Страница 29 из 36
Она украдкой взглянула на графа. Он сидел, откинувшись на спинку, его профиль был резок и суров в полумраке кареты. Он поступил благородно. Мчался спасать честь девушки, которая публично отказала ему.
— Милорд, — тихо сказала она, нарушая молчание. — Я… я не знаю, как благодарить вас. Вы могли бы просто выгнать меня.
Он не повернул головы, продолжая смотреть на дорогу.
— Я не из тех, кто бросает людей в беде, даже если они сами её навлекли на себя, — ответил он с той же прямотой. — И потом… я понимаю ваше отчаяние.
Его слова были простыми, но они растопили последний лёд в её душе.
— Она была права, — прошептала Элли, снова чувствуя ком в горле. — Всё, что она говорила о любви, о выборе… она была права. А я… я стала такой, какой боялась стать в этом мире. Расчетливой. Чёрствой.
— Вы слишком отвественная, — поправил он, наконец повернувшись к ней. Его серые глаза в полумраке казались менее холодными. — Вы взяли на себя груз, который не должны были нести в одиночку. Это портит характер.
Он сказал это без жалости, как констатацию факта. И в этом было какое-то странное утешение. Он в ней видел не истеричку или расчётливую интриганку, а человека, сломленного ответственностью.
— Мы их найдём, мисс Моррен, — сказал он твёрдо. — И постараемся всё уладить с минимальным ущербом. Для всех.
Элли кивнула, не в силах говорить. Она смотрела на его профиль, освещённый мелькающим светом из окна, и впервые за долгое время чувствовала не враждебность и не страх, а благодарность. И что-то ещё… смутное чувство, что в этой спешащей на север карете, в этом общем отчаянии и этой безумной гонке, она наконец-то встретила человека, который не смотрел на неё свысока.
Она отвернулась к окну, чтобы он не увидел новых слёз — теперь уже от неожиданной, хрупкой надежды и этого нового, сложного чувства, в котором смешались вина, благодарность и что-то, очень отдалённо напоминающее доверие.