Страница 41 из 52
Он припал к земле на четыре лапы, чтобы не пугать своими габаритами. Волчица больше не рычала, но скалиться не прекратила. Волк-оборотень продолжил медленно приближаться, он сделал шаг, затем второй. Старался идти не прямо на неё, а дугой, показывая, что не претендует на добычу и не угрожает. Ледяные глаза изучали и следили за каждым его движением. Голова немного двигалась, чтобы лучше уловить запах чужака. Словно она пыталась понять можно ли ему доверять.
Калеб решил усилить напор. Подойдя еще ближе, на расстояние в несколько метров, он еще сильнее припал на лапы и задрал хвост приглашая поиграть. Волчица перестала скалиться.
“Победа, еще чуть-чуть” — волк опустил уши, прищурил глаза, повилял хвостом и издал звук, похожий на лай.
Она ответила тем же, но изящнее: припала на лапы, вильнула крупом и вдруг метнулась в сторону, будто дразня. Она тоже хотела поиграть.
Они начали носится между сосен, делали резкие перехваты, мягко кусали друг друга челюстями, не оставляя ран. Калеб старался быть мягче, но его подруга еще не контролировала свою силу. Внезапно она завалилась на спину, подставив незащищённое горло и живот. Волк прекратил игру и подошел, ближе принюхиваясь к ее шее. Потом и вовсе уткнулся носом в щёку и начал вылизывать морду и уши.
В ответ она поднял голову и лизнул его в уголок рта — милый жест щенка. Он не отпрянул. Это застало врасплох. Калеб стоял не дыша, совсем не ожидая от себя подобной реакции и неоднозначных чувств.
“Теперь, когда она доверяет мне, эти животные заигрывания пора заканчивать. Нужно подвести ее к лежащим вещам.”
Волчица вскочила сама и вскинув морду завыла. Он не смог сопротивляться древней программе. Скоро они стояли бок о бок и синхронно завыли в два голоса. Так, что дрожь побежала по шерсти. Несколько минут полного единения. Их запахи уже сплетались в один, и песня уносилась дальше в лес.
Секунда, словно что-то переключилось. Волчица застыла, испуганно поджала уши, и начала оборачиваться в человека. Это далось ей легко, несколько мгновений и на лесной траве лежала обнаженная девушка. Калеб подошел ближе и толкнул ее носом чтобы убедиться, что все в порядке. Девушка завозилась, бормоча что-то и погладила мягкую шерсть на голове.
“Поела, поиграла и теперь спит.”
Оборотень усмехнулся, превращаясь в человека. Одевшись сам, он нарядил спящую в свою футболку. Попутно разглядывая ее тело. Хоть превращение в оборотня защитило от сильных травм, на ней все равно было много мелких порезов, синяков и ссадин.
“Жаль нельзя убить человека дважды.”
Взяв девушку на руки, он обратил внимание на шрам, который все также украшал кожу. Мягко поднес обожженное запястье к губам поцеловал, восхищаясь ее силой.
Внезапно, мелодия звонка прервала интимный момент. Калеб не хотя оторвался от девушки и вытащил телефон.
— Да, Роберт. Нашел ее, ружье не нужно, — мужчина усмехнулся, направляясь в лес со своей драгоценной ношей. — Я сам выберусь, жди на нашем месте.
Глава 31
Солнечный свет заливал комнату, рассыпаясь мягкими золотистыми пятнами. В воздухе плавали едва заметные пылинки. Мягкий свет касался лица спящей девушки, проникая сквозь полупрозрачную тюль. Лучи солнца согревали кожу, но одновременно будили. Она нахмурила лоб и повернулась на бок, пытаясь скрыться от надоедливого света. Но он уже спугнул сон. Не желая признавать поражение, девушка продолжила лежать с закрытыми глазами в надежде уснуть.
— Долго еще будешь продолжать этот сонный спектакль? — строгий голос с легкой смешинкой наполнил комнату. — Мы уже начали думать, что ты впала в спячку. Тебя случайно не кусали медведи?
“Что ему надо?! Я хочу спать!” — Аврора раздраженно села в кровати и не открывая глаз, со всей силы кинула подушку в направлении голоса. Судя по звукам, попала точно в цель.
— Хорошо, что она не пуховая. Не придётся убирать перья, как в рекламе порошка. — задумчиво произнес Калеба, заставляя девушку открыть глаза и оценить причиненный ущерб. — Но в следующий раз не занимайся членовредительством.
Мужчина стоял рядом с кроватью. Высокий, темноволосый, в белой рубашке с небрежно закатанными рукавами. В его облике было что-то удивительно домашнее и спокойное. Он стоял посреди этой тишины с чашкой кофе в руках. Уже пустой, а на белоснежной рубашке растекалось большое коричневое пятно.
— Что, волчья реакция подвела? — девушка еле сдержала рвущийся наружу смех и прикрыла рот ладонью. — Я не хотела!
Калеб перевёл взгляд с девушки на испачканную рубашку и обратно. Их глаза встретились, и он улыбнулся.
— Я заметил, — в голосе не было ни капли злости или раздражения.
Он поставил чашку на ближайшую поверхность и начал расстёгивать рубашку. Девушка сначала не придала этому значения. Пока не поняла, что он действительно собирается снять её прямо здесь. Она замерла. Ткань легко соскользнула с плеч и оказалась в его руке. Солнечный луч мягко упал на обнаженную грудь. Девушка невольно задержала взгляд. Она изо всех старалась не вспоминать о том самом сне. Но сейчас, когда между ними не было привычной ткани, отделяющей его тело, взгляд предательски скользнул по плечам, груди, линии живота. Она тут же отвернулась.
Но было слишком поздно.
— Довольна?
— Чем?
— Тем, что заставила меня раздеться.
— Я не рассчитывала на такой результат, — она резко посмотрела на него.
— Разумеется, – он улыбался слишком довольно. — Ты покраснела.
— Здесь жарко.
— Правда?
Она ничего не ответила, лишь смотрела, как Калеб достает еще одну белую рубашку из шкафа и надевает.
“Сколько их у него вообще? Волчье ателье целый год работает на то, чтобы шить ему рубашки и костюмы? Портит хорошую вещь при каждом обороте. Оборот…”
Аврора схватилась за голову, которая начала раскалываться от внезапной боли и мешала думать. Терпеть это не было сил, и она повалилась на кровать.
— Стой! Прекрати вспоминать! — Калеб подскочил к Авроре и сжал ее лицо ладонями. — Смотри на меня, дыши и постарайся успокоиться. Дыши со мной! Вдох – выдох. Повторяй!
Так прошло несколько минут. Они продолжали быть рядом, дышать в унисон и не отрываясь смотреть друг другу в глаза.
— Калеб, спасибо, можешь отпустить. Мне уже лучше, — прошептала девушка, первой отодвигаясь и разрывая эту интимную тишину между ними.
— Хорошо, отдыхай. Я позову Роберта тебя осмотреть, — мужчина нерешительно всматривался в ее лицо, но потом отвернулся и вышел из комнаты.