Сыграем в игру?

И я ушла, не понимая, как ему снова удалось победить. Чтобы я ни делала, он всегда находит, что сказать и опустить меня. Но это временно. Я достану его вне работы, и заставлю посмотреть на себя, как на женщину. А если и это не сработает, то придется выпытывать у Юры — кто настучал на Соколова, чтобы обрести союзника.

До обеда я работала руками, а головой оставалась там, в кабинете. Его провоцируешь — он не реагирует, дерзишь — тоже. Как к нему вообще искать подход? Духи ему мои не понравились! Я фыркнула. Буду купаться в них перед выходом!

На телефон пришло сообщение от Юры с названием спортивного клуба, куда ходит Соколов. Так, а это уже интереснее. Я давно хотела записаться в тренажерку, вот пришло время. Буду маячить перед глазами, пока он меня не заметит. Пока не обратит внимание. Осталось купить спортивный наряд, и я мысленно представила, какой короткий топик куплю себе.

Я не хотела видеть его еще и по выходном, но другого способа притянуть к себе и заставить поделиться сокровенной информацией не знала. Может, мама права — я туго соображаю и всегда ищу простые пути? Наверное, стоило подумать лучше, поискать другое решение, а не действовать, как я привыкла. И как всегда срабатывало. Но обычно было по-другому.

Я вспомнила свои прошлые задания и мужчин, которые легко шли на контакт. Даже Стаханов, с которым я не работаю, уже успел рассказать про жену и детей. А Соколов ничего не говорит, только по работе и даже не пытается у меня узнать о моей жизни. Странный он. Закрытый. Дикий. И в документах у него все так чисто, как в больнице.

Вся в своих мыслях я не заметила, как шеф вышел из кабинета и тихо, словно кошка на охоте, подошел к столу. Заметив краем глаза фигуру, я вздрогнула.

— Собирайся, поехали на обед, — сказал он, листая бумаги на моем столе.

Хорошо, что он не смотрел на меня и не видел, как у меня вытянулось лицо, а нижняя челюсть чуть не рухнула на клавиатуру.

— Вопрос надо один обсудить, — добавил Соколов спокойным, равнодушным тоном.

Я не понимала, что происходит. Утром он орал на меня за внешний вид, а теперь приглашает на обед. И этой его стороны я боялась еще больше. Когда он орет — он мудак. Когда вежлив и спокоен — кажется нормальным. А я уже не хочу, чтобы он был нормальным. Я хочу его ненавидеть. Иначе… он начнет мне нравится. Такие мужчины не могут не нравиться, если не знать, что у них внутри сплошной лед.

Пытаясь совладать с собой, я взяла сумку с телефоном, и пошла следом за Соколовым. Пока она закрывал приемную на ключ, достала свои духи и брызнула ему на пиджак с ухмылкой. Чтобы он ни задумал, теперь он будет пахнуть мной. Запах духов, который ему не нравится, начнет его преследовать, и мысли обо мне придут против воли.

Мы спустились на парковку, и он жестом пригласил в свою машину. Черная Ауди. Красивая, дорогая, но для такого, как Соколов, недостаточно престижная. Сэкономил на машине? Но когда мы сели в салон, и я посмотрела на него за рулем, поняла, что это не он подбирал машину, а машина подбирала его. Разве может автомобиль так подходить человеку? Словно костюм, сшитый дизайнером по фигуре. Руки на черной кожаной оплетке руля смотрелись как с картины, кресло идеально подпирало спину. И запах… Мужской, терпкий, брутальный.

Я почти застонала от осознания, как же классно Соколов смотрится в машине. Его загорелая ладонь с проступающими венами легко лежала на руле, и ему даже не приходилось прилагать усилий. Машина слушалась его. Вторая рука лежала на подлокотнике двери, иногда подхватывая руль. Он делал всё собранно, уверенно, словно родился уже с умением водить машину.

Понимая, что теряю голову, я отвернулась к окну, прекращая внаглую разглядывать начальника. Лучше бы он орал. А пока он молчит и везет меня, мне даже без разницы, куда он меня везет — хоть в кафе, хоть в лес за мою дерзость.

Не то, чтобы я его не боялась. Мне нравилось быть здесь, в его машине. И пусть между нами висело напряжение, я чувствовала странную надежность, будто я в безопасности.

Когда мы припарковались у кафе, я едва не ахнула вслух. Это было мое любимое место! Я обожала местную кухню и всегда отдыхала здесь с Ликой. Неужели у нас совпадают вкусы?

Пока Соколов выходил из машины, я незаметно достала духи и брызнула на сидение. Теперь мой запах будет с ним везде. И пусть у него слипнется задница от сладости! А если у него кто-то есть, то у женщины наверняка возникнут вопросы.

Довольная своими детскими выходками, я подошла к двери, и Соколов галантно пропустил меня вперед. Не толкнул в спину, не сказала «давай быстрей», он подержал мне дверь, как женщине. И я уже совсем ничего не понимала.

Мы заняли столик у окна, и к нам сразу подошла молоденькая официантка с широкой улыбкой, посвященной не мне.

— Сергей Алексеевич, — пропела девчонка, — здравствуйте!

И посмотрела на меня ревностным взглядом.

— Насть, мне как всегда, — сказал Соколов.

Он знает официанток по имени? Я много раз отдыхала тут, но никогда даже на бейджики не смотрела, а он обращается по имени. От грубого, жесткого Соколова меньше всего я этого ожидала услышать.

— А вам? — спросила официантка у меня и улыбнулась не искренне.

— Мне тоже самое, — ответила я.

Девчонка удалилась от нас и точно придумала мне какое-нибудь прозвище. Глупая, разве он посмотрит на официантку?

— На следующей неделе день рождения компании, — начал он. — Нужно организовать корпоратив для персонала. Занималась когда-нибудь таким?

— Организация праздника для подруги считается? — улыбнулась я. — Куча голодных студентов, ограниченный бюджет. Но всё прошло идеально, если не считать того, что я чуть не спалила общаковскую кухню.

Он смотрел на меня с любопытством. А я впервые кому-то на задании рассказала правдивую историю о себе.

— Нужно посчитать количество человек, организовать доставку еды, официантов. Украшения зала, ну и всё в этом духе, — спокойно продолжил он.

— Конкурсы? Тамада?

— Да, — кивнул Соколов с грустью или усталостью. — Музыка, танцы.

Он так странно говорил о празднике, словно готовились похороны, а не день рождения компании. Может, у него случилось что-то? Имела ли я право спрашивать, если мне интересно?

Официант принесла еду, и я пожалела, что заказала «тоже самое». Тарелка овощного салата, суп с мясом и рис с отбивной. Я это и за неделю не съем, даже несмотря на постоянный голод, который испытывала, устроившись в компанию.

— Кто-то еще будет? — спросила я, жуя салат. — Или только персонал?