Сыграем в игру?

Глава № 3 Лиза

Мудак. Именно с такой мыслью я провожала спину босса. Хотелось плюнуть на его отглаженный, брендовый пиджак, и пришлось сильно сжать челюсти, чтобы не натворить глупостей. Сначала он три дня не давал ответ, а позвонил только на четвертый, словно специально показывая — посмотри, как я легко нарушаю собственные обещания. Я думала, он совсем не позвонит, и наймет кого-то другого, и, честное слово, это принесло облегчение.

Теперь он мне тыкает и пытается хамить, скрывая это за маской начальника. Все они, толстые кошельки, такие. Если ты — не их круга, не имеешь такой же огромный банковский счет, то и за человека считать не будут. Насмотрелась на таких. Правда, Соколов пока на первом месте по говнистости характера. Обычно начальство хоть освоится дает, а свой дерьмовый характер начинает позже показывать. А этот сразу. Будь я здесь как настоящий помощник, послала бы на хрен и ушла.

Он думает, я дура. Глупая, наивная дура, даже не знающая, что такое компьютерный вирус. Хотелось мне ему сказать, что я три года просидела за столом секретаря, и вся эта работа для меня не нова. Но там я и правда дурой была. Старалась, впахивала, как лошадь, проходила курсы, чтобы подняться по карьерной лестнице. Чтобы мама, наконец, сказала — я ошибалась, Лиза, ты смогла добиться. Но так дальше секретарши не дошла, потому что начальник тоже оказался мудаком. Сначала полез под юбку, потом за отказ завалил работой и сократил премию.

А потом… Потом меня из офисного рабства вытащил Юра. Предложил работу, хорошую оплату и произошло это в тот самый момент, когда я сильно нуждалась в деньгах. И я согласилась, конечно, потому что выбора нет. Потому что ещё раз убедилась, что ничего в жизни не добьюсь, как всегда говорила мама.

Интересно — чтобы она сказала, узнай, чем я сейчас зарабатываю на жизнь? Представляю, как она хмыкнула бы со своим «Я же говорила». От этой мысли стало ещё хуже, и я заставила себя включиться в работу.

Так хотелось подставить Соколова, и я обязательно это сделаю, когда добуду информацию. Чтобы больше не обращался с людьми, как с тряпкой. Сам станет таким же, как те, кого он гнобит за отсутствие статуса и миллионного счета.

Он вернулся с обеда довольный, но встретив мой взгляд, почти скривился. Идиот. Господи, таким людям вообще нет места на этой планете. Я снова уткнулась в компьютер, продолжая делать сверки, перебирать письма и отвечать на сообщения. Многозадачность — это интересно. Учитывая, что у меня появился доступ к базам данных и операционной деятельности, я тщательно изучала всё. Конечно, для простых сотрудников большая часть важной информации была недоступна, но странное движение средств вполне можно отследить, если знать, что смотреть и где искать.

— Счет Стаханову готов? Неси! — рявкнул босс в телефон по внутренней связи.

Интересно. Он проворонил такой важный документ, его бывшая секретарша тоже проворонила, а злится на меня. Надо было молчком удалить все письма, и пусть бы он потом сам разбирался со своими партнерами. Но нет, я так не поступлю, потому что мне нужно показать себя профессионалом, чтобы он начал мне доверять.

Я положила на стол Соколова бумаги, и он сразу начал их изучать. Смотрел внимательно, видимо, ища ошибку. Я хотела сказать, что это не я печатала счет, а он пришел от Стаханова, но промолчала. Пусть проверяет. Хоть калькулятор пусть берет и пересчитывает. Или счеты. Или что там у него ещё есть.

Потом он быстро накорябал ручкой свою подпись — буква С, обведенная кругом и с длинным неровным хвостиком. Написал свою фамилию, инициалы, делая все резко, вдавливая стержень в бумагу. Странно. Я думала, вампиры расписываются кровью.

— Отнеси в бухгалтерию и скажи, пусть сразу оплатят. Потом отзвонись Стаханову, что оплату провели. Скажи ему… — он задумчиво постучал ручкой по столу. — Пригласи ко мне. В среду мы планируем собрание, пусть будет. В десять.

Я кивнула, и он наградил меня безразличным взглядом. Его глаза не гуляли по телу, а смотрели строго мне на лицо. В них ни капли интереса, будто я не женщина, а дверь, которую он открывал уже сотни раз. Он смотрел как на мебель или ручку, что каждый день держит в руках. Только глаза, слишком светлые, необычного оттенка были ледяными. И от них внутри холодело так сильно, что хотелось укрыться теплым пледом.

Конечно, в моей жизни были равнодушные ко мне мужчины. Обычно это те, кто сильно предан своим женщинам, либо выбирают другой типаж. Но никто из них не отказывал себе в том, чтобы взглянуть на фигуру, окинуть взглядом. Это же так по-мужски, даже если в целом девушка не вызывает интереса. А у Соколова такого нет.

Я стояла перед ним — маленькая, хрупкая и беззащитная, как перед тем, кто должен вынести мне приговор. Как перед палачом, который через пару минут отсечет мне голову. Наверняка, ему нравилось это. Подчинять. Унижать. Показывать свою власть и силу. Уверена, что он грубый, и женщин своих берет без прелюдий. Повидала таких. И всегда их сторонилась.

Я не хотела с ним флиртовать. Оставалась надежда, что я смогу добыть информацию без унизительных подкатов к боссу. Но для этого мне придется провести на этой дурацкой должности очень-очень долго. До тех пор, пока он не поймет, что со мной можно делиться сокровенным. Если вообще поймет. Если вообще он с кем-либо делится сокровенным.

— Иди, — сказал он и опустил взгляд.

От его голоса я вышла из ступора и быстро сбежала из кабинета, где точно не хватало обогревателя.

До вечера я разгребала почту и делала сверки. Даже не заметила, как опустел офис, и все нормальные люди разошлись по домам. Когда работа была закончена, я взглянула на время — мой рабочий день закончился два часа назад. Я выключила компьютер, подхватила сумку и постучала в кабинет шефа. Он ответил сразу же, и я зашла.

— Почту я разобрала. Есть несколько важных писем, я их вам перенаправила, — отчиталась я. — Сверки сделала. По двум несовпадения, отправила запрос в бухгалтерию, по одной нет оплаты, связалась с контрагентом, завтра дадут ответ. Я могу идти?

Соколов поднял на меня усталый взгляд, потер глаза и всего на секунду показался мне обычным, нормальным человеком. Всего на мгновение мне показалось, что он скажет такое простое: спасибо.

— Утром без опозданий! — скомандовал он.

— До свидания, — сказала я и, так не дождавшись ответа, ушла.

Ему сложно даже просто попрощаться. И это в первый рабочий день, а что будет дальше? А если я случайно накосячу? Наверняка, на этот случай у него предусмотрен костер.