Страница 10 из 74
Глава 5: Жажда.
Кьярваль:
Я думал, всё будет просто.
Привезти её сюда. Дождаться срока. Склонить к близости. Союз подарил бы нам самку и шанс обзавестись потомством.
Но всё шло наперекосяк.
И дело было не в девчонке, что тряслась от страха: едва начнётся гон, это пройдёт. Не в Вилле, чьи молодые гормоны требовали самку немедленно. У нас был план, а парню не терпелось запустить руки ей под юбку.
Приходилось сдерживать.
Дело было во мне.
Всю жизнь я жил инстинктами отцов и доказывал, что достоин зваться василиском. До недавнего времени проблем с этим не возникало. Но хватило одного взгляда на эту девчонку, чтобы моя драконья сущность, мирно дремавшая с рождения, взбунтовалась.
Что нужно василиску?
Мы хаотичны. Сегодня клянемся в вечной любви, а завтра спокойно смотрим, как этой «вечной» засаживает другой, и можем присоединиться забавы ради.
Все сыты. Все довольны.
Что нужно дракону?
Обладать. Всецело, безгранично, жадно — той единственной, что он изберёт, после которой никакая другая уже не будет иметь значения.
Делить её — немыслимо.
Сейчас эти две природы насмерть сцепились во мне. Я то был готов пустить её по кругу, то собирался разорвать глотку любому, кто просто косо посмотрит на моё.
Линдсеа должна была стать всего лишь очередным заданием.
Нас, василисков, не жаловали. Наша суть — яд: достаточно было одной капли, чтобы отравить колодец или годами сводить жертву в могилу. Противоядия не существовало.
Нас всегда нанимали только покалечить, убить, опозорить. Гордиться здесь было нечем. Но для таких, как мы с Виллом, — отщепенцев — это был единственный способ выжить.
Меня изгнали из-за дракона. Вилла отвергли из-за слабого яда. Мы сотрудничали около десяти лет. Нам хватало на выпивку и продажных женщин.
Чего ещё желать от жизни?
А потом поступил этот заказ: соблазнить невесту эльфийского вельможи. Таких было не счесть. Наниматель платил чистым золотом и требовал безоговорочного акта бесчестья — со свидетелями.
Я взялся за дело без лишних вопросов.
Девчонка оказалась на удивление красивой. Я рассчитывал, что всё пройдёт как обычно: яд, морок, нужная сцена, свидетели. Проснётся — ничего толком не вспомнит.
Но эта очнулась.
Более того, даже не отключилась до конца, хотя я повторно впрыснул в неё яд. А когда она открыла глаза — бездонные, синие, как горное озеро, — и произнесла “да”, я осознал: попал.
Именно тогда я впервые услышал его. Низкий, утробный рык дракона.
Иммунитет к яду означал одно: Линдсеа — та самая. Для всех нас.
Обычно цветная радужка — знак трансформации — появляется у самки через семь дней. Вот мы и выжидали. Строили планы, как заключим союз. Пили, веселились. Вилл захаживал к продажным девкам, а во мне с того момента что-то надломилось.
Я не мог думать ни о чём, кроме Линдсеа.
Сейчас она сидела передо мной перепуганная, дрожащая, всё ещё мокрая после ливня. А чёртов камин прогревал комнату слишком медленно. Я злился.
Как тогда…
Поправочка: дракон так переволновался за неё, что я на эмоциях зашвырнул девчонку в дилижанс. Хотел согреть, а вместо этого сорвался и полез под юбку.
В этом уже был виноват василиск.
Она пахла восхитительно — дождём и десертом с лёгкой остринкой. Вкусная. Неподражаемая.
Её обращение ещё не началось, а мы с Виллом уже едва держали звериные инстинкты. Пара дней — и она будет стонать под нами.
Я горько усмехнулся.
Василиск хотел её тела.
Дракон — её благосклонности.
Лишь в одном они были солидарны: в необходимости касаться её. Постоянно.
Но как к ней теперь подступиться? С момента нашего знакомства я делал всё наоборот. В её глазах я был разлучником, похитителем и насильником. Поэтому ждать от неё доверия было бы верхом глупости.
В дилижансе она слишком долго не приходила в себя. Я испугался, что не очнётся, и отвесил оплеуху. Понял, что переборщил, только когда из её глаз хлынули слёзы. И вместо извинений, как последний кретин, озлобился на себя и стал ещё грубее.
Обвинял Вилла в несдержанности, а сам чем лучше?
— Пожалуйста… — её жалобный голосок был обращён к Виллу.
К другому.
Это взбесило меня. Я не сдержался. Дёрнул её на себя. Её широко раскрытые глаза были прикованы ко мне, но в них плескался только страх.
Ну вот… Как мне держать себя в руках, когда внутри беснуются два зверя?
— На меня смотри, — прорычал я. — Понравился парень? Забудь. Первым буду я.
Мой яд пробудил в Линдсее самку, значит, право первым покрыть её было за мной. Но даже если бы заказ достался Виллу, я всё равно затребовал бы своё.
Нужно было унять дракона, который волновался за неё и драл меня изнутри.
Я схватил бутылку с дешёвым пойлом, плеснул в стакан янтарную жидкость и с грохотом поставил перед ней.
— Пей.
Обычно после такого тона Вилл пасовал, а самые дерзкие засранцы прикусывали языки. Но эта…
Она посмотрела на стакан, потом на меня и решительно мотнула головой.
— Я не хочу это пить!
Смелая. Глупая. И совершенно не понимает, на кого нарвалась.
— А я разве спрашивал о твоих желаниях? — Я медленно навис над ней.
Интуиция подсказывала, что нужно быть мягче. Но я не мог остановиться. Я жадно вдыхал её запах, тонул в этих синих омутах. Мне было жизненно необходимо владеть ею.
— В-воды? — прошептала она.
Торгуется? Или уже началось?
Выругавшись, я выплеснул спиртное в окно и наполнил стакан водой. Она взяла его дрожащими пальцами, старательно избегая прикосновений, и сделала несколько мелких глотков.
На жажду не похоже. Хорошо.
— Встала.
Приказал — и сразу пожалел. Линдсеа вздрогнула, будто от удара.
Чёрт. Если так продолжится, я сделаю из неё заику, а не приручу.
Пальцы сами сжались в кулаки от бессильной злости на себя.
Я подхватил её под локоть и почти протащил до комнаты, которую мы с Виллом наскоро подготовили. Впрочем, «подготовили» было громко сказано: единственная спальня, где мы сменили бельё и смахнули пыль. Не хоромы, но нас не должны были найти до закрепления связи.
Обычно созревание у самок начиналось недели через две после первого укуса. Я рассчитывал, что за это время она привыкнет к нам и легче примет правду о себе.
— Обживайся, — буркнул я, стараясь вложить в голос хоть каплю миролюбия.
Не вышло.