Страница 74 из 77
Она хотела возразить, потом согласилась. Петрович пошёл с Сергеем. Архивный Воронцов не двигался, но его голос следовал по коридору, будто звучал из стен.
— Защёлка связана с исходным состоянием участка. Ищи не предмет.
— А что?
— Связь.
— Очень помог.
Коридор менялся каждые несколько метров. Справа была кухня из восьмидесятых, где на столе стояла кастрюля и ещё шёл пар. Слева — пустой лифтовый холл, которого в доме никогда не было. Дальше — кусок подвала с кирпичной стеной. Сергей включил Диагностику II и перестал смотреть на декорации. Между всеми состояниями тянулись тонкие линии. Большинство обрывались. Одна уходила глубже и светилась тускло-зелёным.
— Нашёл направление.
— Вот поэтому ты здесь, — сказал голос Воронцова.
— Не начинай загадочно. Я нервный.
Петрович шагал рядом, время от времени касаясь стен рукояткой монтировки. В одной комнате они увидели ту самую девочку Лену из 1989 года, только это было не живое существо, а застывший фрагмент: девочка сидела на полу и рисовала. Сергей остановился.
— Это она?
— Состояние до первого перехода, — ответил Воронцов. — Буфер хранит остатки.
— Можно удалить?
— Можно. Не сейчас.
— Потом, значит.
— Да.
— Ненавижу вас всех.
Они прошли дальше. В другой комнате стоял собственный Сергей из той первой сцены — тот, который говорил из-за двери «не открывай, я уже открыл». Теперь стало понятно, что голос не был живым двойником. Буфер просто вытянул возможное состояние Сергея, где тот сделал другой выбор и использовал его как предупреждение или приманку. Фигура сидела у стены с обожжённой рукой и смотрела в пол.
Петрович остановился.
— Вот откуда.
— Ага.
— Ты там помер?
Система показала состояние:
ВАРИАНТ: ОПЕРАТОР ВОШЁЛ ДО СТАБИЛИЗАЦИИ
ИСХОД: НЕСОВМЕСТИМ С ТЕКУЩИМ
Сергей усмехнулся.
— Похоже, смену не сдал.
Он не стал смотреть дольше. Не хотелось знать подробности собственной неправильной смерти.
Зелёная линия привела в старую щитовую. На стене висело семь одинаковых металлических коробок размером с ладонь. Все серые, без надписей. Диагностика на каждой показывала одно и то же:
ОБЪЕКТ НЕ ОПРЕДЕЛЁН
— Очень смешно, — сказал Сергей.
Голос Воронцова ответил:
— Я предупреждал: защёлка не предмет.
— Тогда зачем семь коробок?
— Чтобы чужой взял неправильную.
— А неправильная что делает?
— По-разному.
Петрович отступил на шаг.
— Хороший мужик был.
— Очень.
Сергей смотрел не на коробки, а на зелёную линию. Она подходила к стене и разделялась на семь одинаковых ветвей. Обман был сделан даже на уровне связи. Но одна ветвь шла не от коробки к ТЭЦ, а наоборот — от всего участка к коробке. Разница почти незаметная.
— Вот ты где.
Он протянул руку к пятой.
Воронцов сказал:
— Уверен?
— Нет.
— Тогда зачем берёшь?
— В моей работе уверенность появляется после ремонта. До него только опыт и мат.
Сергей снял коробку.
Шесть остальных мгновенно рассыпались серой пылью.
В руках осталась тяжёлая пластина из керамики и металла. На одной стороне знак треугольника в круге, на другой — выемка под ладонь.
ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ ЗАЩЁЛКА ЦП-4
ПРОФИЛЬ: УЧАСТОК 0
СОСТОЯНИЕ: ИСПРАВНО
— Есть.
Буфер сразу начал трястись. Стены поплыли, двери захлопнулись. Целостность сорок процентов, тридцать восемь.
— Почему разваливается? — спросил Петрович.
— Защёлка была опорой части индекса, — ответил Воронцов. — Уходите.
— А ты?
— Я останусь в буфере.
Сергей остановился.
— Это тебя уничтожит?
— Нет. Архивное состояние привязано к другому слою.
— Слушай, Воронцов. Если настоящий ты ещё жив…
Фигура появилась в конце коридора, уже прозрачная.
— Не ищи меня через центр, — сказал он.
Нестерова у двери наверняка слышала. Архивный Воронцов посмотрел прямо на неё и добавил:
— Это не обвинение. Это инструкция по безопасности.
— Где искать? — спросил Сергей.
— Сначала почини участок.
— Да вы издеваетесь.
— Потом поймёшь.
— Опять потом!
Воронцов улыбнулся.
— Значит, Синицын жив.
Фигура исчезла.
Коридор начал складываться. Сергей и Петрович побежали к выходу. Пространство менялось быстрее: вместо восьмого этажа на секунду появился подвал, потом чужая квартира, потом лестничная площадка. Сергей держал зелёную линию к текущему состоянию и тащил Петровича за рукав, когда старик хотел свернуть к знакомой двери.
— Не туда!
— Я вижу выход!
— Это 1986 год!
— Откуда знаешь?
— На стене Горбачёв висит!
— Аргумент!
Они прыгнули через последнюю границу и вывалились на площадку восьмого этажа. Нестерова захлопнула дверь № 0. Та дрогнула и растворилась в стене.
Стабильность дома поднялась до шестидесяти восьми процентов.
Сергей несколько секунд лежал на полу и держал защёлку на груди.
Старушка из 82-й квартиры снова открыла дверь.
— Молодой человек, у вас там всё?
Сергей повернул голову.
— Бабушка, я очень хочу когда-нибудь ответить «да».
— А сейчас?
— Сейчас не рекомендую лифт и вообще любые двери с нулём.
Она кивнула так, будто совет был вполне бытовым.