Блуждающий взгляд был подёрнут дымкой. Ён зачем-то ещё раз прижал ребёнка к своей груди.

— Надо быть осторожнее, – прошептал он тому на ухо, не ругаясь.

Отстранившись, Ён провёл пальцами по лицу пацана, стирая грязь.

— Твоя жизнь ценная. Представляешь, как бы все расстроились, случись с тобой что?

— Да никто бы не расстроился, – раздался голос старушки. – Это же сиротка. Ходит попрошайничает. А вы запачкались, господин!

Редко, очень редко Ён испытывал гнев, но сейчас накатило.

— Помолчите! – строго сказал он, после чего сел и поставил мальчонку на ноги. – Я бы расстроился. На всю жизнь бы запомнил, понимаешь? Видишь эти бусы? – Ён коснулся тех, что свисали с его шляпы. – Достаточно убрать одну, и остальные осыплются.

Демонстрируя свою мысль, он дёрнул за одну из них, и оставшиеся бусинки рассыпались по земле.

Мальчик внимательно следил за руками Ёна. Понимал ли он вообще слова?

— Всё будет в порядке, малой, – Ён посмотрел мальчику в глаза.

Наверняка именно так Ён выглядел после похорон родителей. Тогда он был так же потерян и одинок, совершенно не знал, что делать и какое будущее его ждёт. Все проходили мимо него в траурном зале и боялись смотреть в глаза. Словно, если они столкнутся взглядами, придётся брать Ёна домой, кормить, обувать, обучать, поэтому они лишь сочувствующе хлопали его по плечу и проходили мимо. Только одна женщина в богатой одежде присела рядом, чтобы сказать: «Ты будешь в порядке».

— Омо! Молодой господин, вы спасли бродяжку? – сверху стали доноситься голоса.

— Что случилось?

— Не могу поверить, вот что значит благородство!

— Господин спас ребёнка. Вы же видели?

— Чей ребёнок?

Маленькое и слабое тело в руках Ёна начало потряхивать, и мальчик разразился.. смехом.

— Ужас какой! Это злой дух, не иначе!

— Господин, лучше не трогайте этого мальчишку.

— Кто-нибудь позовите шаманку!

От широкой улыбки мальчишки зрачков почти не было видно, они лишь поблёскивали в щёлках-полумесяцах. Ён подумал, что мальчик на редкость миловидный, когда так улыбается.

— Рад, что выжил? – спросил у него Ён.

— Молодой господин! А ну! Разойдитесь же! Молодой господин!

Кто-то горланил что есть мочи и расталкивал зевак, собравшихся вокруг Ёна и мальчика плотным кольцом. И вот к ним бросился загорелый мужчина с плетёной корзинкой за спиной и помог Ёну подняться, параллельно стряхивая с его одежды грязь и поправляя шляпу на голове.

— Молодой господин, я вас уже обыскался, а вы тут это.. Вы в порядке? Не поранились? Зачем на дороге валяетесь?

— Хобби у меня такое теперь, видимо, – хмыкнул в ответ Ён.

— Шутить изволите? Знаете, как я за вас испугался? Какое облегчение, что вы в порядке. Лошади готовы, пора выдвигаться, – и слуга покосился на оборванца, которого Ён так до конца и не отпустил из своих объятий.

У Ёна были сотни вопросов касательно того, что здесь происходит, куда ему пора выдвигаться и как долго ему во всём этом участвовать.. Да, наверное, нужно быть в шоке. Ой-ой, древняя Корея (или аномалия), но, Разработчиков ради! Ён в своё время прочитал исекаев больше, чем существовало грузовиков-санов. А раз он здесь с Разработчиками, то это не ему нужно бояться, это его нужно бояться местным жителям.

— Эй, ты! – грозно продолжил слуга, обращаясь к мальчишке. – Отцепись от господина!

Ён удержал спасённого в руках и оглядел его ещё раз. Тот был бледноват, худощав и грязноват, но не пострадал. Теперь он даже не смеялся, а, надув губы, внимательно разглядывал Ёна. У мальчика точно было семь пятниц на неделе.

— Малыш, ты в порядке? – отбросив неловкость, спросил Ён. – Как тебя зовут?

— Не разговаривайте со злым духом, господин. Будьте осторожны, – предупредил дед из толпы.

Мальчик медленно перевёл полный печали взгляд на говорившего простолюдина, и тот, опустив лицо, поспешил прочь. Растерянный ребёнок обернулся на других окружавших его людей, будто впервые их увидел. Суеверные жители отворачивались от него и расходились. Мальчик уже завертелся бы, как волчок, если бы Ён не остановил его за плечи.

Не был этот мальчик никаким злым духом. Обычный потерянный ребёнок, которого хотелось пожалеть и защитить. Видимо, он даже не мог говорить от шока, а может, и вовсе был немым. Люди всегда суеверны: «Не общайся с сиротой, не поступишь в университет!..»

— Молодой господин, если сейчас же не отправимся в путь, не успеем доехать до постоялого двора к ночи, – застонал мужчина с корзиной за спиной.

Ён ободряюще улыбнулся ребёнку, взял того за руку (в знак поддержки и чтобы не убежал) и обернулся на говорившего. Для начала Ён хотел спросить, кто он, но стоило только повнимательнее всмотреться в лицо мужчины, как Ён его «вспомнил», если так можно было сказать. Это был Ук, потомственный слуга рода Хэ, в частности, слуга самого Ёна.

[<Просветлённый> предлагает Ёну присесть, прежде чем слушать]

[<Учитель> предупреждает, что человеку его статуса непозволительно сидеть на дороге]

[<Бессмертные> предлагают не тянуть и сообщают, что Ён оказался в одной из созданных Создателем версий прошлого]

[<Его Темнейшество> ухмыляется, что в этой версии Ён сам стал аномалией, и если ему не хочется быть устранённым, придётся обхитрить самого Создателя]

Ён был прав, получается. Это реальный мир. А ему, похоже, всё-таки крышка. Не от копыт лошади, так от дизентерии. Интересно, порадовал бы такой его конец Ким Хёнджу? Ён как-то даже невольно заскучал по начальнице.

Информация продолжала загружаться в голову. Ён попал в древнюю Корею эпохи Трёх государств, когда существовали легендарные Когурё, Пэкче и Силла.

Ну, получается, у него оставался только один вопрос.

— Что за чёрт? – непроизвольно сорвалось с губ.

Не этот вопрос на самом деле. Непонимающий взгляд слуги перекрыло уведомление:

[<Его Темнейшество> умывает руки, у них тогда ещё не было своего филиала в Корее]

[Несмотря на это, <Благой Вестник> обещает помогать Ёну]

[<Дух Чайника> нашёптывает, что истина где-то рядом]

Но не успел Ён и подумать, как словно из ниоткуда рядом возник желтозубый аджосси со своей лощёной вежливой улыбкой.

— Господин, как хорошо, что вы целы! Ваш поступок поистине благороден. В честь этого торговец готов сделать скидку побольше. Идёмте же.