Страница 84 из 97
Он был светловолосым, хотя и не таким светлым, как мои платиновые кузены. Его волосы были теплее — цвета соломы или песка. А его поджарое тело было на удивление мускулистым. Я ощутила тяжесть этих мышц, когда несла его, но и сквозь одежду, где шипы прорвали ткань, проглядывали их очертания.
У него было телосложение воина, словно он проводил время в боях и убийствах, а не в азартных играх и пьянстве, как знать, с которой я выросла. Неудивительно, что он смог взобраться на мою башню.
А его глаза…
Они превратились в рваную плоть и кровавое месиво. Я обычно не была брезгливой, но от этого ужасного зрелища желчь подступила к горлу.
Айви была куда чувствительнее. Теперь я понимала, почему она согнулась пополам, рыдая от ужаса. Мне нужно было залечить эти раны, а потом показать ей, что он в порядке, чтобы воспоминание не преследовало её вечно.
Вот если бы я ещё не была так измотана…
Из-за закрытой двери раздался робкий стук.
— Да? Что такое? — откликнулась я.
— Ты его вылечила? — спросила Айви.
— Ещё нет. Я только затащила его в мастерскую.
— Ты дашь мне знать, когда сделаешь это? Я хочу извиниться.
— Да ёб твою мать, — пробормотала я.
Иногда её доброта меня ужасала.
Извиниться перед убийцей, который не сумел тебя убить? Простить насильника, который упал с башни, прежде чем успел тебя изнасиловать?
Я не так её воспитывала. Я учила её не доверять никому. Я учила её, что другие фэйри жестоки, даже когда кажутся добрыми, уродливы внутри, несмотря на внешнюю красоту, и всё же.
Айви хотела видеть свет в каждом. Она сама была до чёртиков хорошей, настолько от природы добросердечной, что не могла взять в толк, что зло окружает нас повсюду.
Она даже во мне видела хорошее, хотя там его не было.
— Ты дашь мне знать? — настойчиво повторила Айви. — Я не расслышала, что ты сказала. Ты бормотала.
— Я дам тебе знать, — отозвалась я, и голос мой был напряжён.
— Хорошо. Спасибо!
Затем я услышала, как её шаги удаляются, а следом — стук собачьих коготков, семенивших за ней.
Чувствуя себя ещё более усталой, чем прежде, я принялась заточать своего пленника. Я взмахнула рукой в сторону горшков с душащими лианами, направляя магию так, чтобы она потекла по усикам, побуждая их к действию.
Лианы заскользили в воздухе, как змеи, а затем начали обвивать безвольное тело незваного гостя, сворачиваясь вокруг его запястий, бицепсов, бёдер, лодыжек и, наконец, шеи. Они пока его не душили — не станут, если я не прикажу, — но связали его не хуже цепей.
Когда незваный гость был надёжно связан, лианы рывком подняли его, усадив спиной к стене, руки задрали вверх, словно они свисали с кандалов по обе стороны от головы.
От резкого движения он очнулся.
Его плечи и голова ударились о каменную стену, когда он дёрнулся. Лианы затянулись туже, инстинктивно усиливая хватку.
Паника захлестнула его, когда лианы сдавили горло. Я видела это в каждом отчаянном движении. Слышала в каждом хриплом вдохе.
Он не знал, где находится, и не мог видеть.
Должно быть, это было так дезориентирующе.
Ужасающе.
Я подкралась ближе, стараясь ступать как можно тише, чтобы ещё сильнее его встревожить.
Он не понял, что я здесь, пока я не опустилась на колени между его ног, которые душащие лианы развели в стороны.
— Напуган? — прошептала я.
Он дёрнулся назад от звука моего голоса.
Я провела ножом по его щеке.
— Как думаешь, что чувствовала она? — прошипела я.
А затем позволила кончику клинка поцеловать его кожу, оставив за собой мокрую полосу крови.