Страница 1 из 34
Глава 1
Всё началось со взгляда.
Нет, не так. Со ВЗГЛЯДА.
Которым босс одарил Юлю Скворецкую ранним зимним утром. И сказал этот взгляд больше, чем очевидные слова “я втрескался по уши”.
Впрочем,
изначально
ко мне это не имело никакого отношения.
…Юля, в офисе именуемая Юлечкой, являла собой ангелоподобный образец очарования. Пухлощёкая, голубоглазая блондиночка. Слегка неуклюжая, в меру неловкая. Настоящая героиня любовного романа, в которую влюбляется мега богатый мачо/глава мафии/король эльфов (и ещё тридцать вариаций одного и того же сюжета, хранящихся у меня в личной библиотеке).
Рост у неё был метр с кепкой — самый подходящий, чтобы её все любили и лялили, как общего офисного ребёнка.
Не то, что мои сто семьдесят. Кобылица в юбке…
И всё-таки первые признаки пылкой влюблённости заметила, конечно, та самая кобылица. Как самая наблюдательная.
Прекратив грызть чупа чупс, я проморгалась и схватила за воротник младшего коллегу, который играл в телефон за соседним столом:
— Эй, псс. Ты видел?
Димка сглотнул слюну, но послушно проследил за моим кивком. После чего хмыкнул:
— Ну, ничего удивительного.
Уже к следующему дню весь офис стал поддерживать аккуратное “подбивание клиньев” Владислава Викторовича к своей подчинённой. По крайней мере, мужская часть коллектива.
Женская боролась с внутренними демонами.
— Хотелось, чтоб и Юльки были сыты, и разведённые боссы целы, — подытожила я общие настроения.
В конце концов, полные задумчивой надежды взгляды Панкратова не могли остаться проигнорированными. Самые жалостливые женщины также взялись за дело.
— А ты заметила, как Владислав Викторович расцвёл после развода? — который раз пропела замужняя Екатерина Витальевна в уши Юлечки, когда мы девочками выбрались в кафетерий нашего бизнес-центра.
— Говорят, его бывшая жена была стервой, — вклинилась Ленка из отдела продаж, разглядывая салаты. — Бедный мужик. Нашёл бы себе кого-нибудь получше. Вот ты, например, Арин, что о нём думаешь?
Все трое в ожидании уставились на меня. По задумке, я должна была нокаутировать Юльку ещё какой-нибудь деталью о ВэВэ. Но я ничего о нём не знала. Кроме того общеизвестного факта, что стерва-бывшая изменила ему со своим преподавателем бальных танцев.
Плюс, я так увлеклась намеренным игнорированием Коляна из административно-хозяйственного отдела, что пропустила свою реплику. Тот не сводил с меня жарких взглядов.
Ещё пара коллег, сисадмины Денис и Олег (о, стишок!), поглядывали в мою сторону исподтишка. Хоть мы с утра и поболтали, они всё равно пытались привлечь моё внимание. Я коротко улыбнулась и аккуратно поправила цепочку на шее – предупреждающий жест, чтобы они так сильно не пялились.
— Нашли у кого спросить, — нахмурилась Юлечка. — Они ж с Панкратовым друг друга недолюбливают.
— Что поделать. Вы не поверите, но он считает, что я подрываю рабочую атмосферу… Я. Подрываю. Представляете?
— А у нас нет больше тем для обсуждений, кроме босса? — раздражённо фыркнула Скворецкая и ускакала занимать столик.
Девчонки растерянно переглянулись.
Тут же явился
объект
, чтобы налить себе полуденную чашку кофе.
Весь кафетерий на секунду отвлёкся от всех дел, чтобы… как это сказать… полюбоваться. Даже, прости господи, Колян.
Предпочитал наш босс одеваться во всё серое. В тон глубоко посаженным глазам. Поэтому казалось, что в помещении появился не симпатичный мужчина средних лет, а чья-то тень. Двигался он с ленцой, без суеты, но каждое движение выдавало человека, который привык, что ему поглядывают вслед.
Внешность у Владислава Викторовича была обманчивая. С первого взгляда интеллигент: тонкие черты лица, высокие скулы, уголки губ опущены вниз. Вдобавок, босс носил очки. А потом он открывал рот, и всё становилось ясно.
Потому что голос у него был низкий, с деловитой хрипотцой. Улыбка у него была адресована всем и одновременно никому; она обезоруживала своим магнетизмом и лишала спокойствия.
…На прошлой неделе старший менеджер по продажам, которую в офисе за спиной звали не иначе как Оля-Мегера, хлёстко прошлась по слабым местам компании на одной из встреч.
— Ольга, вы единственная, кто не боится спорить со мной о бюджете, — посмеиваясь, сказал ВэВэ, когда она отстояла свою смету. — Это редкое качество. Держитесь за него.
Мегера, которая даже на меня действовала гипнотически, на этот раз слегка улыбнулась:
— Обычно просят “быть помягче”.
— Мягкость — это переоценённое качество, — босс пожал широкими плечами. — Особенно когда речь идёт о деньгах. Вы молодец.
Глядите в оба! ВэВэ смог наладить подход даже к такой непростой мадам.
Естественно, все впали в экстаз!..
Мы, женщины, существа внимательные. Мы наделены способностью замечать незаметное, и именно эта способность (механизм выживания ещё с первобытных времён!) сыграла с нами злую шутку.
Что кроется в горькой усмешке разведённого мужчины, которую он неудачно пытается скрывать, оставшись наедине с собой? Какая тайна скрыта за внешним лоском этого красавчика? Который мало того, что со всеми вежлив и обходителен на работе, так ещё и смотрит на всех как на равных.
В нашей природе страстное желание эту загадку разгадать. Заглянуть, так сказать, за фасад.
Короче, знаю я эти взгляды! Сама ими нагло пользуюсь.
Может, из-за того, что мы так с боссом схожи, мы и держимся друг от друга подальше?
В конце концов, все эти штучки из арсенала “дамского угодника” и “роковой женщины” имеют слишком много общего.
— Отличная шаль, — стрельнул глазами в сторону Екатерины Витальевны подошедший к нам человек-”тень”. — Неужели кашемир? Ради бога, вы не против?
И осторожно длинными пальцами дотронулся до ткани.
Подход у него был ко всем разный.
Индивидуальный
.
И про закрутки мог спокойно беседовать, и про воспитание детей (детей у него не было, но я слышала, что мать работала воспитательницей), и про последние новости в интернете.
Представляю, если бы босс подошёл ко мне, как к Екатерине Витальевне до этого:
“Отличные чулки, Арина Батьковна. Неужели это капрон 100 ден? Вы не против, если я потрогаю?”
— Прямиком из Монголии, — вернула меня в чувство реплика раскрасневшейся бухгалтерши. — Дети привезли из путешествия.
— Недешёвое удовольствие, — с видом знатока протянул босс. — Зато качество! Выше всяких похвал. У меня у самого…