Страница 67 из 94
Глава 23
Только начало первого, а пляж уже полон семей, таскающих кулеры, подростков, ноющих в гидрокостюмах, и стариков в шезлонгах с пивом, которое они принесли из дома. Баннеры соревнований по серфингу натянуты между двумя столбами у берега, а диджей играет регги из палатки у набережной.
Кэл продает «Кокосовые Удары» в пластиковых стаканчиках из импровизированного бара, который, по сути, просто складной столик с наставленными на него бутылками. Джози сидит ближе к столу судей с табличкой, написанной от руки, на которой пузырчатыми буквами написано ПОДНИМИ ВОЛНУ, МАЛЕНЬКИЙ ПЛЯЖ! КОМАНДА ВЕНДИ! Она даже нарисовала гибискусы по углам.
— Как тебе моя табличка? — спрашивает Джози, ухмыляясь.
— Остроумно. — Я сажусь рядом с ней. — Уверен, ей понравится.
В некотором смысле Джози напоминает мне мою сестру. Она внимательна и хочет быть полезной. Я уважаю это в ней.
Через несколько секунд Миа пробирается через толпу, делая снимки.
— Не могу долго оставаться, — говорит она. — Очень занята!
Она фотографирует меня и Джози без спроса. Я понимаю, что мы на публике, но все же. Когда она опускает камеру, она задерживает взгляд на мне на мгновение дольше, чем нужно, прежде чем уйти.
— Веселитесь! Передайте Венди, что я желаю ей удачи!
Вдалеке Гейл руководит Пчелками через толпу с мегафоном. Под мышкой она несет розово-белый пляжный стул. У Берди бинокль и широкополая шляпа. Люсиль устраивается в своем кресле, втирая солнцезащитный крем. Сегодня с ними несколько других женщин, которых я еще не встречал. У каждой есть сумка-холодильник, в которой, я уверен, полно крепкого алкоголя и апельсинового сока.
У кромки воды Фэллон разминается и выгибается рядом с Венди, которая уже дважды поправляла ремешок на доске.
— Моя сестра на взводе, — говорит Джози.
Я не спрашиваю разрешения. Я просто спускаюсь к ней. Как только я приближаюсь, ее лицо расплывается в улыбке.
— Даже не смей говорить ничего мотивирующего, — предупреждает она. — Я в порядке.
— О, я знаю. Поэтому я пришел сказать тебе, что твоя задница выглядит невероятно в этом гидрокостюме. Она смеется и придвигается ко мне, расслабляясь.
Фэллон фыркает в нескольких футах.
— Он не ошибается.
Это та версия Венди, которая существовала до Адама, до «W» и Калифорнии.
— Удачи там, — шепчу я. — У тебя все получится.
— Спасибо. Это неважно. Я делаю это для удовольствия, — говорит она, будто пытается перепрограммировать себя.
— Именно.
К двум часам ее дивизион выстраивается. Восемь женщин за тридцать ждут своей очереди. Фэллон стоит рядом с Венди с натертыми воском досками. Венди оглядывается на меня и ухмыляется перед тем, как развернуться и выплыть.
Первая волна, которую она ловит, заставляет мою руку сжаться, почти раздавив пластиковый стаканчик. Она скользит влево, держась низко на доске. Она рассекает волну с такой скоростью, что толпа ликует. Венди почти предсказывает движение воды, будто управляет ею.
— Она невероятна, — говорит Кэл. — Такой я ее и помню.
Солнце жжет мне шею, и теперь я понимаю, почему так много людей арендуют эти чертовы зонтики.
Фэллон тоже талантливая серфингистка. Она агрессивна и бесстрашна, и толпа сходит по ней с ума. Но я не могу перестать смотреть на Венди, когда она находит ту версию себя, которую, как думала, потеряла, и она свободна.
Судьи вывешивают баллы после каждого раунда. Женщина по имени Келси занимает первое место. Фэллон
— второе. Венди выходит из воды, держа в руках маленький трофей размером с кофейную кружку, но широко улыбаясь.
— Одиннадцать лет! — кричит она, поднимая трофей. — Одиннадцать лет, и я все равно заняла призовое место!
Фэллон хватает ее, и они прыгают вверх и вниз, празднуя. Джози присоединяется к ним, как и Пчелки.
Когда фото сделаны, Венди бежит ко мне. Она вся мокрая, волосы прилипли к плечам. Вода стекает по ее лицу, когда она врезается в меня на полной скорости. Мои руки смыкаются вокруг нее, и океан пропитывает мою рубашку насквозь, пока я кружу ее. Все ее тело вибрирует от смеха, полного остаточного адреналина.
Она прижимается лицом к моей шее, все еще тяжело дыша, все еще смеясь.
— Я так, блядь, горжусь тобой. Она отстраняется и смотрит на меня. Ее карие глаза ловят послеполуденный свет, и я изучаю золотые крапинки.
— Я люблю тебя, — говорю я. Слова вылетают из моего рта на многолюдном пляже среди бела дня, и я имею в виду каждое из них.
Глаза Венди смягчаются, и она не двигается. Затем ее рука поднимается к моему лицу. Она держит мою щеку и смотрит на меня долгое время.
— Картер, я... — Она сокращает расстояние и целует меня вместо ответа, и поцелуй говорит все, что она не может.
Она не ответила взаимностью, но я не принимаю это на свой счет. Я никогда не говорил этих слов, чтобы услышать их в ответ. Я не хочу жить с сожалением о том, что кто-то не знал, что я к нему чувствую.
Мы отстраняемся, и ее рука падает с моего лица. Вдалеке чей-то ребенок кричит, пока диджей переключает треки.
Кэл появляется с двумя напитками.
— Похоже, вам двоим пригодится.
— Спасибо, — говорю я.
Кэл указывает на меня бутылкой рома.
— Отличный способ жить сладкой жизнью.
Гейл наблюдает из своего пляжного кресла с мимозой и ничего не говорит. Венди уходит, хватая меня за руку и увлекая за собой. Мы не говорим об этом.
Соревнования по серфингу и празднование уходят в поздний день. Ром продолжает находить путь в мой стаканчик. Венди уходит в какой-то момент, и Фэллон смотрит на меня.
— Что это было, Бэнкс?
— Ничего, — говорю я с пожиманием плеч.
— Если ты сделаешь ей больно, я...
— Мне не нужно предупреждение. — Я поднимаю руку.
— Большинству парней нужно, — говорит она.
— Я не такой, как большинство парней, — говорю я, заглатывая остатки «Кокосового Удара».
К закату толпа рассеивается. Мы с Венди возвращаемся в гостиницу. Ее трофей в одной руке, а ее указательный палец переплетен с моим. Когда мы заходим, она ставит трофей на стойку.
Холл пуст. Солнечный свет прорезает окна и ловит соль, все еще сохнущую на ее плечах. Она проводит большим пальцем по основанию трофея, улыбаясь чему-то, и я хочу ее туда, где никто не сможет до нее добраться.
— Хочешь уйти отсюда? — спрашиваю я. Она поворачивается.
— Правда?
— Я хочу уединения.
Ее брови поднимаются.