Страница 123 из 161
Дон Эдаль нас разместил в отдельном флигеле из пяти комнат. Тонкое внимание с его стороны. Правда, он с большим любопытством посмотрел на маму, вылезающую из повозки, на ребенка у меня на руках, на скромный узелок с мамиными пожитками.
– Донна Летиция, донья Ирма, добро пожаловать, – управляющий склонил голову.
– Ирма, – мама огляделась, больно сжала мое предплечье. – А где же…
– Побоялся выйти, за занавеской стоит, подглядывает, – я без труда определила местоположение братишки.
Шторка на окне вздрогнула и упала. Фонило там такой дикой смесью надежды, радости, тревоги и опасения, что у менталиста, наверное, все чувствительные рецепторы свернулись бы в трубочку, раз даже меня проняло.
Мама всплеснула руками и рванула в дом, как пушечное ядро.
Через минуту оттуда донеслись рыдания, вскрики, невнятные возгласы.
А мы снаружи посидим с Беллой, на солнышке. Чрезмерное эмоциональное давление малким магам не полезно. Я опустилась на скамейку.
– Это моя сестра Изабелла, – представила я фланелевый кулек изнывающему от любопытства дону Эдалю. – А Тармель мой брат. Он менталист. Изабелла уже маг, водница.
– Ох ты, батюшки, я-то гадал, отчего столько охраны нагнали. Думал, цех охранять… – сообразил дон Эдаль.
– Это нас охранять, – кивнула я. Но видимо, охране приказали на глаза не лезть, потому что ни одного стражника в поле зрения я не увидела. Ну и хорошо. Маме было бы неприятно если бы за ней по пятам ходили охранники.
– Дона Малакаля в поместье нет, он уехал еще вчера в Берсебу, – доложил управляющий. – Все совещаются. Но вроде как всех пропавших детей нашли. В Аминуэйсе колледж при университете откроют, чтоб не разлучать детишек.
– Это отличная новость, дон Эдаль! – я обрадовалась. Люблю Терри, но сколько может напакостить менталист, которому нечем заняться, отлично понимаю. И вовсе не хочу, чтоб он шарился у меня в воспоминаниях или у мамы. Ей и так уже досталось.
Терри еще маленький, чтоб правильно все понять. Вон как мама зарделась, говоря о своем катабце. Ага, и нет у них будущего, все он врет и притворяется, и ей просто отомстить Крису захотелось. Качественно отомстила, у нее уши и даже шея пунцовые были. Зато у нее Белла теперь есть, как памятка о сумасшедшей ночи, а катабец пусть проваливает, она в нем не нуждается. А голос дрожит, и слезинка ползет по щеке.
Кому ты врешь, мама, даже мне с моим заплинтусным уровнем видно, что нужен. Очень он ей нужен. И Белле, наверное, тоже? Она заслуживает любящего отца.
Белла гукнула и открыла голубые глазки. Внимательно присмотрелась ко мне.
– Что, бельчонок, посмотрим на его поведение? Голодная? Пойдем искать вкусную сисю? Дон Эдаль, нам понадобится нянечка. Две. На день и на ночь. И козье молоко.
– Немедленно распоряжусь, – кивнул управляющий. – И люльку снимем с чердака. Обед вам доставят через полтора часа. Или вы с дороги желаете перекусить?
Рыдания в доме стихли, и я решила, что плюшки и ягодный взвар после истерики никому еще не вредили. И ветчина, и сыр… Ну, Эдаль опытный человек, сообразит.
А мне надо пройтись по флигелю с бытовыми заклинаниями. Тут недавно убирались, но ощущение небольшой запущенности осталось. Видно, давно никто не жил. Пыль нам ни к чему, мелкие маги от нее кашляют. Очень кстати из дома вышел Тармель. Лохматый, растрепанный, мама его затискала на радостях, силы не жалея. Синяки на руках наливаться начали, и глаз заплыл. Головой явно стукнулись.
– Держи. Сестра наша. Изабелла, – сгрузила кулек на руки брата.
Тармель замер и даже рот открыл. Изабелла занервничала, завозилась, закряхтела недовольно. Обещали кормить, а сами только смотрят и разговаривают? Так не пойдет!
Гневный вопль заставил Эдаля подскочить и рвануть к дому со всех ног. Где бушуют младенцы, бывалому мужчине делать нечего! Такое только женщина способна вынести!
***
– Я сказал нет, – сразу отказался Габриэль. Знал он этих лекарей, только попади в руки! До смерти залечат, а потом некроманта позовут и все равно будут мучить бедные косточки!
– А придется, – ядовито ответил лекарь. – Вы же большую кровную клятву давали?
Даавал. Все давали. Дело-то государственное, тут лишнее слово и сам сказать не захочешь, а клятва лучше ошейника держать будет. Очень удобно, даже врагу ничего рассказать не сможешь, да что там врагу! Жене любимой, разнеженный и заласканный, лишнего не сболтнешь. Кровь носом хлынет, не до разговоров станет. И не остановится, пока рот не закроешь. Из ушей, изо рта хлынет, сквозь поры начнет сочиться. Так что хватать и пытать тоже никакого смысла нет.
– А раз клятву давали, так извольте микстурку выпить, восполняющую кровь. Надо, дон Габриэль. Надо, – лекарь прикрыл веки.
Беда с этими магами! Как лечиться, так хвосты поджимают, будто не взрослые мужчины, а трусливые пятилетки! Магов обследовать можно только, если они без сознания или только что резерв выплеснули.
С большой неохотой Габриэль свернул в кабинет целителя.
У того уже на тумбочке стоял ряд флаконов синего стекла с притертыми пробками. По числу совещавшихся.
– Последний ваш остался, – кивнул лекарь на флакон, пряча за спиной магометр. – Вы, как выпьете, присядьте на минуточку, чтоб зелье улеглось. Сильная магическая составляющая, уж не обессудьте. Голова закружится, зачем вам оно надо? Совсем ведь не надо? Вот и не торопитесь бежать, посидите минуточек пять.
С легким вздохом дон Габрбиэль взял флакон. А лекарь за его спиной коварно активировал магометр.
– Еще минутку! – Закричал он, удерживая Габриэля спиной к себе.
– Да что такое?! Я спешу!
– Вот! – лекарь сунул под нос Габриэлю магометр. – Видите?
Смотреть Габриэль решительно не желал. Из сильнейшего мага стать способным лишь камин разжечь…
– Двадцать пять же! – взвыл лекарь. – А было после аварии десять!
Пустой флакон в руке Габиэля дернулся и грохнулся на кафельный пол разлетевшись миллионом синих осколков.
– Ошибка, – Габриэль крепко сжал зубы. – Такого быть не может.
– А мы вот прибор обнулим и снова проверим! – взволнованный лекарь быстро провел манипуляции. – Двадцать пять!
– Невозможно! – Габриэль взял и сердито встряхнул прибор. – Я выгорел на семь восьмых, и вам это известно, как никому другому!
– А я к вам с лета приглядываюсь и вижу, что ваш резерв перестал утекать! –топнул ногой лекарью. – И такие случаи описаны в литературе!
– Разрыв маноядра не лечится! Оно схлопнулось! – Зарычал Габриэль.