Страница 38 из 72
Глава 18
— ДАМЫ И ГОСПОДА, МЫ ВЫХОДИМ НА ФИНИШНУЮ ПРЯМУЮ! — орал Юлий, зависнув на лиане вниз головой, чтобы поймать лучший ракурс. — Водяной оседлал сундук, но Мауг явно не намерен уходить без десерта!
На вершине масляной скалы развернулась сцена, достойная лучших триллеров. Водяной, тяжело дыша и оставляя за собой жирные пятна, пытался дрожащими пальцами нащупать кодовый замок на сундуке.
— Так... — бормотал он, вытирая руками лоб. — Какой шифр? Код — это дата его первого миллиона... Или номер его стоматолога?
В этот момент Мауг Лиранн, разъяренный тем, что его использовали как стремянку, совершил прыжок пантеры. Он вцепился Водяному в спину, пытаясь оттащить его от заветного ящика.
— Моя туфля! Мой сундук! — рычал дикарь, упираясь ногами в скользкий камень. — Водяной человек — хитрый змей! Маугли сбросит змея в колючую траву!
— Эй! Полегче на поворотах, Мауглина! — взвизгнул Водяной, чувствуя, как его медленно, но верно стаскивают с вершины. — У меня там шея, а не поручни! Отпусти, а то я сейчас... я сейчас применю секретный прием «Мокрая селедка»!
Водяной резко выскользнул из захвата Мауга, как кусок мыла в ванной. Дикарь по инерции отлетел назад, едва не сорвавшись в крапиву, но в последний момент ухватился за ручку сундука.
— НЕ СМЕЙ! — закричала с трибуны Кваковская, швыряя в Мауга свой сандалет который, впрочем, не долетел и упала на голову Салтану. — Водяной, жми на кнопки! Грызи этот замок! Если этот тарзан скинет тебя, я заставлю тебя пить дистиллированную воду целый месяц!
Водяной, вдохновленный угрозой «диеты», снова навалился на сундук.
— Так, замок... Тут цифры! — он увидел три вращающихся диска. — Маугл, стой! Давай договоримся! Если мы его сейчас сбросим в драке, он разобьется, и туфли превратятся в фарфоровую крошку! Ты хочешь кормить свою стаю осколками?!
Мауг замер, его рука, занесенная для удара, дрогнула.
— Мауг Лиранн не ест осколки, — буркнул он. — Но Мауг хочет победу.
— Будет тебе победа! — Водяной лихорадочно крутил диски. — Помоги мне! Какой код?! Тут подсказка: «Сколько зубов у Кощеевича?».
— У Кощеевича нет зубов, у него вставная челюсть из титана! — выкрикнул снизу Юлий, не прекращая съемку. — Ставь нули!
Водяной выставил 0-0-0.
ЩЕЛК!
Крышка сундука приоткрылась, выпустив облако золотистой пыли и запах очень дорогого парфюма. Но в ту же секунду Мауг, решив, что перемирие окончено, со всей силы толкнул Водяного плечом.
— А-А-А-А! — Водяной, балансируя на одной ноге, замахал руками, как ветряная мельница. — Мауг, ты... ты... нехороший человек!
Он начал медленно заваливаться назад, прямо в объятия муравьев-мутантов, но в последний момент его рука зацепился за край открытой крышки. Сундук накренился, и всё его содержимое начало медленно высыпаться прямо на дерущихся героев.
— ЭТО ЖЕ ВЫСШАЯ МАГИЯ ШВЕЙНОГО ИСКУССТВА! — взвизгнул Юлий, чуть не выронив камеру. — ПЛАТЬЕ ОТ САМОГО КАРЛА ЛЕШЕФЕЛЬДА! В ЕДИНСТВЕННОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ!
Из сундука, словно в замедленной съемке, выпорхнуло ОНО.
Платье от Карла Лешефельда было соткано из лунного света, паутины серебряного паука и слез раскаявшихся грешников. Оно переливалось всеми цветами северного сияния и пахло как майское утро в эльфийском лесу. Конфетти, вылетевшее следом, создало вокруг наряда сверкающий ореол.
— А-А-А-А! МОЙ РАЗМЕР! — завизжала Кваковская прыгая на месте, чьи глаза расширились до размеров чайных блюдец. — Водяной, миленький лови его!
В этот момент Вовка, который до этого мирно спал и пускал слюни в кресле «босса», подскочил как ужаленный, он выхватил мегафон:
— АХТУНГ! ШНЕЛЯ! ШУХЕР! ХВАТАЙТЕ ТРЯПКУ! — заорал он на весь полигон. — Кто первый поймает — тот и главный победитель! Юлик, если платье коснется грязи, я вычту его стоимость из твоего овса до конца столетия!
На скале и под ней начался настоящий хаос.
Водяной, понимая, что платье летит прямо мимо его носа, совершил невозможное: он оттолкнулся от сундука, на мгновение завис в воздухе, как жирный, но очень целеустремленный дельфин, и попытался схватить подол зубами.
— Ам! — клацнул он челюстью, но поймал лишь горсть конфетти. — Тьфу! Бумага!
Мауг, решив, что это какая-то диковинная птица, прыгнул следом, растопырив пальцы.
— Большая бабочка! Мауг сделает из неё гамак! — рычал он, пролетая мимо Водяного.
А внизу... О, внизу проснулись даже мертвые. Салтан, забыв про муравьев, вскинул палку, пытаясь подцепить наряд как рыболовным крючком. Принц Алекс сорвал с себя брендовые грязные шорты, готовясь принять платье в них, как в колыбель. Даже Карлсон включил форсаж, и его пропеллер взвыл, создавая восходящий поток воздуха, который подбросил платье обратно вверх, прямо к носу Водяного, который едва держался на узком выступе скалы.
— НЕ ДАЙТЕ ЕМУ УПАСТЬ В КРАПИВУ! — взревела Шамахи, уже прикидывая, как это платье будет смотреться с её вуалью. — Медуза, сделай что-нибудь! Заморозь его взглядом!
— Оно шелковое, дура, камень его порвет! — огрызнулась Горгона, но на всякий случай вытянула шеи своих змей, пытаясь создать живую сеть.
Платье, подхваченное ветром от пропеллера Карлсона, кокетливо вильнуло подолом и начало медленно опускаться прямо в эпицентр драки между Водяным и Маугом, которые теперь висели вместе, сплетясь в клубок мышц и оливкового масла.
— МОЁ-О-О-О! — взревел Водяной, и в этот момент в нём проснулся не то древний хищник, не то заядлая шопоголичка.
Мауг Лиранн попытался перехватить «добычу» в воздухе, но Водяной, используя свою три литра оливкового масла на пузе, совершил маневр, нарушающий все законы физики. Он буквально «проплыл» по склону скалы лишний метр, оттолкнувшись ногой от висячего рядом Мауга.
— ХВАТАЙ ЕГО, СЛИЗНЯК! — орал Вовка из кресла, размахивая пачкой чипсов.
И тут произошло чудо в последний момент вытянул руку и... ЦАП! Тончайшая ткань от Лешефельда оказалась в его цепких пальцах.
— ЕСТЬ! — прохрипел он, прижимая кутюр к мокрому животу.
— ПОБЕДА-А-А-А! — взревел Вовка, вскакивая на ноги.
— ВНИМАНИЕ! МЫ ПЕРЕХОДИМ К САМОЙ ЖЕСТОКОЙ ЧАСТИ НАШЕГО ШОУ! — взвизгнул Юлий, вытирая объектив камеры от оливкового масла. — ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЙ ДОПРОС ОТ АЛЁНУШКИ! ПРОВЕРКА НА ИСКРЕННОСТЬ И НАЛИЧИЕ СОВЕСТИ!