Страница 53 из 72
— Ты о чем? — недоуменно переспросила Яна.
— Об эльфах-слугах и людях-господах, — пояснил Макс. — Вы что, этих эльфов притесняете, в черном теле держите?
Яна некоторое время помолчала.
— Да нет, кто их притесняет. Но раз волшебству не обучен, то в армии и на разных государственных должностях делать нечего. Вот они и идут в слуги, таверны всякие держат, еду выращивают. Наверное, что-то ещё делают, но я этого ещё не проходила.
— А, ну раз так… А что дальше?
Макс подумал, что двенадцатилетняя принцесса, к которой лишний раз нельзя было прикасаться, могла на самом деле не замечать очевидного — что у них там есть люди первого и высшего сортов и эльфы, которые очевидно превратились в существа второго сорта. Неприятное общество — хотя вряд ли более неприятное, чем многие из земных государств. С другой стороны, эта принцесса как-то очень легко говорила о казни, словно для неё это самая обыденная вещь на свете.
— Мне нужно было отправиться в священную долину Вирруан, доехать до поляны в центре и прикоснуться к священному дереву, которое даст мне магию. Но я не помню, коснулась я чего или нет, мой пони понёс, я не смогла с ним справиться, и во что-то врезалась, а очнулась уже здесь, — грустно добавила Яна.
— И что, у вас до этого ваши юные маги ни разу не проворачивали ничего подобного?
— Ну… я ещё одно старое эльфийское заклинание прочитала, — призналась Яна. — Я читала и слышала, что оно силы прибавляет.
— И как, прибавило?
— Похоже, что да, — грустно сказала Яна.
— Постой. Я правильно понял, что заклинание — эльфийское? Но ты сказала, что они не способны колдовать…
— Не способны, потому что проиграли войну и потеряли свои места силы, — раздался голос дракона. — так всегда бывает с побежденными. А вам принцесса, я советую вылезти из воды, одеться и отдохнуть. Мне кажется, мы уже набрали нужное количество магии, чтобы попробовать совершить обратный перенос.
— Кстати, дракон, а как тебя зовут? А то у всех есть имя, а у тебя нет, — вмешался Макс.
— У меня тоже есть! — гордо заявил дракон. — Меня зовут Остеденте.
— Как?
Макс не выдержал и обернулся, чтобы успеть заметить круглые глаза Яны на совершенно ошарашенном лице.
К полуночи Юрий Владимирович Кузнецов признался себе, что безумно устал. Этот день был слишком долгим, наполненным встречами с нужными людьми, у которых было право принимать решения, поисками выходов на тех, кто такие решения согласовывал, и трудными, на грани фола переговорами.
Определенные результаты всё-таки были, так что хлопоты не были напрасными. К проблеме подключились представители «Гринписа» — их, конечно, никто не слушал, но определенное беспокойство они создавали, не позволяя чиновникам действовать без оглядки на общественное мнение. Правда, сделать так, чтобы эти «зеленые» требовали чего-то разумного, а не превращения центра города в заповедник, Кузнецову не удалось, но нельзя получить всё и сразу.
Впрочем, мысль о создании уникального природного объекта на базе городского парка в головы некоторым влиятельным людям заронить удалось. Эти мысли соответствовали и их желаниям — не нужно будет привлекать армию, делиться властью или лишаться постов. Главное — всё правильно продать на самом верху, и вот с этим были основные проблемы.
Если разрушение нескольких кварталов ещё можно списать на подготовку площадки под будущий «объект», то ситуация с тысячами фактических беженцев требовала каких-то конкретных мер. Квартиры рядом с городским парком были в некотором смысле золотыми, и жили там очень небедные люди, многим из которых даже не потребовался паллиатив в виде гостиничных номеров — они просто переехали в другое своё же жилье и теперь активно общались с адвокатами. Кузнецов на это повлиять не мог — если, конечно, не вспомнить бурную молодость, когда серьезным аргументом в финансовых спорах с подобными ушлыми коммерсами становился обычный паяльник, засунутый в нужное место. Но сейчас такой подход поймут не все.
Поэтому с владельцами элитного жилья на Ленина и Свободы разговаривали чиновники из мэрии, которые были очень недовольны этими обязанностями. Впрочем, для Кузнецова сейчас основным становился вопрос времени, хотя определенную фору он себе вырвал. Упоминания о Яне и драконе исчезли из публичного поля, и только самые памятливые журналисты по инерции писали об этом в своих заметках — хотя угроза иска за недостоверную, без внятных источников, информацию, творит чудеса с лояльностью главных редакторов. Именно этим весь день развлекались юристы фирмы Кузнецова.
Миша же со своими ребятами снова следил за куполом, хотя там ничего интересного не происходило. К вечеру оттуда даже перестали лезть эти чертовы корни и лианы, и городские службы вздохнули с облегчением. Не факт, что атака не повторится завтра, но на сегодня с этой заботой было покончено.
Ещё были ученые, которых нашел заместитель Кузнецова — те, впрочем, ничего нового не сказали. Фактически Юрий Владимирович знал о куполе больше всех — если, конечно, не считать эту Янику, которая захватила тело его Яны, и Макса.
Все неизведанное и необъяснимое страшит. Человек не может принимать все как данность. У любого явления должно быть объяснение. Но как можно было объяснить возникновение рощи из странных деревьев в городе, внутрь которой попасть невозможно? Да и самой рощи не видно, её скрывает купол, словно привезенный из фантастического кино. Через этот купол никто не может пройти — Кузнецов и сам попробовал, но безуспешно, — и за этим кто-то должен стоять. Власти города хорошо это понимали и не собирались терпеть под боком нечто, что могло в любой момент повести себя непредсказуемо.
И, разумеется, всё уже было доложено президенту, так что все понимали очевидно — если мэр вскорости не сможет доложить и об успехах в уничтожении этого объекта, на его место придет кто-то другой. И если честь победы выпадет на долю армии, это будет какой-то выходец из армейской среды. А как такие градоначальники умели выстраивать вертикаль власти, было хорошо известно. Старой команде и старым, сработавшимися с мэрией бизнесменам, лучше всего будет перебираться в другой регион, а то и за границу. Если успеют.