Страница 48 из 97
Глава 3
ВО ВСЁМ ВИНОВАТ ДОЖДЬ
Я теряю концентрацию, и морок, который я пыталась наложить на Торрена, рассыпается.
Я стискиваю кулаки.
— Не получается.
Он подходит и опирается бедром о мой туалетный столик.
— Ты способна на всё, за что по-настоящему возьмёшься.
— Тебе легко говорить. — Я фыркаю, швыряю щётку и с удовольствием слушаю, как она с грохотом падает на пол. — Мы уже несколько недель пытаемся пробиться к новому уровню моей силы, и ничего не выходит.
Я опускаю голову. Злость и напряжение внутри только копятся.
Если я не могу создавать сильный морок и складывать слова в проклятия, как мне исправить то, что натворил Иван? Как защитить себя и свой народ? Как доказать отцу, что я готова?
Мне нужно стать сильнее. Умнее. Лучше.
Торрен кладёт ладонь мне на плечо и поворачивает моё лицо к себе мозолистыми пальцами.
— Давай сделаем перерыв и прогуляемся во дворе.
Голос у него мягкий, но я отвлекаюсь на напряжённую челюсть. На высокие скулы. Острый нос. Все эти резкие линии только сильнее подчёркивают нежную зелень глаз. Мягкий изгиб губ.
Я прикусываю губу.
Торрен следит за этим движением, и оттого, что всё его внимание сосредоточено на мне, щёки заливает жаром.
Я выдыхаю, подавляя злость и игнорируя тепло, которое разливается внизу живота.
— Ладно.
Я разглаживаю платье и поправляю серебристые волосы.
Торрен улыбается, отступает, берёт перевязь с мечом и застёгивает её. Потом предлагает мне руку. Я секунду медлю, но всё же принимаю её и придвигаюсь ближе.
До самого внутреннего двора мы идём молча. У подножия лестницы стоит большой фонтан, окружённый аккуратно подстриженными растениями. Мы проходим мимо, и в воде отражается пасмурное небо.
Садовники и слуги поглядывают на нас с Торреном. Стоит мне мрачно посмотреть в ответ, как они тут же разбредаются по другим уголкам дворцового сада.
Когда мы остаёмся одни, я расслабляюсь. Торрен тихо смеётся и ведёт меня к высокому лабиринту из живой изгороди.
Узкая дорожка заставляет нас идти почти вплотную. Поднимается ветер, запах Торрена окутывает меня, будоража чувства, и в животе снова всё переворачивается.
— Может, попробуем тренироваться по-другому? — предлагает он.
— Не поможет.
— Почему?
Я не решаюсь ответить. Мы всё глубже уходим в лабиринт, сворачиваем на новую дорожку, и с каждым шагом я вспоминаю, зачем вообще понадобился этот перерыв.
Раздражение снова поднимается.
— Магия — не то же самое, что тренировки с клинками и луком.
Он заводит меня за очередной поворот и внезапно крепче сжимает мою руку. Я не успеваю ничего понять: Торрен прижимает меня к высокой изгороди, а возле горла замирает лезвие. От потрясения сила мгновенно вырывается наружу.
Морок не даёт кончику кинжала коснуться кожи. Сердце колотится от испуга, а во взгляде Торрена горит вызов.
— Защиту подняла?
Дыхание сбивается. Я киваю.
— Хорошо. Теперь попробуй воздействовать на меня. Я тебе доверяю.
Я сглатываю ком в горле, но скрыть ужас не получается. Не получается и отмахнуться от воспоминаний, которые одно за другим вспыхивают в голове и буквально примораживают меня к месту. Меня пробирает дрожь, и сквозь защиту наружу просачивается уязвимость.
Торрен хмурится и убирает кинжал в ножны, хотя сам по-прежнему прижимает меня к изгороди. Его лицо становится серьёзным.
— Ты ведь знаешь, что я никогда не причиню тебе вреда?
Его беспокойство мучает меня. Я пытаюсь справиться с неистовой бурей прошлого, но смятение лишь усиливается вместе с бешеным пульсом.
— Моя королева? — настойчиво зовёт он.
Я вдыхаю знакомый запах морского бриза. Магическая защита даёт трещину, ровно настолько, чтобы Торрен мог приблизиться и обхватить моё лицо ладонями. Постепенно мы начинаем дышать в одном ритме. Я впитываю его близость, пока не исчезают последние остатки магии. Но даже когда сила уходит, напряжение никуда не девается. Пережитое по-прежнему отравляет мои поступки и мысли.
Большим пальцем Торрен медленно гладит мою щёку круговыми движениями.
— Не сдерживайся и не бойся применять силу ко мне или рядом со мной. Доверие должно быть взаимным. Только так мы действительно поймём, с чем имеем дело.
Я обдумываю его слова. Но перед глазами снова мелькает прошлое, смешиваясь со страхом, что однажды я могу стать гораздо хуже Ивана. Хуже отца. Хуже Элиаса.
— Дело не только в этом.
— Расскажи.
Если Торрен узнает, на что я в действительности способна, не отпугнёт ли его это? Не станет ли он смотреть на меня так же, как Иван и как теперь, благодаря ему, смотрят многие другие?
— Не знаю, стоит ли.
Я опускаю подбородок. Рядом с Торреном моя неуверенность всякий раз проявляется всё сильнее.
— Мне нужно найти принцессу! Её ищет отец!
Голос доносится со стороны двора.
— Она пошла прогуляться в лабиринт, — отвечает кто-то из слуг неподалёку.
Тревога в мужском голосе заставляет меня внутренне сжаться. Кусты шуршат, к нам быстро приближаются шаги.
Из-за поворота появляется стражник.
Клаус.
— Вот вы где. Я вас повсюду ищу.
Меч у него уже обнажён, будто во дворе появилась какая-то угроза.
— Чего отцу опять от меня нужно? — ворчу я, ненавидя, что мне не дают даже немного передохнуть.
Но лицо Клауса искажается от смертельной ярости. Он поднимает клинок, и его губы растягиваются в злобной усмешке.
— Эта тупая сука не годится в правители. И народ её никогда не примет.
Я широко раскрываю глаза. Он бросается на нас, и по его лицу ясно: он намерен убить.
Я снова тянусь к магии, собирая нити морока, чтобы остановить его атаку.
Но Торрен отталкивает меня в сторону, и я теряю концентрацию. Спотыкаюсь и шиплю, когда ветки царапают руку, а двое мужчин сталкиваются.
Клаус, сцепившись с Торреном, пытается прорваться ко мне. Его лицо перекошено яростью.
— Всё, что о ней говорят, — правда! Она оскверняет всё, к чему прикасается, и из-за неё наше королевство погибнет. Ей никогда не править. Никогда!
Торрен с силой отбрасывает Клауса, увеличивая расстояние между ними.
— Это всего лишь слухи, Клаус. Ты знаешь будущую королеву.
Тот сплёвывает на землю.
— Я знаю, что она лгунья, шлюха и обманщица. — Он поднимает меч и переводит взгляд на меня. — Ты никогда не станешь моей королевой. Я об этом позабочусь.