Отвернись!

75

– Твой ход, Майя.

Серый делает ленивый глоток из стакана. Тяжелые кубики льда звонко бьются о стеклянные края. Дрова в камине очень уютно потрескивают.

Мы спокойно сидим в большой, хорошо обставленной гостиной загородного дома. Он вальяжно устроился на широком диване. Я сижу прямо в глубоком кресле напротив него.

Если со стороны на нас двоих сейчас смотреть, то можно по ошибке подумать, будто мы старые добрые друзья. Которые просто очень давно не виделись.

И вот теперь наконец решили пропустить по стаканчику, лениво вспомнить общих знакомых и заодно сыграть пару партий в шахматы.

Не знаю точно, откуда у него появилось это прозвище. Происходит оно непосредственно от реального имени или от самого рода его теневой деятельности.

Но я нисколько не удивлюсь, если это прочно связано с его специфической внешностью. Абсолютно ничем не примечательный человек. Одет в простой серый джемпер и темные брюки. Обладает землисто-серым цветом лица.

И смотрит на мир серыми, потухшими глазами. Которыми он сейчас буквально насквозь сверлит меня.

– Да, хорошо... – тихо бормочу я.

Тщательно задумываюсь над очередным ходом, но делаю это не долго. Аккуратно передвигаю фигуру по полю. Мы уже довольно долго тут вместе заседаем в комнате.

Мне ранее была любезно предложена дорогая еда и прохладные напитки. От которых я сразу отказалась. И зачем-то мы в итоге сели играть на этой доске.

Видимо, все случилось из-за моей случайной реплики. Относительно большой редкости и изысканности старинной шахматной доски, которую я успела рассмотреть на книжной полке в гостиной.

Мы по очереди делаем ходы и ведем беседу. Но разговор у нас идет совсем не светского характера.

– Я же просто хотела помочь... – тихо вздыхаю я, утыкаясь взглядом в пешки.

– О, ты на самом деле очень сильно помогла, Майя... Мне... Давай ходи.

Он играет невероятно быстро, резко, почти без долгого обдумывания. Часть его атак мне отражать очень легко. Но часть из них заставляют меня взвесить все риски дважды. Осторожно делаю свой следующий ход.

– Я тебе никак не помогала, не нужно тут ничего придумывать, – качаю я головой.

– Еще как помогла. И прямо сейчас продолжаешь активно помогать. Буквально своими руками способствуешь тому, чтобы твой муж по глупости попался в мою ловушку.

– Это ведь чистая неправда. Демьян вообще не знает, где я сейчас нахожусь. Я не оставила ему в спальне никакой записки.

– Самая что ни на есть чистая правда, – Серый противно ухмыляется, двигая коня. – У тебя в золотом браслете установлено устройство. Оно круглосуточно отслеживает твое точное место на карте. Разве ты не знала об этом? Не сказал он тебе перед свадьбой? И твой огромный мужик теперь обязательно придет сюда за тобой. По следу.

– Совсем не обязательно, – упрямо сжимаю я пальцы, стараясь скрыть дрожь.

– Знаешь, блефовать передо мной сейчас абсолютно бесполезно. Мы тут не в покер играем. Твой ход, Майя, ты слишком долго думаешь над доской.

– Допустим, он действительно придет сюда, – поднимаю я на него глаза. – И дальше что ты делать будешь? Ты ведь сам совсем недавно в панике от него бегал. Значит, ты его боишься.

– Маленькая поправочка, девочка. Раньше боялся. Но за вчерашний вечер и сегодняшнее утро абсолютно все вокруг нас немного поменялось. И поменялось строго в мою пользу. И я в этот раз подготовился хорошо. Вот теперь сижу тут и жду его к нам в гости с распростертыми объятиями.

– Как именно ты подготовился? – тихо спрашиваю я.

– Так. С нужными, очень серьезными людьми вовремя договорился. Теперь ему точно не вывезти. Собственно, Демьян сюда, прямо к нам, и не дойдет скорее всего. Его перехватят на подходе. Но ничего, мы с тобой вместе из окна за всем спокойно понаблюдаем.

Невольно вспоминаю нашу самую первую с Демьяном встречу. Когда я в темноте переулка тоже просто глупо стояла и ничего не могла сделать. Не могла даже на секунду отвести глаз от его монументальной фигуры. Смотрела, испуганно наблюдала, полностью застыв на одном месте и буквально онемев от страха.

Демьян тогда был абсолютно прав. Мне еще в самый первый день нужно было сразу отвернуться от него. Далеко убежать, навсегда забыть его суровое лицо.

Так же, как и сегодня утром. Нужно было послушаться его приказа. Сидеть смирно дома под охраной. Не отвечать на звонки и не верить лживым увещеваниям не пойми кого.

С моей стороны было очень глупо, наивно думать, что я смогу самостоятельно справиться в этой опасной игре. Это ведь совсем не шахматы на столе. И просчитать чужие коварные ходы тут абсолютно невозможно.

Моя холодная рука безвольно зависает над черно-белой доской. Мы с Серым перед партией ничего не ставили на кон. Но это лишь еще раз отчетливо подчеркивает одну вещь.

На кон сейчас поставлено вообще все без исключения. Вся моя жизнь. И я сейчас почти на все сто процентов уверена в полной правильности своего следующего хода на этой доске. Где все гораздо проще и понятнее, чем в реальности.

Но тишина сильно давит на уши. Особенно пугающе эта тишина ощущается снаружи дома. Из приоткрытой форточки не доносится вообще ни единого звука. И это сейчас кажется мне страшнее, чем те громкие, частые хлопки выстрелов тогда во время засады на дороге.

Будто сюда уже вообще никто и никогда не придет. Но не потому, что не захотел прийти ради меня. А потому, что он не смог прорваться сквозь заготовленную ловушку. Сердце рвано бьется о ребра от дикого отчаяния.

Внезапно в отдалении коридора все же отчетливо слышны шаги. Тяжелые, уверенные, размеренные мужские шаги. Паркет под этим весом заметно вибрирует.

Серый реагирует на этот звук первым. Его серый взгляд тут же мгновенно перелетает на открытый дверной проем гостиной.

Вероятно, это возвращается кто-то из его людей с хорошими новостями для него и страшными для меня.

Нехотя, замирая от ужаса, тоже оборачиваюсь на звук.