Страница 29 из 104
— Думаю, нас уже считают безумцами, — невозмутимо отчеканила наместница Танебриса, внимательно глядя за спину нимфе Жизни, будто привечала будущих жертв. — Кто это там у нас? Урелеи? Понимаю. Ранкар прикончил Гуарта и давно был на ножах с ними. Хм, кто дальше? Алое Возмездие? Конечно же! Наррил пошел мстить за своего ублюдка отпрыска, наворотил дел на землях Бастиона, а после подох. Идиот! Хм, кто же еще? Кара Небес, Забытие Пески, Несущие Бурю, Грозовой Удел, почти все независимые силы и… — на миг Никта притихла, но затем заливисто расхохоталась, — я только сейчас поняла, что мальчишка разозлил и задел практически всех. Каков… каков охальник! — сквозь смех радостно заключила горгона.
— До тех, кто стоит позади нас мне никакого дела, — спокойно изрекла Тэя. — Они ничто в моих глазах.
Пока королева Фронтира и наместница Танебриса вели беседу, Кайса быстро переглянулась с не менее озадаченной Сианой. Обе девушки почти в одно мгновение сумели рассмотреть во главе младших божеств позади нимфы Жизни знакомое лицо.
— Велеста с вами? — со скрытым изумлением осведомилась юная горгона. — Она… она разве не с Ранкаром?
Не прошло и секунды, как многие взгляды скрестились на альсеиде, а заметно удрученный голос королевы Внешних земель расставил всё по своим местам:
— Она покинула его, чтобы помочь и вернулась домой. Глупышка. Но я, к сожалению или к счастью, не всесильна.
— Помочь? — нахмурился резко Хаймон. — Простите, королева, но кому именно требуется помощь?
Сиана и Кайса неуловимо напряглись. Хаймон и Никта непонимающе переглянулись между собой. Некоторое время Тэя внимательно разглядывала единомышленников, а после коротко спросила:
— Вы разве не знаете?
— Не знаем чего? — в беседу ни с того ни с сего вмешалась встревоженная Имания. — Тэя, о какой помощи ты говоришь? Только не говори мне, что помощь нужна…
Ничто, а порой и никто не скрывается от любопытных глаз. Но зачастую у излишне любопытных глаз имеется еще слишком длинный и чересчур ядовитый язык. Ириана Урелей, она же Созвездие великого дома Урелей и она же морская катастрофа Сцилла молчала слишком долго, а гнев копился в ней уже очень давно.
— Так-так-так! Вы только поглядите-ка на них! Кучка отступников собралась вместе. Честно сказать, я удивлена тому факту, что вас еще не уничтожили. Как понимаю, вашу компанию просто оставили на сладкое. Думаю, как только тот сучонок подохнет, то конец наступит и вам. Хотя, не факт, что мелкий ублюдок вообще явится. Лично я считаю, что этот трус просто сбежал. Унёс ноги на родную Землю к папочке. Наверное, под протекцией хранителя Земли ему сейчас живётся сладко. Как думаешь, Хаймон, сколько тебе осталось? А тебе, предательская дрянь? — с презрением обратилась Сцилла к Кайсе. — Решила отстраниться от культа Ареса? Прах твоего отца еще не остыл, а ты уже успела уничтожить Ксант. Надеюсь, в следующих жизнях вы примите правильную сторону.
Громкий и надменный смех не только обозначил мысли Ирианы, но и указал на то, за кого оно принимает Кайсу, Хаймона и остальных.
Однако в ответ раздался тихий, но безумно проникновенный женский голос. Заслышав его, Никта в потрясении расширила глаза и словно ужаленная посмотрела на укутанную в плащ спутницу Кайсы, что стояла подле Хаззаков.
— Правильную? Кто определяет правильность сторон, Ириана? Ты? Ваш дом? Или… обереги? Тогда чем же всесильные обереги отличаются от узурпаторов? А может быть, они ничем не отличаются от… паразитов?
— Я не знаю, кто ты, но ты сама напросилась! — вышла из себя Сцилла. — В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ ДУМАЙ, ЧТО ГОВОРИШЬ, СУКА! ЗА ТО, ЧТО, ЧТО ТЫ ПОСМЕЛА ОСКОРБИТЬ ОБЕРЕГОВ И ЗА ТВОИ СЛОВА, Я НЕМЕДЛЕННО ТЕБЯ ПОКАРАЮ! ПОКАРАЮ ПРЯМО ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС!
На миг всем померещилось, что сила бушующих волн, принявшая форму сотен копий, грозилась уничтожить не только Кайсу со спутницей, но и даже нимф с горгонами, которые собрались единым лагерем. Вот только ярость воды оказалась за секунду развеяна взмахом ладони неизвестной. Но Ириана могла поклясться, чем угодно, что в последний момент под тёмным капюшоном она сумела рассмотреть два тёмно-зеленых блика.
— Слабо, Ириана, — спокойно откликнулась незнакомка. — Очень слабо. Ни моей дочери, ни мне, никому-либо ты более не навредишь.
Сцилла вознамерилась усилить напор. Она возжелала довести до конца начатое, но в перепалку внезапно вмешалась её полная противоположность. Один неуловимый всполох пламени и Неугасаемая за долю мгновения очутилась прямо перед ней. Крылья древнего Феникса распахнулись за спиной, испаряя воду и уничтожая на корню арсенал Сциллы.
— ВОТ ЖЕ ТУПАЯ РЫБИНА!!! КАК ЖЕ ТЫ МЕНЯ ДОСТАЛА! — рявкнула раздраженно Сиана, а взмах её крыла моментально отбросил Созвездие прямо к лагерю дома Урелей. — ПРОЧЬ С ГЛАЗ МОИХ ПОКА НЕ ПРИКОНЧИЛА! ДЕРЖИ ЭТУ ТУХЛУЮ КАРАКАТИЦУ В АКВАРИУМЕ, ГАЕРОН! — свирепо зашипела феникс, глядя на нового главу дома Урелей. — Еще раз она вздумает, что-нибудь вякнуть, и ты лишишься своего Созвездия!
Гримаса гнева, исказила не только лицо Ириана, но и физиономию Гаерона. Однако всё тот же тихий и проникновенный женский голос не дал стычке перерасти в настоящую резню:
— Я не такая потасканная дрянь, как ты, Ириана. И я никогда не была подстилкой. И в том наша разница…
Для наместницы Танебриса эти слова стали тем самым знамением, ведь до сих пор она не сводила внимательно взгляда с незнакомки.
— М-морриган? — потрясенно произнес Никта, медленно подступая к неизвестной. — Она узнала бы этот голос из миллиона подобных. — Неужели… неужели это ты?
— Морриган? — глаза Ирианы после услышанного полезли на лоб, а её пыл, как и пыл дома Урелей, заметно угас. — Дочь Медузы?
Тёмный капюшон с тихим шелестом был откинут за спину, обнажая более взрослую и зрелую версию Кайсы. В тот же миг глаза Сциллы готовы были вывалиться из орбит.
— Во имя прародительницы… — сдавленно просипела Никта. — Морриган, это и вправду ты? Но… но как? Как ты избавилась от проклятия?
— ЧТО⁈ — зарычала озлобленно Ириана, не желая верить в правду. — КАК ТЕБЕ УДАЛОСЬ? КАКОГО ДЕМОНА ТЫ ЕЩЕ НЕ СДОХЛА И…
Звон клинка прозвучал слабо. Но для тех, кто держал сталь с детства — сей звук показался оглушительным набатом. Одно неуловимое движение. Один шаг. На глазах у бесчисленного количество разумных болезненный и страшно измождённый Дэймон Хаззак преобразился в пышущего жизнью мужчину. Морок слетел не только с лица, но и с тела недавнего калеки. Сейчас перед окружающими предстала не умирающая тень, а тот самый легендарный Изувер.