Страница 69 из 90
— Тогда пошли. Покажем этим клетчатым, где зимуют раки.
Дверь распахнулась, и рёв трибун ударил в уши с новой силой. Василиса глубоко вдохнула, поправила датчик на шее и шагнула наружу. За ней — остальные. Швабры загудели, набирая высоту.
**Второй тайм**
Свисток.
Шотландки снова рванули вперёд, но уже без прежней уверенности. Их атаки стали осторожнее — больше позиционки, меньше риска. Именно этого и ждала Алиса.
— Они сбавили скорость! — крикнула она сверху. — Давите!
Федосея рванула первой, разгоняясь как массивный таран, и врезалась в центр шотландского строя. Клетчатые, не ожидавшие такого напора, рассыпались. Света и Василиса, воспользовавшись хаосом, зашли с флангов.
Игра закипела с новой силой.
Шотландки, привыкшие диктовать свои условия, теперь вынуждены были отбиваться. Их строй, ещё минуту назад казавшийся монолитным, трещал по швам. Федосея продолжала таранить и наводить хаос. Лида подхватила выпавшую из рубки рыжую голову и зашвырнула её в большое кольцо.
— **ГОООЛ!** 60:60!
Трибуны взревели.
Кейтлин, перекосило от злости, она попыталась организовать контратаку. Но Василиса уже была рядом. Не давая ей развернуться, она наседала, рубила серпом, не давая ни секунды на раздумья.
— Да что ты за муха такая! — заорала Кейтлин, уворачиваясь.
— Русская! — рявкнула Василиса в ответ, рубанув снова.
Счёт пополз вверх. 70:70. 80:80. 90:90. Каждый гол давался с боем, каждая голова летела в кольцо под крики трибун. Шотландки пытались отбиваться, но их атаки становились всё более хаотичными, нервными. Они не привыкли, чтобы кто-то играл с ними на равных, и этот страх делал их предсказуемыми.
К концу тайма, когда на табло горело 90:100 в пользу наших, Василиса, тяжело дыша, оглянулась на Свету:
— Держим!
— Держим, — коротко ответила та, вращая серпом.
Оставалась минута. Наши начали играть на удержание — разумно, осторожно, уходя от прямых столкновений. Шотландки же, загнанные в угол, собрали последние силы. Кейтлин, чьё лицо раскраснелось от напряжения, подняла серп и заорала так, что её голос перекрыл шум трибун:
— ЗА ШОТЛАНДИЮ!
И клетчатые ринулись вперёд. Отчаянно, яростно, не щадя себя. Наши ловко парировали и уходили от атак. Но шотландки взяли в клещи Алису, которая кружила выше всех — та попыталась уйти, но Кейтлин, сделав резкий рывок, настигла её. Чпок. Голова Алисы, с застывшим на губах «ой», отправилась в полёт. Шотландская защитница, поймав её на лету, зашвырнула в большое кольцо.
— **ГОООЛ!** 100:100!
Свисток.
Конец второго тайма.
Василиса повисла на швабре, тяжело дыша. На табло горели цифры, от которых у неё заныло в груди. Ничья. Они не проиграли, но и не выиграли. Впереди было дополнительное время.
— Бля, — выдохнула Лида, подлетая к ней. — Как они нас на последней секунде…
— Бывает, — отрезала Света. — Дополнительное время — это не конец.
Кейтлин, поравнявшись с Василисой, бросила коротко:
— Это ещё не конец.
— Я в курсе, — ответила Василиса, сжимая рукоять швабры.
Шотландки отлетели в сторону, сбившись в плотную группу. Их капитанша что-то горячо объясняла, размахивая руками. Наши собрались в кружок у края поля.
— Алиса, ты чего там зевала? — бросила Федосея.
— Простите, — тихо сказала Алиса. Её лицо, обычно бесстрастное, сейчас было виноватым. — Я… я должна была уйти вверх, но замешкалась…
— Бывает, — отрезала Света. — Не парься.
— Она права, — кивнула Василиса. — Мы ещё не проиграли.
— Дополнительное время — напомнила Света. — Играем аккуратно. Без риска. Не лезем на рожон. Ждём их ошибок.
— А если не ошибутся? — спросила Федосея.
— Тогда будут буллиты, — ответила Алиса, поправляя очки. — И это уже совсем другая история.
— Обойдётся, — усмехнулась Света. — Всё, хватит болтать. По местам!
**Овертайм**
Двадцать минут дополнительного времени растянулись в вечность.
Команды, вымотанные до предела, действовали осторожно — никто не хотел рисковать и пропускать решающий гол. Шотландки пытались давить, но их атаки были вялыми, без прежней злости. Наши защищались отчаянно, но сами почти не ходили вперёд.
Счёт не изменился. 100:100.
Судья взглянул на часы и поднял руку:
— Буллиты!
Трибуны замерли. А потом взорвались таким рёвом, что заложило уши.
— Каждая команда выбирает одного игрока. Дуэль один на один, — объявил Балбэс Долбенгад.
Василиса опустилась на траву рядом с командой. Швабра замерла в сантиметре от земли. Трава колыхалась под прохладным ветром, предвестником надвигающейся грозы.
— Ну что, девочки, — сказала Света, обводя всех взглядом. — Кто пойдёт?
— Я, — тут же вызвалась Лида. — Я им покажу, где раки зимуют!
— Лида, ты хороша в массовой рубке, — возразила Света. — Но в дуэли нужна не столько сила, сколько реакция. И хладнокровие.
— У меня есть хладнокровие! — возмутилась Лида. — Я вообще сама холодность!
— Ты — кипяток, — парировала Федосея. — Я бы пошла, но… — она развела руками, — на дуэли нужна скорость, а не масса.
— Статистика не врёт, — сказала Алиса, заглядывая в блокнот. — У Василисы лучший показатель в ближнем бою. Самая высокая скорость реакции. Если кто и может выиграть эту дуэль — только она.
Все посмотрели на Василису.
— Да ладно, — вздохнула та, сжимая серп. — И так понятно, что я. Нечего языки чесать.
— Вот и отлично, — кивнула Света. — Иди и сделай их.
Василиса развернула швабру и направилась к центру поля.
Судья взмахнул рукой, и трибуны замолкли. Магический барьер поднялся вокруг поля, отсекая лишних. Внутри остались только судья, две швабры и две горничные.
— Дуэль! — голос Балбэса Долбенгада разнёсся над стадионом. — «Визжащие Ведьмы» против «Успенского Приюта»!
Василиса глубоко вздохнула. Швабра под ней вибрировала, датчик на шее пульсировал. Она чувствовала каждую каплю дождя, начинавшего накрапывать с неба. Первые капли упали на лицо — холодные, освежающие.
Кэйтлин вылетела в центр круга. Её серп сверкал в руке. Она не улыбалась. В её глазах горел холодный, древний огонь — огонь клана, который не знал поражений. Василиса вылетела напротив. Серп привычно лёг в ладонь. Дождь усилился, барабаня по латексу, стекая по лицу.
— Я Кэйтлин Коннор Маклауд из клана Маклаудов! А ты кто такая?