Страница 46 из 48
— Вставай, Крито. Твое плечо перестанет болеть через десять минут, если ты приложишь к нему лед и выпьешь теплой воды с солью. Ну что, девятая? Мы будем дохнуть в этой грязи поодиночке, или мы станем стальным кулаком, который раздавит любого, кто встанет на нашем пути?
Крито посмотрел на мою протянутую ладонь, затем на свою угасшую, но больше не болящую руку. В его желтом глазу промелькнуло нечто, похожее на робкую надежду. Он ухватился за мою руку и с трудом поднялся на ноги.
— Ты… ты действительно можешь убрать эту боль, Центурион? — хрипло спросил он.
— Я знаю законы проводимости и регенерации нервных тканей, Крито, — ответил я. — Для меня это просто техническая задача.
Он повернулся к толпе и глухо рыкнул:
— Оружие… убрать, уроды. Центурион дело говорит. Кто вякнет против — лично башку откручу.
Толпа медленно, неохотно, но покорно начала убирать ножи. Напряжение спало. Система начала стабилизироваться.
Я повернулся к Валерии. Она опустила жезл, её аура медленно угасла, но на её лице, покрытом серой пылью, блуждала слабая, торжествующая и очень теплая улыбка. Она посмотрела на меня, и в этом взгляде больше не было ни капли высокомерия. Только глубокое, нерушимое уважение к человеку, который смог подчинить себе хаос с помощью чистой силы ума и железной воли.
— Ну что, госпожа Децима, — тихо произнес я, забирая свой жезл из земли. — Добро пожаловать в девятую вспомогательную. Наш совместный пот только начинается.