Страница 22 из 56
Варим макароны, я набираю сыр на терке, а Илюха без умолку рассказывает мне, как дела в саду, что там нового у его пацанов случилось, какие все девочки вредные, и лишь одна только нормальная, делится с ним яблоком.
— Слушай, Илья, зачем ты у девочки ее перекус все время забираешь? Хочешь, я буду класть тебе твое яблоко, и будете есть на пару, каждый свое.
— Не-е-е, мне яблоко это вообще и невкусно. Просто так мы с ней контачим, понимаешь? Будет у меня свое яблоко, значит, не смогу к ней подойти.
— Нравится тебе эта девочка? — бросаю понимающий взгляд на сына и изумляюсь его смекалке и хитрости.
— Угу. Красивая и нежадная.
— Это редкость.
— Это точно, — вздыхает сын, а мне смеяться хочется с его грустного и озадаченного лица.
— Тогда ты бери с собой печенье, например, или грушу. Она тебе половинку яблока, а ты ей половинку своего. Так будет правильно. Иначе получается, ты за ее счет ешь, а девочки, даже нежадные, долго таких любить не будут.
— Думаешь? — удивляется сын.
— Точно знаю.
— Ладно, завтра возьму грушу. Есть у нас.
— Есть, поэтому и предложил.
Когда мы уже заканчиваем приготовления и готовы сесть за стол, звонит телефон Ильи.
— Это мама звонит.
— Поговори, я подожду.
— Алло, мама, привет… Нормально, а у тебя?.. Точно все хорошо? А то голос грустный…
Смотрю, Илья слушает мать и губы в досаде поджимает. Что она ему рассказывает?
— Конечно, я тоже по тебе скучаю, просто… Да мы тут с папой… — вздыхает. — Я? Сейчас с папой кушать садимся… У нас макароны с сыром, а у тебя?.. Варенье? Почему варенье? Или ты уже чай пьешь?.. А-а-а, э-э-э, ну… Хорошо, пока, мама… Я тоже люблю тебя.
Илья кладет трубку и задумчиво смотрит на свою тарелку с макаронами и сыром, настроения нет, к вилке не притрагивается.
— Илья?
— Пап, ты же учишь меня настоящим мужчиной быть? Не жить за счет женщины, делится, не обижать.
— Учу, — настораживаюсь я и жду, когда он поразит меня своей мыслью. А откуда ноги растут, я уже догадываюсь.
— Ты не против, если я свою порцию макарон с сыром маме отдам?
— Маме? Она хочет твои макароны?
— Нет. У нее еды нет и денег нет. Сказала, что на ужин остатки варенья и два кусочка хлеба.
— Илья… — внутри взрывается фонтан негодования и слова застревают где-то в горле.
— Папа, отвези меня, пожалуйста, к маме. Она скучает, ей одиноко и нечего есть. Свои макароны я заберу с собой. Если ты не против.