Страница 64 из 97
— Когда Деверо меня бросил, он сказал, что я слишком неловкая. Что не хочет показываться со мной в обществе, потому что я его позорю. Что бы я ни сказала, всё не то. И, оказывается, флиртовать я тоже не умею. Он сказал, что со мной всё равно что разговаривать с рыбой-болтушкой, и боги, вот опять. Тараторю без остановки. Не представляю, как мне найти кого-то ещё, кто сможет меня выносить. Я думала, Деверо другой или хотя бы считает это милым, но, похоже, нет…
— Ебаный мудак, — тихо ругается Казимир и скрещивает руки на груди.
— …а мне всё равно нужно найти жениха, причём быстро. Кандидатов у меня нет, а теперь моей семье пиздец. — От раздражения выпускаю облачко пузырей. — Прости. Я обычно так не ругаюсь.
— Я знаю. — Щупальца Казимира подрагивают. После моей вспышки он пугающе тих. Он всегда ненавидел громкие звуки, а я сижу у него дома, где он привык чувствовать себя в безопасности, и ору всякую чушь. Боги, я выставила себя полной дурой. Конечно, он мне не поможет. С чего я вообще решила, что поможет? Мы семь лет не разговаривали.
— Должно быть, ты совсем отчаялась, раз всё-таки пришла ко мне. — Он склоняет голову набок, и меня пронзает чувство вины. — Почему?
Потому что я не знала, куда ты исчез.
Я прочищаю горло.
— Я слышала, у тебя большой опыт. Ты мог бы научить меня флиртовать. А благодаря чтению мыслей смог бы подсказать, что именно хотят услышать потенциальные женихи. Тогда я буду действовать увереннее и, надеюсь, успею найти мужа.
— Ну да. В романтике ведь главное — эффективность. — Стальные глаза ничего не выдают. Казимир сильнее скрещивает руки, мышцы напрягаются, и рисунок татуировок на коже идёт рябью.
— Послушай, у меня не осталось ни времени, ни других вариантов. Если я не найду мужа, моя семья — мама, сёстры и я — останется ни с чем. Если наследница не выйдет замуж, мы лишимся наследства и поместья. Вся наша прежняя жизнь исчезнет. Я и так потеряла отца; я не вынесу, если потеряю ещё и родной дом. Я в отчаянии, Касс. Ты должен мне помочь. Пожалуйста.
От нарастающей тревоги в животе снова мечется стая рыбёшек. Теперь спокойное будущее целиком зависит от доброй воли мужчины, на которого нельзя положиться.
— Ты хочешь, чтобы я учил тебя флиртовать с другими мужчинами.
Он долго и пристально смотрит на меня. Проводит пальцами по предплечью, обводя сложные линии татуировки в форме раковины. Жабры раздражённо раздуваются, а потом лицо мрачнеет.
— Я не работаю бесплатно, — наконец говорит он. — Даже для тебя, милая. У моей магии есть цена. Уверена, что сможешь заплатить?
— У меня есть кое-какие сбережения. Без проблем.
Он качает головой.
— Мне не нужны твои деньги. Я воспользуюсь магией, чтобы помочь тебе эффективнее флиртовать и найти жениха. А потом ты будешь должна мне воспоминание. Не любое — самое счастливое. Я запечатаю его в чернилах, и ты больше никогда не сможешь вспомнить тот момент.
— Никогда?
— Оно будет моим. — Он проводит пальцами по татуировке, и под кожей вспыхивает искра. Свет поднимается по руке и гаснет возле сердца. — Украденная радость. Ничто с ней не сравнится. — Он мрачно смотрит на меня. — Договорились?
Передо мной уже не тот, кого я знала в детстве. Он стал циничнее, непредсказуемее. Прежняя искра в его глазах уже не так ярка. Что с ним случилось? Это связано с тем, почему он ушёл семь лет назад?
Он смотрит на меня из-под ресниц, и на мгновение я узнаю прежнего друга. Уголок рта изгибается точно так же. И этот мрачный излом брови. Казимир ловит мой взгляд, и кажется, будто видит меня насквозь, до самого дна.
Жабры на миг сбиваются с ритма. Поддавшись внезапному приливу храбрости или отчаяния, я протягиваю руку и хватаю его за ладонь.
Его сильные прохладные пальцы смыкаются на моём запястье.
— По рукам.