Сыграем в игру?

На меня никто не обращал внимания. Все покупатели были заняты выбором продуктов или разговорами. Но я чувствовала чужой, тяжелый взгляд. Он был совсем рядом, казалось, что мне дышат в спину.

Я взяла с прилавками подложку со стейком, бросила её в тележку и пошла к кассе. Взгляд следовал за мной, и я ускорила шаг. Быстро заплатила за покупки, вернулась в машину и заблокировала двери. Несколько минут смотрела в окна на выходящих людей. Никто не искал глазами меня, не подходил и не выглядывал из-за угла.

Домой я поехала медленно, петляя по улицам и посматривая в зеркало заднего вида. Странных и одинаковых машин не было, и в какой-то момент я подумала, что у меня паранойя. Но страх не отпускал. Машина дергалась, тормозила слишком резко, и меня отбрасывало вперед. Позади сигналили. Но собраться никак не получалось, даже когда в окнах показался дом.

Хорошо освещенный двор был пустым. Лишь на парковке стояли машины, моргая красными огоньками сигнализации. Я припарковалась, ещё оглядываясь по сторонам, и, взяв остатки смелости из запасов, вышла. Звук моих каблуков в вечерней тишине казался оглушительным, но ещё громче колотилось сердце.

На ходу доставая ключи из сумки, я дошла до подъезда, прижала кнопку к панели домофона. Датчик пикнул, магнит отпустил дверь и я дернула ручку на себя. Но выдохнуть не успела.

Неожиданно, откуда-то из воздуха рядом со мной возник парень. Он перехватил дверь, пропуская меня вперед. А я не хотела идти. Но шагнула в подъезд, сжимая ключи от квартиры в ладоне. Сглатывая подступающую от страха тошноту, дошла до лифта и нажала кнопку. Парень следовал за мной. Не приближался и выглядел как обычный сосед, которому тоже нужно подняться на лифте.

Двери разъехались, и сначала вошла я, потом парень.

— Вам какой? — безразлично спросил он, отворачиваясь к панели.

— Двадцатый, — ответила я, отступая к стене.

Он нажал на кнопку и повернулся лицом к двери. Я смотрела на его спину, ожидая нападения, злой ухмылки, чего угодно. Но он не поворачивался.

— Вам тоже на двадцатый? — спросила я, делая вид, что поддерживаю соседскую беседу.

— Ага, — ответил парень.

— Кажется, я вас видела, — с натянутой улыбкой сказала я, и он повернулся. — Вы вроде в семидесятую приходили.

— Точно, — улыбнулся парень, и в его карих глазах не было ни злости, ни опасности. — Родственники там живут.

Я покивала головой, принимая такое простое, логическое объяснение, и он снова отвернулся. Лифт остановился на моем этаже, и парень пропустил меня вперед. Я прошлась по коридору и свернула налево. Он пошел за мной.

— Семидесятая же в другой стороне, — сказала я с легким упреком, но улыбкой.

— Блин, да, — воскликнул парень и остановился. — По привычке как в свою квартиру пошел. Спасибо!

Резко повернулся и ушел в обратную от меня сторону. Я быстро подошла к квартире, открыла дверь ключом. За спиной послышался стук в дверь.

В квартиру, в которой никто никогда не жил.

Дверь захлопнулась, я щелкнула двумя замками и замерла возле глазка. Стук в подъезде затих, потом послышался шум работающего лифта. Но я не могла отойти от двери, пытаясь поймать движения. Я не знала, что буду делать, если он подойдет к моей квартире. У меня не было ни одной идеи, как сбежать, кому звонить. Мне не у кого просить защиты, а подвергать опасности Лику я не могла.

Я простояла у двери минут десять. Или двадцать. Или час. Тело затекло от напряженной позы, от каблуков ныли ноги. Страх медленно отпускал, уступая место пониманию — слежка. Кто-то следит за мной, и теперь он знает, где я живу.

Но кто это?