Страница 76 из 86
После этого поделили рынки. Точнее, мне перешла торговля сивухой. В обмен я обязывался не торговать дурманом, всеми видами курева, в пределах нашего лагеря и решать вопрос с надзирателем, чтобы он продолжал закрывать глаза на наше самоуправление. Удачная сделка, если не брать в расчет, что Сабуто жив и может попытаться вернуть себе свое влияние.
* * *
Через пять дней Грас напомнил о моем рабском положении, обрадовав меня новостью, что сегодня у меня будет бой. Пришлось бросить все дела и следовать за орком. Жилище Дарса, казалось, стало еще роскошнее, по-орчьи дорого и безвкусно. Кажется, я слышал такую поговорку от воинов нашего дома. Большой вождь придирчиво осмотрел меня.
— Драться сможешь? — не найдя на мне повреждений, утвердительно кивнул сам себе.
— Да.
— Драться будешь против человека. Разрешено одно оружие, любое на выбор, — при этом Дарс уже держал мой меч.
— Я предпочту меч, к которому уже привык.
— Держи! — уже на ходу орк продолжил. — И да, не рекомендую проигрывать. Моя ставка — кольцо, которое ранее принадлежало тебе.
Вот же гад! Чужими родовыми кольцами распоряжается.
* * *
Мы даже не покинули лагерь Дарса, пришли на местную недостроенную арену. Долго томиться в ожидании не пришлось. Показалась группа орков, не менее двадцати, а возглавлял их разукрашенный гоблин. Дарс нависал над разукрашенным, как гора, но при этом говорил он максимально уважительным тоном, насколько это вообще возможно для орка. Жаль, не слышал, о чем они говорили, слишком далеко.
— Эй, малец, мне сказали, что мне предстоит драться с серьезным соперником, а ты едва от сиськи оторвался, — меня крайне неприятным способом вырвали из моих мыслей и попыток подслушать разговор Большого вождя и опасного гоблина. — Ты ведь из благородных? Мне доводилось убивать таких, как ты, и знаешь, что я понял? Что перед смертью вы сретесь в штаны так же, как обычные крестьяне.
Я словно неохотно поднял взгляд, нарочито медленно оглядел его с головы до ног, затем проверил ногти на своей левой руке и только потом проговорил:
— Смелое заявление. У тебя обида на кого-то из аристократов, или ты просто завидуешь?
Мужик выглядел обычным, не особо крупным, даже немного худощавым, ничем непримечательным.
— Зависть, наверное, да, немного. А вот насчет обиды, тут ты прав. Я командовал отрядом три года, успешно командовал. И вот в один сраный момент мне сообщают, что теперь меня ставят сержантом в этот отряд, а место капитана отходит сопливому аристократу, которому едва два десятка лет будет, да пару медяков сверху.
После недолгой паузы он продолжил.
— И вот эта падаль решила погеройствовать. Обычное задание, удержание возвышенности, там форт строили. Ему даже не нужно было заботиться о доставке материалов, только сторожить гребаную скалу, куда просто подняться уже подвиг, и не мешаться инженерам…
— И что, не справился? — последовала небольшая вставка от меня во время очередной его паузы.
— Надо же, совсем не боишься. По глазам вижу, знаешь, как меч в плоть входит. Но да, ты прав, не справился. Из-за этого весь отряд мертв, а я здесь.
Дальше разговор сошел на нет. Запугать меня не удалось. Ну да, обижен на не самого умного аристократа, а других в такие места не ссылают, но меня его обиды совсем не заботили. Гораздо интереснее, о чем разговаривали Дарс с гоблином.
Торговались или обсуждали ставку? Кто же этот гоблин? Точно, мой будущий соперник может знать. Нужно спросить его до того, как убью его. Хорошо, когда умные мысли приходят вовремя.
— Давай хотя бы представимся друг другу перед боем? — осмотрев, что нас никто не подслушивал, не дожидаясь ответа, продолжил. — Я Лаймон Крайн.
— Крах, просто Крах, — ему не удалось скрыть своего удивления.
— Я запомню, — теперь стоило помолчать. Он сам должен полезть ко мне с разговором.
— Ты так уверен в своей победе? — попался.
— Ну, еще ни одного моего поражения с моим летальным исходом не было.
— Ты не похож на аристократов, которых я видел ранее, — Крах даже немного улыбнулся. — Умнее их, что ли.
— На границу ссылают либо тех, чей род в опале, либо самых безнадежных, которые могут навредить репутации рода. Видимо, вашему отряду не повезло натолкнуться на представителя вторых.
— Мерзкие аристократы! И почему из ваших разборок страдают всегда нормальные люди?
— Потому что в мире нет справедливости. Вот сейчас мы стали жертвами очередной несправедливости, — я специально выделил это слово интонацией. — Из-за того, что Дарс, это Большой вождь и твой владелец… Прости, не знаю его…
— Гринспик Злудар, Великий шаман, — Крах охотно попался в мою умело расставленную ловушку.
— Как ты думаешь, твоя злость на них или аристократов, что-то поменяет?
— Ты что-то хочешь сказать или просто дразнишь меня?
— Наверное, просто интересно, как ты мыслишь, — я использовал максимально спокойную интонацию, как мне в свое время преподавали лучшие риторы.
— Я просто хотел получить надел от императрицы после того, как отслужу десять лет, а потом просто нарожать кучу детей.
— Теперь мне правда жаль, что так получилось, — и я не врал.
— Ты так уверен в себе? — похоже, до него начинала доходить неизбежность своего поражения.
— Да. Расскажи мне про Гринспика Злудара, никак не могу понять его положение у орков.
— Если Большой вождь — это местный генерал, то Великий шаман — это тот, кто говорит, куда нужно воевать генералу. А еще он любит приносить жертвы духам, и он тот, кого стоит злить в последнюю очередь, — у Краха даже голос изменился, стал тише и наполнился страхом.
Кого же ты мне заказал, учитель?
Ждать пришлось долго, не менее часа. Узнать про разукрашенного, кроме имени и его любви к жертвоприношениям, ничего не удалось. То, что он опасен и злобен, я и так догадывался.
— Кажется, договорились, — Крах предупредил меня, хотя я и сам заметил движения в нашу сторону.
— Ну что ж, извини, удачи желать не буду.
— Разойдитесь по сторонам! — прогремел мощный голос Дарса.
Дождавшись, пока мы разойдёмся, он без промедления прогремел:
— Начали!
Я чувствовал, что Манго рядом и он хотел напасть из засады. Хорошо спрятался, но я как-то точно знал, где он. Мысленно остудил его пыл, наверное, это телепатия. Почему я слышу его в браслетах? Потом разберусь, сейчас нужно было сосредоточиться на противнике.