Страница 2 из 86
Глава 1. Новая жизнь
Очередное ненавистное пробуждение, все тело привычно болит. Постойте-ка, нет, непривычно. Раньше боль была тупая и безнадежная, теперь же как будто меня просто побили. Понимая, что прекрасное царство Морфея окончательно капитулировало, открыл глаза. Удивление. Восторг. Эйфория. Ожидание подвоха и неверие. Я чуть приподнялся и с неверием оглядел себя. Тело было не мое: маленькие руки и ноги, маленький торс, хорошее зрение. Мир как будто набросился на меня, демонстрируя яркие краски и все то, про что давно было забыто. Сон? Это опять сон?
Встал с кровати, слегка пошатываясь, но не от боли, а скорее от слабости и опасения, что тело не выдержит и рухнет. Прошелся по комнате. Квадратов тридцать, не мои прошлые хоромы
, н
о все же недурно. Безуспешно попытался включить свет, не нашел выключатель. Странно. Нет, я не про выключатель. Странно то, что раньше я не управлял своими действиями во время сна. Сон‑бред всегда был сам по себе.
— Молодой господин, какое счастье, вы очнулись! Мы за вас сильно переживали, — в комнату ворвалась полноватая женщина. Служанка, подсказала мне не совсем моя память. — Пожалуйста, лягте обратно в кровать. Я сейчас сбегаю за лекарем, и он вас осмотрит.
Не дождавшись моего ответа, она скрылась в неизвестном направлении. Примерно через пять минут ко мне в комнату вошел аккуратно выбритый мужчина лет пятидесяти.
— Как вы себя чувствуете? — при этом он начал прощупывать меня в разных местах. Все его действия, кроме измерения пульса, для меня оставались непонятными.
— Лучше, чем было.
— Шутить изволите? Это хорошо. Сегодня можете праздновать свой второй день рождения. Прорыв был тяжелый, но самое сложное позади. Поздравляю! Ваше тело наполнено маной, и, по моим ощущениям, очень плотной. Возможно, вы будущий архимаг.
Ромиан разговаривал со мной как с ребенком. Черт возьми, я же и есть ребенок! Моему телу шесть лет, и я помню, как зовут нашего лекаря. К счастью, вместе с телом унаследовал память и, кажется, некоторые черты характера. Главное — не выдать себя. Не думаю, что местные положительно отреагируют на незваного вторженца.
— Что ж, вашей жизни ничего не угрожает. Пойду доложу эту радостную весть вашему отцу.
Лекарь быстрым шагом покинул комнату, оставив после себя уйму вопросов. Нет, что-то я знаю. Зовут меня теперь Лаймон Крайн, нужно запомнить. Так же память предыдущего владельца тела подсказала, что у меня два брата и пять сестер. Я самый младший, вероятность возглавить род сомнительная, но не равна нулю! Смертность среди благородных отпрысков большая, особенно среди мужского населения. Нет, вы не подумайте, это не из-за войн. В этом мире женщины тоже воюют и зачастую могут дать мужчинам фору. Все дело в прорывах на этап становления магом. Девушкам это дается намного проще, и облегчить этот процесс никак не получается.
Ни один из моих братьев не смог прорваться. Двое остались живы, но магами не стали. Троим повезло меньше: двое из них умерли еще до моего рождения, один — совсем недавно, при третьей попытке. Так себе математика. И это считалось успешной статистикой, ну, если считать вместе с моим прорывом. У сестер все намного лучше: пять прорывов из пяти, но там официальная вероятность — девяносто процентов.
Тут вообще все очень интересно в плане семейных вопросов. У смешанной пары мага и не-мага, вне зависимости от пола, детей быть не могло. А из-за высокой мужской смертности при прорывах девушек на порядок больше. Как итог — очевидная полигамия. У моего отца семь жен, но это еще не все. Вишенка на торте: уже обговорено, наш род наследует старшая сестра, и они впятером найдут себе одного мужа, ну или бесперспективно разбегутся по другим родам. Меня, получается, должны будут отдать в другой род в роли быка-производителя.
Я невольно улыбнулся, пока звучит неплохо. Моему отцу повезло больше: он старший в роду и мог набирать себе жен из разных родов. Заключил выгодные союзы, благодаря чему наш род ни с кем не воюет уже более десяти лет — редкое явление — и имеет хорошие торговые привилегии. Эдмонд Крайн не отличался выдающейся силой или интеллектом, но смог заметно укрепить род путем выгодных браков. Вот в чем сила, оказывается! Да и родом фактически управляла вторая жена, отец был марионеткой, что устраивало в первую очередь его самого. Что особенно приятно: на образовании отпрысков не экономили. У меня оказалась хорошая осведомленность о большинстве родов империи, географии, и я неплохо владел тремя языками, не считая знаний из прошлого мира.
Раздался стук в дверь.
— Молодой господин, леди Сираина желает вас видеть, — произнес дворецкий, выждав пять секунд после стука и войдя в мою комнату. — Марта, помоги молодому господину одеться. –
Я даже не заметил, как служанка прошмыгнула ко мне.
— Сейчас, сейчас, молодой господин, — она с деловитой основательностью перебирала вещи в моем шкафу, не прекращая радостно трещать: — Вот радость-то какая! Уже весь замок в курсе, нужно вас особенно приодеть к празднику. Тем более это ваш праздник, такое бывает один раз в жизни и далеко не у всех.
Марта искренне за меня радовалась, по её виду — намного больше меня самого. Одели меня минут за пятнадцать, и то долго получилось из-за Кристофера, нашего дворецкого. Уж очень он придирчивый, пришлось два раза полностью переодеваться, чтобы полностью соответствовать его строгим канонам.
Наконец-то утвердительно кивнув, ревнитель высоких правил и этикета, кстати, служака в пятом поколении, таких в клановых войнах как желанный трофей захватывают, изволил довести меня до зала приемов, где и остановился перед дверью.
— Здесь я вас оставлю, молодой господин, — чопорно сообщил он и быстро удалился по своим делам.
Я вошел, по-хозяйски толкнув дверь, стараясь спину держать еще прямее, чем обычно. Честное слово, не знаю зачем. По-видимому, характер мальчишки передался. Непривычно, но приятно. Меня тут же загребли в объятия. Память подсказывала, что это была родная мать прошлого владельца тела.
— Как же я рада! Я просто себе места не находила от волнения! — женщина даже не пыталась скрывать своих слёз. На этом моменте мне стало сильно неловко.
— Милана, хватит. Успеешь его еще обнять, — это сказала вторая жена. Тон был скорее материнский, а не приказной, но все же меня отпустили.
— Я хотела сама убедиться. И да, я чувствую его ману. Она очень плотная для его возраста. Он пробудился. Сираина, мой сын пробудился!