Страница 26 из 77
Некоторые люди могли взаимодействовать со вторым слоем. Система называла их операторами. Большинство проходило длительную подготовку: специальные контакты, адаптация, обучение. Сергей же получил связь сам после аварийного воздействия и успел выполнить несколько операций без инструкции.
— Такое бывает? — спросил он.
— Редко.
— Насколько?
— За последние двадцать лет в нашем секторе — ни разу.
— Повезло вам.
— Скорее вам.
— Я бы поспорил.
Миронов продолжил. Организация, которую он представлял, обслуживала контурные объекты, локализовывала аварии и не допускала распространения информации. Названия он так и не дал. На вопрос, государственная ли это структура, ответил уклончиво: «функционируем в рамках полномочий». Сергею эта фраза была знакома по людям, которые не хотели показывать бумагу.
— И что вы предлагаете?
— Переход к нам.
— Куда?
— В техническую группу.
— Должность?
— Сначала оператор-стажёр.
— После четырнадцати лет аварийки опять стажёр. Карьера идёт прекрасно.
— Зарплата будет существенно выше вашей нынешней.
— Насколько?
Миронов назвал сумму.
Петрович тихо присвистнул. Сергей тоже едва не выдал реакцию. Это было примерно в шесть раз больше его обычной зарплаты.
— В рублях? — уточнил он.
— Да.
— Не в условных единицах потусторонней экономики?
— В рублях.
К предложению прилагались медицинское сопровождение, отдельная страховка, жильё при необходимости и защита семьи. На последних словах Сергей снова напрягся.
— Защита от кого?
— От последствий контакта.
— А от вас?
— Сергей Викторович…
— Нормальный вопрос.
Миронов помолчал.
— Мы не заинтересованы в угрозе вашей семье.
— Это не ответ.
— Другого сейчас не будет.
Сергей кивнул. Честнее, чем многие предыдущие фразы.
— Условие?
— Одно основное. Вы прекращаете самостоятельные вмешательства. При любой аномалии вызываете нашу группу и не используете полученный доступ без распоряжения.
— То есть вижу, что дом сейчас разнесёт и жду вас?
— Если потребуется — да.
— А если вы не успеваете?
— Решение принимается исходя из приоритетов сети.
— А люди?
— Тоже учитываются.
Формулировка напомнила слова голоса из розетки: «расчётная потеря допустима».
Сергей прислонился к верстаку.
— Дом 1847 вы отключали?
Впервые Миронов замолчал дольше обычного.
— Это был плановый вывод ресурса.
— Значит, да.
— Не мной лично.
— Мне без разницы, кто кнопку нажал. Вы знали, что там накопился буфер?
— Да.
— Что мог произойти прорыв?
— Риск считался приемлемым.
— Там ребёнок восемнадцать лет просидел.
— Это осложнение старого инцидента, а не результат текущей операции.
— Очень удобно формулировать.
— Я не оправдываюсь. Объясняю.
Сергей посмотрел на остальных. Лена стояла, скрестив руки. Коля был уже не напуган, а зол. Андрей слушал Миронова с напряжённым вниманием. Петрович не сводил глаз с одного из сопровождающих.
— И зачем вам ресурс с жилого дома? — спросил Сергей.
— Для удержания более важного объекта.
— Какого?
— Вы пока не имеете допуска к этой информации.
— Тогда и к моей подписи не имеете.
Миронов вздохнул.
— Сергей Викторович, вы воспринимаете систему как локальную аварийку. Это естественно. Но иногда приходится отключить один дом, чтобы сохранить район.
— Иногда. А иногда люди так говорят, потому что им лень нормально ремонтировать.
— Речь не о лени.
— Тогда покажите объект, ради которого вы рискнули жильцами.
— Не могу.
— Ну вот и поговорили.
— Вы отказываетесь?
— Я думаю.
Это была ложь. Сергей уже знал ответ, но показывать его не собирался. Слишком много неизвестных и слишком много вооружённых — пусть оружия никто открыто не демонстрировал — людей вокруг.
Миронов кивнул, будто ожидал именно этого.
— Хорошо. У вас есть двадцать четыре часа.
— Щедро.
— За это время ничего не предпринимайте самостоятельно.
— Я постараюсь уговорить аварии соблюдать ваш регламент.
— И передайте нам форму.
Он показал на трансформатор.
Сергей посмотрел на красный сгусток через Диагностику.
— Нет.
— Это опасно.
— Поэтому и не дам.
— Вы не понимаете, что удерживаете.
— А вы не объясняете.
— Форма не принадлежит вашему допуску.
— Вот когда пришлёте накладную с печатью, обсудим собственника.
Двое операторов за Мироновым напряглись. Женщина у входа сделала шаг внутрь. Петрович медленно приблизился к стенду с инструментом.
Миронов поднял ладонь.
— Не надо превращать это в конфликт.
— Не собирался. Вы пришли ко мне на работу, предложили красивую зарплату, потребовали не чинить аварии и забрать штуку, которая предупреждала, что вы едете. Пока конфликт приносите с собой вы.
— Она лжёт.
Из трансформатора донёсся гул.
— И он лжёт, — произнёс голос.
Все замерли.
Миронов впервые заметно изменился в лице.
— Не вступайте с ней в коммуникацию.
— Почему? — спросил Сергей.
— Она использует информацию как способ доступа.