Познавая силу

Глава 9. Карьерные падения и взлеты

Очнулся один на каком‑то скользком неприятном месиве. После того как осмотрелся, выяснилось, что нахожусь в яме с отвратительным запахом.

— Черт, это же яма с дерьмом! — меня вырвало от запаха или от того, что чуть ранее меня знатно приложили по голове. Не знаю, что хуже.

Сверху сидел орк-надзиратель, и, кажется, он заметил, что я начал шевелится.

— Очнулся, мелкое дерьмо груда? Сиди в яме. Большой вождь сказал: попробуешь вылезти — убить, — и он демонстративно помахал топором.

Похоже, его тоже наказали. Вряд ли он тут по своей воле, только мне от этого не легче. Мои невеселые мысли прервали самым неприятным образом: кто-то вывалил тазик с помоями прямо на меня. Ведь специально старался, тварь! Кажется, это был гоблин. Если найду — убью. Хотя понимал, что не найду. Что хуже, гоблин это тоже прекрасно понимал.

Из хорошего было только присутствие Манго. Изредка мелькал наверху, но спускаться ко мне не спешил. Мне даже кажется, что я понимал его возмущенное верещание: «Зачем ты там сидишь? Там же воняет!» Что ж, рад, что с этим паршивцем все в порядке.

Помои выливали часто. Люди старались лить подальше от меня, а гоблины, наоборот, целились в меня. Многие орки и гоблины мочились в яму. Орки ссали с той стороны, откуда подошли, и на меня в яме никак не реагировали, а гоблины… Ненавижу гоблинов!

Дневное солнце начало сильно припекать, и спасение от него было ужасно вонючим, но я проглотил гордость, брезгливость и старался погружаться, чтобы не словить обморок от жары. Это продолжалось долго, весь день, а потом следующий.

— Пссс, — кажется, это была одна из моих девушек. — Там вода, — вывалила свою поклажу, после чего быстро удалилась.

На месте, куда указала девушка, оказался небольшой кувшин из вездесущих какашек грудов, но сейчас меня это не сильно смущало. Без труда откупорил кувшин, отломив горлышко, и жадно приложился, пока все не выпил.

Время тянулось предательски медленно. Дни неспешно сменяли друг друга. Девушки каждый день приносили мне воду и немного еды в кувшине, это хоть как-то помогало мне держаться. Я познакомился с надзирателем, его звали Розак. Да, плюсом это не назовешь, но он был моим единственным собеседником. Он часто ругался на меня, что не дождался, пока он накажет виновного человека, а сразу вызвал на Рок его собутыльника, но в то же время соглашался, что это было по-орочьи, после чего обвинял меня, что я не орк, и так по кругу. Контрабанду воды надзиратель точно заметил, но никак не препятствовал. И только за это я прощал ему и его ругань, и то, что он орк, да и все остальные недостатки был готов простить.

На седьмой день за мной пришли. Сломило ли меня данное наказание? Нет, но переосмыслить свои действия точно заставило.

Надо же, сам Грас пожаловал! Вытаскивали меня люди, после чего под присмотром понесли отмывать в реку. Сам я передвигался с трудом. В реке наконец-то удалось вдоволь напиться, никогда еще вода не была такой вкусной. Мыли долго, с применением различных травок и притираний, и, судя по тому, как морщился Грас, полностью убрать вонь не удавалось. После того как меня отмыли, сначала обмазали благовониями, чтобы перебить запах, а потом одели. Вели меня в самое большое здание.

Можно было не сомневаться, что это был дом Дарса. Первый раз вижу, где живет Дарс.

— Оставьте нас! — Грас послушно удалился. — Надеюсь, ты хорошо понял, что бывает, когда убиваешь моих орков без моего одобрения, — он воззрился на меня с явным превосходством.

— Да, я понял, — как же я ненавидел сейчас всех и вся за то, что попал в данную ситуацию!

Дарс продемонстрировал мне мой меч и кольцо.

— За каждую победу будешь получать один золотой, — сразу же добавил Вождь. — Храниться они будут у меня. Меч стоит десять золотых, кольцо — сто. Не смотри на меня так, я прекрасно знаю, что оно значит для благородных, — слово "благородных" он произнес с усмешкой. — Странное слово, так и не могу до конца понять, что оно значит. Твоя свобода будет стоить тысячу золотых.

— За сколько я могу купить у тебя раба, что покалечил моих рабов? — может, в данной ситуации это звучало смешно, но даже в такой ситуации я помнил про гордость.

— Десять золотых, и можешь делать с любым из рабов, что хочешь.

Долго разговор не продлился. Уже спустя пару минут Дарс позвал помощников, которым приказал отвести меня в барак.

Когда меня выводили из здания, у меня в голове прозвучал голос демона:

— Первая просьба: найди и убей разумного, владеющего демоническим наречием. Пока он жив, не убегай от орков. Пять дней назад он встречался на продолжительное время с орком, у которого находится кольцо, скорее всего, на арене. Слишком много там было разумных.

Проблема не приходит одна, кажется, пришла пора платить по ранним счетам, и демон заказал мне разукрашенного гоблина.

К моему удивлению, Грас лично помог мне добраться до барака, отпустив двух сопровождавших меня орков. В Бараке меня встретили дружелюбно, хорошо накормили и уложили спать, набираться сил. Говорить не пытались, только причитали и охали женщины. А может, это из-за Манго, который улегся на меня и никого не подпускал.

Я и забыл, как же хорошо спать не в помойной яме.

Сон пришел мгновенно, глубокий и без сновидений. И сразу же неприятное пробуждение. Как будто этот отрезок жизни вырезали: вот меня укладывали, а вот уже кто-то громко верещал и не давал мне спать. Чтобы разобраться в ситуации, мне понадобилось не менее десяти секунд. Оказалось, это Манго яростно грыз и царапал какого-то мужика. Немного позже мне пришло осознание, что, если бы не Манго, меня бы сейчас зарезали во сне.

— Толмунд, быстро зови надзирателя, — громко приказал я, как только сообразил, что меня пришли убивать.

Что интересно, все рабы притворялись спящими, хотя при таком визге это очень затруднительно. Хорошо, что мою команду не проигнорировали.

— Манго, хватит.

Зверь послушно прекратил калечить незадачливого убийцу.

— Держите ему руки, не дайте ему убить себя.

Это было адресовано больше незваному гостю, чем оживившимся мужичкам, и он понял меня. Кажется, даже обделался. А нет, не кажется, точно обделался, или это пока его Манго драл. Мужики подчинились не сразу, только после повторного приказа. Кто бы ни был заказчик, они его боялись.

Надзиратель прибежал буквально через пять минут. Похоже, с ним была жесткая беседа со стороны начальства. От его злобного взгляда пленник задрожал еще больше.