Страница 70 из 75
— Так может, он и на самом деле в тебя влюбился? — осторожно поинтересовался я.
— Ох, какая уж тут любовь, если он мне уже неделю талдычит — дескать, я на твое прошлое смотреть не стану, обвенчаемся и ты начнешь новую жизнь, как честная и порядочная женщина, — поморщилась Стешка. Посмотрев на меня, девушка хохотнула:
— Он ведь, ко мне еще не прикоснулся ни разу. Ладно, в первую-то неделю бока болели, а потом? Я-то бы со всею душой и прилежанием, а он мне — мол, до свадьбы никак нельзя. Привыкай к честной жизни. Лестно, конечно, что он о свадьбе говорит, но сколько ж можно меня носом-то тыкать? А доведись до свадьбы, он же потом напоминать станет — мол, я тебя с панели взял, изволь соответствовать. Это уже не семья будет, а невесть что.
Определенно, поручик Салтыков больше играет в благородство, нежели и на самом деле его проявляет. Иначе бы не талдычил о прошлом, да о честной жизни. Но человек он хороший, тут Стешка права. Не стоит такого обижать.
— А ты осторожненько поинтересуйся — на что вы жить станете? В таком вопросе ничего страшного нет. Ты женщина, ты обязана думать о семейном гнезде, о детях…
В опасении, чтобы Стешка не принялась рыдать — вопрос о детях для нее очень болезненный, поспешно сказал:
— Будут детки, нет ли, как бог даст, но тебе об этом сейчас нужно думать. А у поручика, как я понимаю, больших капиталов нет?
— Откуда у него капиталы? Отец отставной подполковник, семья в Гатчине проживает, сестра младшая в гимназии учится. Алексей Павлович квартиру снимает о двух комнатах, как студент какой, а в передней у него денщик спит.
В принципе, если Салтыков всерьез намерен жениться, то лучше ему самому в отставку уйти, чтобы репутацию не запачкать, и право ношения мундира сохранить. А иначе ему попросту не разрешат жениться. Кажется, рапорт нужно подавать по команде, ждать разрешения от командира полка? Вроде, еще какие-то требования имеются, вроде капитала. А уж про требования к невесте я промолчу. Однозначно, что жениться на «солдатской вдове» Салтыкову не разрешат, а обвенчается гвардеец без дозволения, стопудово, что из гвардии вышибут. Конечно, не пропадет, и семью прокормит. Пойдет на службу в полицию, там люди всегда нужны, в провинцию уедет. В тот же Череповец, уж там-то я его куда-нибудь да пристрою.
Другое дело, что женитьба не нужна ни самому Салтыкову, ни Степаниде.
— Стеша, замуж тебя никто насильно не гонит, это раз, — сказал я. — А два, так ты вполне можешь Алексея Павловича подинамить…
— Что сделать?
— Ну, динамить — давать надежу, не отталкивать своего поклонника, принимать ухаживания, но не оправдывать его надежд, — пояснил я. — Ты вполне себе можешь с полгодика поручика за нос водить. Пусть вначале докажет, что он не только благородный человек, но и хозяйственный. Муж обязан о семье думать, а будущая супруга имеет право знать, что он ее не в шалаш поведет, а хотя бы землянку выкопал.
Чтобы окончательно успокоить девушку, привел ей свой собственный пример.
— Я когда своей будущей жене предложение делал, на родительские деньги не рассчитывал. И на ее приданое тоже. Прикинул, что у меня имеется жалованье, перспективы, значит, семью содержать смогу. Опять-таки, после того, как согласие получил, свадьбу пришлось отложить по некоторым причинам.
Я еще немножко подумал, потом сказал:
— А вообще, Стеша, не стоит тебе ничего выдумывать. Если не любишь, то прямо так поручику и скажи. Мол, простите, Алексей Павлович, человек вы хороший, вы мне нравитесь, но я вас не люблю. А замуж идти только ради замужества, не по мне.
[1] Вот-вот… Роман не то, что не написан, а Лев Толстой еще даже не знает, что станет его писать.
[2] А меня некогда поправил М. А. У., за что ему отдельно спасибо.